Андрей Девятов. Небополитика

Нам всё время рассказывают про какие-то интересы. Но жизнь-то идёт в ценностях, а кое-где и в святынях. Потому что ценности и святыни выше интересов. Интересы — насущные, а ценности — вечные. Интересы чего-то стоят, а ценности не продаются. Интересы — это коммерческая выгода: туда-сюда. А если подняться совсем повыше, к святыням, то это уже мир невидимый. Ценности — это реестр этики: что должен, что можно, что нельзя. А святыни — выше материального мира.

От Великой Руси к священной державе Красная армия была народной. Сначала она называлась Рабоче-крестьянской Красной армией. А в 1943 году стала просто Красной армией: были введены генеральские лампасы, офицерские золотые погоны, пошло обращение к истории русского народа — Александр Невский, Дмитрий Донской, Кутузов, Суворов. Линия на мировую революцию сворачивалась. До этого гимном был «Интернационал»: «Кто был ничем, тот станет всем». В 1943 году Сталин заменил его гимном Советского Союза. Первая строка сталинского гимна: «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки Великая Русь». А теперь вспомним первую строку гимна России: «Россия — священная наша держава». При Сталине Русь была великой, а при демократии она стала священной. В гимне не бывает лишних или неверных слов. Поэтому замена величия святостью имеет сущностную окраску. 

Отказ от устремления в будущее с образом победы как преодоления беды — это и есть то состояние если не уныния, то безразличия, которое витает в обществе. Мы опять смотрим назад: великие предки, Великая Победа, марш мёртвых. Здесь могилы, здесь братские могилы, здесь мемориал. Всё расставили. А впереди ничего. Вот это отсутствие впереди чего-либо и есть главная беда текущего момента. Поэтому речь должна идти об исторической победе России во всемирном масштабе. Кто, кроме Небополитики, говорит об исторической победе России во всемирном масштабе? Небополитика — это вопрос власти от Неба. И вот мы дерзко замахнулись на историческую победу России во всемирном масштабе.

Победа — славянское слово. Я проверил: и по-сербски, и по-хорватски, и по-чешски — победа. У украинцев — перемога. А славянский корень победы — это преодоление беды. Есть древнеславянское «бедите» — убедите. Убеждать, принуждать — там целый куст слов с этим корнем. Поэтому победа встарь имела не военную, а духовную суть. Победить — значит убедить. Убеждение при какой-то организованной силе. Вот что такое победа.

Почему я ёрничаю Потому что в той ситуации перемен, в которой мы сейчас живём, не чувствуя под собой страны, с большой академической серьёзностью относиться к происходящему не очень правильно. Грусть, уныние — это всё не радует. А революционный оптимизм обретается через что-то не здесь, а там — в будущем. А у нас вся страна, вся пропаганда, вся деятельность агитаторов куда-то назад смотрит. Там героическое прошлое — наши отцы и деды, Бессмертный полк, «Никто не забыт». Всё это нагоняет печаль, нагоняет скорбь. При советской власти было иначе: не назад, а вперёд — в светлое будущее всего человечества.