Anna Silverfox | Реалистичные игрушки

Самое приятное воспоминание из детства, как мама водила меня в парк. Там было множество аттракционов! Американские горки, карусели, которые поднимали вверх и раскручивали с бешеной скоростью. И множество качелей. А на центральной аллее продавали мороженое, попкорн и сахарную вату. Теплый аромат ваты витал уже на входе в парк. Мы с мамой редко проводили время вместе. Сколько себя помню - всегда была одна. Мама много работала, уходила на сутки. А когда была дома то чаще всего отсыпалась после тяжелых будней...

Жил-был Мастер. И мечтал стать профессионалом своего дела. Он учился создавать из глины и искусственного меха удивительных животных. Но творил он не один. Стоило луне взойти на небо, как к Мастеру прилетала Ночная Муза. Она шептала ему на ушко разные идеи. Подсказывала, какие лучше взять материалы. И подбадривала, когда он ошибался. Мастер настолько привык к ночной гостье. Что даже не садился за стол, пока той не было рядом. Муза дарила Мастеру смелость и уверенность в своем творчестве. Она всегда знала, какое животное лучше сшить, чтобы люди были в восторге...

— Маш, все не пойму. Вот ты шьешь эти игрушки. Неужели их кто-то покупает? – спросила Ира, качаясь на стремянке. Ирина решила шторы постирать. И попросила подружку Машу ей помочь. Стремянка совсем хлипкая. Нужно чтобы кто-то подержал за ножки, пока она снимает с гардины. А затем принял внизу массивные портьеры. — Вот все думаю, ну кому они нужны да еще за такие деньжищи? Ну для чего игрушки взрослому человеку? – не унималась Ира. — Как для чего? Для души. – прокряхтела Маша, взваливая на себя громоздкое полотно из ткани...

В маленькой морской бухте среди острых скал жил Дух. Бухта была настолько отдалённая, что редкий путник забредал туда только по ошибке. Животные обходили это место. А птицы не строили на вершинах гнезда. За три тысячи лет Он не встретил ни одного живого существа. Пребывая в постоянной отстраненности, Дух озлобился. Замкнулся. Днями напролет сидел на камнях и смотрел на волны. В его душе разрасталась черная дыра одиночества. Однажды произошло чудо. В бухте оказался Человек. Его корабль потерпел крушение...

– Я беременна! Маша плакала на моём плече горючими слезами.  – Что мне делать, Ань? Как жить? Я ведь даже детей то не люблю.  Ребенок не входил в планы Маши. Да и как сказать молодому человеку, что он станет папой. Любой другой принял и обрадовался. Но только не Машин. Потому что ей все время не везло с мужчинами. Они её всегда предавали. С детства.  Машин папа в лихие 90е связался с бандюганами. И натворил делов. И чтобы не получить по шапке - сбежал. От бандитов. От Машиной мамы. И от самой Маши...

“Морда короткая, делайте длиннее” “Глаза как блямбы. Таких лошадей не бывает!” Такие отзывы я получила на первых игрушечных лошадок, которых сделала сама. И очень удивилась. Ведь все детали, это не ошибка. И я намеренно делаю их такими искаженными. Когда впервые взяла в руки полимерную глину, мне страсть как хотелось создавать реалистичных зверей. Вот взять и повторить матушку-природу. Часами смотрела на работы крутых скульпторов и мечтала творить как они. Но чем больше я лепила, тем чаще ловила себя на странных мыслях...

Маленькая баночка клубничного варенья. Которую передала мама еще в тыща девятьсот лохматом году. Одиноко стоит на верхней полки у задней стенки холодильника. Этикетка уже давно потерлась. Металлическая крышечка, когда то гладкая блестящая, покрылась россыпью крапинок-рыжинок. И только клубника в ней, по прежнему сладкая, тонет в сахарном сиропе из воспоминаний. Каждая ягодка хранит частичку лета. Запах свежескошенной травы. Стрекотание кузнечиков. Тепло маминых рук, покрывшихся паутинкой из морщинок...

Мне 7 лет. Слышу металлический лязг ключа в замке. Шаги в коридоре. Мама вернулась с работы. Уставшая осунувшаяся, на ней нет лица. Голос еле слышно.  – Доча, я прилягу поспать. Хорошо?  – Конечно, мама! Ложись! Я буду тихонечко сидеть!  Помню - закрываю дверь в комнату. И мышкой незаметно проскальзываю в подъезд. На лестничном проёме рядом с мусоропроводом квадратное окошко. Оно у самого пола. Сажусь на корточки. Упираюсь маленькими ручками в пыльное стекло. Пытаюсь разглядеть, кто гуляет во дворе...