Арина Белова

— Ставьте блокираторы на все створки, — голос свекрови звучал ровно и по-хозяйски. — Мальчик очень активный, везде лезет. А на двенадцатом этаже безопасность важнее всего. Тросики натягивайте туже. Зоя Юрьевна произнесла это абсолютно будничным тоном, даже не оборачиваясь ко входной двери, стоя посреди моей новой студии. Она указывала пальцем на пластиковое окно, где мужчина в синем комбинезоне как раз прикручивал шуруповертом белую металлическую накладку к раме. Я застыла на пороге, так и не успев опустить на пол тяжелую сумку с чистящими средствами...

— У Максима растет сын, так что этот дом мы пока отдаем им, — заявила свекровь, деловито распаковывая детские вещи в моей гостиной. Я молча стояла на пороге собственного загородного дома, прижимая к бедру тяжелую рабочую сумку с ноутбуком. Пятничный вечер, тягучий и душный после пяти дней бесконечных квартальных отчетов в аудиторской фирме, раскололся надвое. Прямо по моему светлому паркету, оставляя грязные следы от тяжелых ботинок, двое хмурых грузчиков заносили в дом разобранную детскую кроватку...

— Вы просто впишите сюда паспортные данные Максима, а мы уж сами разберемся со сдачей ее студии, лечение в хорошей клинике нынче дорогое, — произнесла свекровь. Римма Аркадьевна сказала это абсолютно будничным, размеренным тоном, аккуратно разглаживая ладонью невидимую складку на кухонной скатерти. Я застыла в дверях собственной кухни, крепко держа в руках тяжелую кожаную сумку с каталогами итальянской фурнитуры и образцами потали. — Какое лечение, Римма Аркадьевна? И чью студию вы собрались сдавать? — спросила я, медленно опуская сумку на керамогранитный пол прихожей...

— Борис предупреждал, что у тебя началось весеннее обострение, так что ключи от этой квартиры пока будут у меня, а Вадик поживет здесь. Таисия Петровна произнесла это ровным, почти ласковым тоном, аккуратно укладывая собрание сочинений Достоевского в строительный мешок. Я застыла в дверях собственной наследственной однушки, так и не успев снять легкий плащ. — Какое обострение, Таисия Петровна? И почему Вадим складывает мои вещи? Свекровь выпрямилась, одернула кофту и тяжело вздохнула. Двоюродный...

— Вы же сами понимаете, ей сейчас нужен абсолютный покой, у жены опять сильное обострение, поэтому сделку полностью оформляем мы с мамой. Голос мужа звучал приглушенно, но очень уверенно. Я застыла в коридоре, так и не успев снять пальто. В руках тяжело повисла сумка с рабочими чертежами. Я вернулась из архитектурного бюро на три часа раньше обычного — отменилась встреча с подрядчиком. В нашей квартире кто-то был. — Разумеется, — ответил незнакомый мужской баритон. — Ситуация деликатная. Но раз...