Анна Лист

Приняла роды у чужой девушки в электричке, через 18 лет та нашла её через МГТУ Электричка дёрнулась на стрелке под Железнодорожной, и в третьем вагоне закричала девушка — не истерично, а низко, утробно, так кричат, когда боль уже не спрашивает разрешения. Я как раз возвращалась со смены, в форме, сумка-скорая ещё висела на плече — не сдала на подстанции, тащила домой перезарядить аккумулятор фонарика. Двенадцать лет в бригаде приучили меня к одному: если рядом кричат так, встаёшь раньше, чем успеваешь подумать...

Дверь не открылась с первого раза, и я решила, что просто устала после смены, руки дрожат, ключ не с той стороны вставила. Со второго раза язычок замка не пошёл вообще. С третьего я поняла: замок другой. Не наш, не тот, что я сама выбирала три года назад в магазине на Юбилейном, когда мы с Игорем только заехали. Я работаю риелтором-юристом в агентстве недвижимости девять лет, сопровождаю сделки от аванса до регистрации, и первое, чему учишься на этой работе: если что-то не сходится с документами, разбираться нужно сразу, по горячим следам, пока свидетели не разошлись и память не остыла...

Фельдшер выходила чужого старика зимой без денег, через год получила от него однушку в наследство Вызов поступил в двадцать три сорок, декабрь, минус восемнадцать за окном. Диспетчер продиктовала адрес скороговоркой: одинокий мужчина, восемьдесят один год, упал, встать не может, соседи вызвали по звуку из-за стены. Двенадцать лет на скорой приучили меня не строить картину заранее, ехать и смотреть на месте, потому что диспетчерская версия и реальность совпадают редко. Квартира встретила запахом нежилого...

Муж привёл любовницу на кутью, через неделю жена забрала оба чемодана и его подпись Кутья была разложена по тринадцати мискам — я всегда считала точно, по числу апостолов, привычка с детства, ещё от бабушки. Пшеница, мёд, мак, орехи — сорок минут на подготовку, я засекала по телефону, потому что люблю, когда всё идёт по расписанию, а не как получится. В дверь позвонили в шесть вечера, минута в минуту, как договаривались с Пашиной сестрой и её семьёй. Только за дверью стоял не только Паша с сестрой,...