Авторские рассказы | Анна Сорока

— Лен, ты вообще вникаешь или просто глаза в телевизор уставила? — Галина Степановна ловким движением отправила в рот очередную дольку мандарина и с укором посмотрела на дочь. Елена, двадцатипятилетняя девушка с русыми волосами, забранными в небрежный пучок, сидела на краю дивана, поджав под себя ноги. В руках у нее была чашка давно остывшего чая. На экране телевизора разворачивалась очередная драма: главный герой, красавчик с томным взглядом, объяснялся в любви девушке, пока его законная жена рыдала на заднем плане...

В последнее время Виктор сам на себя не походил. Рассеянный взгляд, нервные жесты, он мог замолчать посреди разговора и уставиться в одну точку. Галя списывала это на аврал на работе. Её муж был не просто начальником, а генеральным директором крупной сети аптек. Это означало ненормированный график, бесконечные встречи с фармпроизводителями, проверки и отчёты. Он всегда был на взводе, но чтобы настолько отрешённым — такого не случалось никогда. В тот вечер он вернулся раньше обычного. Прошёл на кухню, где Галя накрывала ужин, сел напротив и долго молчал, теребя в пальцах салфетку...

Катя перевернула календарь на стене. Яркое цифровое «15» смотрело на нее с фотографией Эйфелевой башни. Этот календарь они купили с Димой на блошином рынке, когда еще только мечтали о Париже. Мечтали, сидя на стареньком диване в съемной однушке, пили дешевое вино и строили планы на жизнь, полную путешествий и приключений. Пять лет назад эти мечты казались такими близкими, такими реальными. Завтра — их пятая годовщина свадьбы. И она, Катя, сделает так, чтобы этот день стал идеальным. Последний год выдался тяжелым...

Анна и Игорь начали жить вместе спустя несколько месяцев отношений. Первый месяц был медовым. Они вместе выбирали полки для его книг, посещали магазин с бытовыми предметами и один раз даже поругались из-за цвета штор, но быстро помирились. Аня просыпалась и видела его лохматую голову на подушке — и сердце заходилось от счастья. Игорь - обаятельный архитектор. Проблемы начались с носков. Игорь оставлял носки везде. Под диваном, на батарее, в ванной, на кухонном стуле, за подушками дивана. Однажды Аня нашла носок в холодильнике — видимо, залетел, когда он доставал пиво...

Елена, тридцать четыре года, специалист отдела аналитики в крупной логистической компании «ТрансЛогистик», смотрела на часы и улыбалась. Через пятнадцать минут приедет Денис. Всего пятнадцать минут — и они вместе. Они с Денисом встречались три месяца. Он жил в соседнем районе, всего в семи километрах от нее. Дорога на машине занимала от силы двадцать минут в час пик и пятнадцать — в нормальное время. Удобно, близко, комфортно. Лена даже думать боялась, как ей повезло: не нужно тащиться через весь город, можно видеться хоть каждый день...

Таня стояла у плиты и помешивала суп. В прихожей заскрежетал замок. Таня удивилась — муж должен был вернуться только через час. Она вытерла руки о полотенце и выглянула из кухни. В коридоре стояла свекровь. Елена Юрьевна — высокая, статная, с идеальной укладкой и чемоданом на колёсиках — оглядывала прихожую с выражением лёгкого презрения. — Здравствуй, Таня. — Она сняла пальто, не дожидаясь помощи, и повесила его на плечики. — Я решила приехать. Помогу вам, пока ты на сносях. Таня замерла, всё ещё держа в руках полотенце...

Юлиана открыла глаза рано утром. За окном было ещё темно, но она уже привыкла — режим есть режим. Пять минут на растяжку, холодный душ, зелёный чай без сахара. Тело работало как часы, отлаженный механизм, который она собирала годами. Телефон зажужжал. Новое сообщение в социальной сети: «Юлиана, когда следующий марафон? Хочу с вами похудеть!» Она улыбнулась, быстро набрала ответ: «Следи за анонсами. Стартуем через две недели». Ещё пять сообщений, три комментария, два запроса на сотрудничество. Она обработала всё за десять минут, параллельно допивая чай...

Воскресное утро пахло ванилью и топлёным молоком. Юлия стояла у плиты, переворачивая золотистые блинчики, и улыбалась. За окном светило солнце, заливая кухню тёплым светом. Свекровь приехала накануне. Обычно её визиты Юлия переживала как стихийное бедствие, но в этот раз Надежда Петровна вела себя тихо, даже помогала по дому. «Может, наладится?» — думала Юлия, размешивая творог с сахаром и изюмом. Восьмилетняя Марина крутилась тут же, заглядывая в миску. — Мам, можно я тоже сделаю? — спросила она, теребя фартук...

Алиса сидела на больничной койке, сжимая холодную руку отца. — Дочка, — прошептал отец, не открывая глаз. — Ты иди. Отдохни. — Я никуда не пойду, пап. — Алиса поправила одеяло, подоткнула края. — Поспи. Он затих. Дыхание стало ровнее. В палату вошла медсестра, взглянула сочувственно. — Алиса, вам бы перекусить. Третьи сутки здесь. — Я потом. — Ваша мачеха приходила? — тихо спросила медсестра. — Вчера. На пять минут. Сказала, что у неё дела. — А сестра? Алиса покачала головой. Ангелина, двадцатиоднолетняя дочь мачехи от первого брака, вообще ни разу не появилась...

Алёна открыла глаза в шесть утра. Она полежала минуту, прислушиваясь к боли в пояснице — ноющая, привычная, уже ставшая фоновым шумом её жизни. Справа сопел Игорь. Развалился почти на всей кровати, одеяло сползло на пол, но он не просыпался. Вчера пришёл поздно, сказал — работа, автопарк, начальник задержал. От него пахло дорогим одеколоном, но Алёна давно перестала обращать внимание на такие детали. — Мам! — закричал из детской пятилетний Димка. — Мам, вставай! Алёна села, поморщилась. Спина отозвалась тупой болью...

Ольга проснулась в три часа ночи и поняла, что Дмитрия рядом нет. Она села на кровати, прислушалась. Тишина. Только холодильник гудит на кухне да где-то за стеной капает вода — соседи никак не починят кран. Ольга накинула халат, прошла босиком по коридору. Дима сидел на кухне в темноте. Смотрел в окно. На столе стояла початая бутылка коньяка и одна рюмка. — Не спится? — спросила Ольга. Он вздрогнул, обернулся. — Разбудил? Извини. Не хотел. — Я сама проснулась. — Она села напротив. — Что случилось? — Ничего...

Марина открыла дверь своим ключом, с трудом удерживая в одной руке тяжелый чемодан, а в другой — букет пионов, купленный по пути домой. Командировка закончилась на день раньше, и она представляла, как войдет, бросит вещи в прихожей, упадет на диван рядом с Юрой и скажет: «Я так устала, корми меня». В прихожей горел свет. Из кухни доносился запах кофе и чей-то незнакомый смех — звонкий, молодой. Марина замерла. Поставила чемодан. Пионы выскользнули из пальцев и мягко шлепнулись на пол. — Юр? — позвала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно...