Скандальные истории

Татьяна замерла на пороге кухни, сжимая в руках пакет с продуктами — молоко, хлеб, пара йогуртов для дочки. Сердце колотилось, как после марафона. Только что она открыла дверь, а эта... свекровь, Людмила Петровна, уже ввалилась следом, толкнув её плечом...

Когда Лена услышала эту фразу от Игоря, внутри будто что-то щёлкнуло. Не обида даже — усталость, накопленная за месяц совместной жизни, в которой она внезапно оказалась “обслуживающим персоналом”. Ей было 37, не девочка, со своей однушкой, работой и привычкой сама решать, что и когда делать...

Лена говорила это без крика, спокойно, но таким тоном, от которого у любого нормального мужчины внутри должен был щёлкнуть предохранитель. Ей было не восемнадцать и даже не двадцать пять — она слишком хорошо понимала, чем заканчиваются браки, где у мужа “ещё мама есть, не забывай”...

В их квартире в тот вечер пахло чаем и тишиной. Кира сидела на диване, поджав ноги, и наконец позволила себе роскошь - полчаса с книгой, без звонков, без просьб, без вечного “Кира, сделай”. В кухне остывала...

Резкий звонок в дверь заставил Веру оторваться от экрана ноутбука. Она уже три часа работала над проектом и совсем не ждала гостей. Тем более в середине недели, когда Антон был в отъезде. За дверью стояла Валентина Сергеевна с двумя огромными пакетами...

Снова туфли? Серьезно? У тебя их уже не счесть! — Дмитрий кивнул на пакет с логотипом элитного бутика, который Алиса только что оставила в прихожей. Она замерла, сжимая ключи в ладони. Этот разговор витал в воздухе уже давно, и вот он грянул...

Звонок ночью никогда не предвещает ничего хорошего. Тем более, когда на часах половина пятого утра, а на экране высвечивается имя Кирилла — брата мужа. Ольга открыла глаза и увидела, что Артёма нет в постели...

Вера стояла на кухне с ножом в руке, нарезая помидоры на салат. Вечер обещал быть спокойным — ужин, телевизор, может, разговор о планах на выходные. Но когда в дверном проёме появился Григорий с этим своим виноватым выражением лица, она сразу поняла: спокойствия не будет. — Верочка, — начал он осторожно, — мама звонила. Говорит, нужна помощь по дому. Сможешь завтра к ней съездить? Нож застыл над разделочной доской. Вера медленно опустила его, вытерла руки о фартук и развернулась к мужу. — Нет, Гриша...

Голос Галины Степановны врывался на кухню раньше её самой. Резкий, колючий, он рассекал воздух, густой от аромата французской ванили и растопленного шоколада. Виктория даже не вздрогнула, только крепче сжала в пальцах тонкий металлический шпатель. Она выравнивала кремовую поверхность свадебного торта с точностью хирурга, не отрываясь от работы. Для неё этот сладкий аромат был запахом успеха, запахом денег и творческой свободы. Для свекрови — очередным поводом закатить скандал. — Вика, мы приехали! — бодро объявил Максим, протискиваясь на кухню следом за матерью...

Ключи упали на тумбочку с таким звуком, будто в квартиру швырнули связку гранат. Игорь ввалился в прихожую, весёлый, довольный собой, пахнущий сигаретами и чужими духами. Расстёгнул куртку, сбросил ботинки прямо на коврик, который Настя вчера выбивала во дворе целый час. — Настёнок, я дома! Что-то вкусное готовишь? Голос гулкий, довольный, разнёсся по всей квартире. Он прошёл в кухню, потирая руки, предвкушая ужин. И замер. На столе стояли две тарелки. Запечённая курица, картофель, салат. Бокалы пустые, салфетки аккуратно сложены...

Она даже не сразу поняла. Сын вертел в пальцах металлический зубчатый кусочек её власти — ключ от их квартиры. Того самого гнезда, где она так любила «присматривать». И вдруг аккуратно, не повышая голоса, вытащил его и спрятал к себе в карман. — Ты… что ты себе позволяешь? — сорвалась она. — Ты мой сын! Я имею право приходить, когда захочу! — Ты имеешь право только на свою жизнь, — ответил он. — На мою — больше нет. Его звали Игорь. Высокий, молчаливый, с вечной привычкой сглаживать углы. Он всю...

Голос Анны дрожал от усталости, когда она в очередной раз обратилась к мужу. — Игорь, забери, пожалуйста, свою куртку. Мне нужно накрывать на стол. Она стояла у плиты, переворачивая шницели на сковородке. Запах жареного мяса смешивался с ароматом укропа и чеснока, заполняя маленькую кухню. А на спинке стула висела его серая толстовка — мокрая после тренировки, с разводами пота на спине. Ткань источала кислый запах, который резал по носу сильнее любого ножа. Из гостиной донеслось недовольное буркание...