Alex Fin

Небольшой конный отряд без опознавательного знамени рысью въезжал на покрытый высокой, бледно-зеленой травой и кривыми, серыми деревцами холм, замирая на его вершине и устремляя взгляд на казавшееся далеким подножие. Две группы вооруженных людей сходились в сражении. Это была уже вторая попытка устроить решающее сражение между восставшими мелкими лордами, примкнувшими в небольшом восстании к потомку куда более благородного дома. Первая попытка провалилась и после небольшой стычки, не успевшие на помощь к организатору восстания воины бросились прочь, напрочь игнорируя требования и предложения сдаться по чести и осознать свое поражение...

Дунфан Цзюнь внезапно встал на колени перед Му Жу Юэ, из-за чего присутствующие округлили глаза с неверием. “Му Жу Юэ, ты можешь сделать со мной что угодно, но только отпусти Сяо Юэ! Она невиновна. Даже если ты безумно влюблена в меня, она не та, кого можно винить!” Мужчина, который горько умолял в этот момент, тронул сердца толпы. Некоторые девушки даже начали плакать, ибо их тронуло поведение Дунфан Цзюня. Они, однако, яростно уставились на Му Жу Юэ. Их взгляды были таковыми, как будто они хотели разорвать ее тело на несколько частей. Взгляд Е У Чэня становился все более темным. Зловещий холодный огонек мелькнул в его глазах...

И вновь отряд Рубиновых масок был в пути, после четырех месяцев шатаний от одного Вольного города к другому, от заказа до заказа. Каракка, когг и длинная галера несли на себе разросшийся отряд в сторону Браавоса, поблескивая железными фигурами на носу и шумно разбивая волны под собой. Авут разлегся на кровати в собственной капитанской каюте и с азартом вертел пальцем перед лицом младенца. Карапуз пыхтел и агукал, но сосредоточено пытался ухватить непонятный предмет, вихляющий перед ним и очень сильно бурчал, когда его маленькие пухлые пальчики лишь соскальзывали с грубой кожи Патриарха или попросту промахивались...

‘Взгляд этой девушки такой леденяще холодный. Она как будто может мгновенно заморозить сердца тех, кто видел ее взгляд. Я и не представляла, что взгляд человека может быть таким холодным!’ Оуян Линь сильно дрожала от холода, чувствуя непонятный страх изнутри и снаружи своего тела. Когда она вернулась в чувства, она была раздражена: ‘Как меня смогла напугать эта девушка перед Господином Дунфан?’ “Отец!” Оуян Линь увидела мужчину средних лет, который вел группу людей к ней в этот момент. Ее глаза подсознательно загорелись. “Линь Эр, что случилось?” Оуян Дань бросил взгляд, и когда его взгляд опустился...

Тяжело дыша Авут вырвался из толпы врагов на открытое пространство, пришпоривая коня и потрясая мечом в пьянящем удовольствии от кровопролития. Кираса, как единственная часть доспеха была помята и пробита в добром десятке мест, уступив копьям и мечам дорнийцев, а после удара особо удачливого всадника с топором по голове, деформировавшего раздражавший Прасета шлем настолько, что пришлось его сбросить. Кольчужная рубашка свисала рваными лохмотьями, ее звенья были расколоты множественными ударами, как и изрубленный в щепки щит завешенный за спину, для ее прикрытия. Одни лишь латные рукавицы оставались целыми, обагрившись кровью настолько, что казалось алая жидкость впиталась в сталь на пальцах...