Анонимные истории

— В мусорный бак эту ветошь! — скомандовал Эдуард Сергеевич, брезгливо пнув скомканный бордовый сверток. Марина выронила тяжелый пластиковый таз. Грохот мокрого пластика ударил по кафелю. — Это знамя, — тихо сказала она. — Это рассадник инфекций! — рявкнул замдиректора санатория. Он брезгливо отряхнул идеальную штанину дорогого итальянского костюма. — Марина Викторовна, вы в своем уме? — Эдик навис над ее рабочим столом. — Завтра утром заезжает министерская комиссия. Будет сам генерал Потапов. На кону госконтракт на 120 миллионов рублей! Марина подняла с мокрого пола тяжелую ткань...

— Убери свои грязные руки от генерального плана, дед. Тяжелая папка с грохотом упала на дощатый стол. Эдуард брезгливо вытер ладони влажной салфеткой. В бытовке пахло дешевым растворимым кофе и сырой штукатуркой. — Вы нарушаете перевязку швов в южном крыле, — спокойно ответил Михаил. Он аккуратно отряхнул пыль с рукава старой штормовки. — Чего? — Эдуард прищурился. — Это историческая кладка. Восемнадцатый век. Михаил указал узловатым пальцем на синьку чертежа. — Там фламандская перевязка. Вы закладываете обычный цементный раствор...

— Куда ушли четыреста пятьдесят тысяч со счета? — я бросила банковскую распечатку прямо на влажную клеенку стола. — Это не твое дело, — глухо ответил Антон. Он даже не поднял глаз от кружки. Продолжал медленно размешивать остывший чай. Ложка монотонно стучала по керамике. — У нас послезавтра первоначальный взнос! — мой голос сорвался. — Мы копили на эту студию четыре года. Я работала без выходных. — Я все верну, — он устало потер переносицу. — Взял в долг. Очень нужно было. — Кому нужно? — я шагнула ближе...

— Поздравляю, Дарья. Вижу два плодных яйца. У вас будет двойня. Врач повернул ко мне монитор, а я забыла, как дышать. На черно-белом экране пульсировали две крошечные точки. Липкий холодный гель на животе вдруг показался ледяным панцирем. Я смотрела на эти пиксели и понимала только одно: четыре года режима ожидания закончились. Теперь Игорю придется выполнить обещание. Я вытерла живот бумажным полотенцем, руки тряслись. В коридоре клиники пахло кварцеванием и дешевым лимонным освежителем. Я достала телефон...