Начистоту с собой

Я сейчас. За 2000 км от родины и всего, что меня с ней связывало. Через несколько месяцев мне будет 30. Разведена и свободна. Живу в съемной небольшой студии частного дома на вершине небольшой, но крутой горки между величественными с белыми шапками и бескрайним синим. Ушла из найма. Есть постоянный небольшой доход на съем, на остальное нужно зарабатывать. Мир перевернулся с ног на голову за последние пару месяцев. Сначала его перевернула я сама, взяв билеты на самолёт в один конец. А потом он сам и меня с собой захватил. По законам физики я должна была вернуться в исходное состояние. К сожалению или счастью, это не так. Мама? Мама, мягко говоря, была не рада. И сейчас не особо. За год с лишним совместного проживания ей понравилась новая реальность. А мне, уже по традиции, нет. Некое напряжение между нами ещё есть, но уже слабое. Куда сильнее волнуют необъятные страхи, доставшиеся мне в наследство. Продолжение в t.me

Мне 4. В тяжёлой детской шубе с папой за руку я иду по скрипучему от снега деревянному тротуару. Справа забор длинного одноэтажного 4хквартирного дома. Слева огромный сугроб, в который папа призывает посмотреть и увидеть бабушку. Ему с высоты своего роста виднее, бабушка там или сугроб. Увидела я её уже через пару минут, войдя в обшитую войлоком и потому глухо скрипящую при закрывании дверь. Прямо с порога почуяла запах пирожков. Запомнила выражение бабушкиного лица, чаще всего возникавшее у неё при взгляде на меня, тёплую улыбку и глаза. В тот момент все было прекрасно. Кроме одного, никто не объяснил мне, что произошло и происходит. В течение следующих 6 лет единственными словами во время моих слез были: "Хочу к маме". Мама стала героиней из сказки, которая прорывается ко мне сквозь все невзгоды и препятствия. Продолжение в t.me

Я проснулась в съёмной квартире мамы. На старом диване рядом со мной уже минут 30 возилась двухлетняя дочка. До обеда в квартире больше никого не будет. 4 дня назад бОльшую часть населения города посадили на самоизоляцию. Вчера чаша моего терпения лопнула. Я собрала ребёнка, взяла несколько сумок с необходимыми вещами и уехала к маме. Хотела написать, что ушла от мужа. Но уходила я от него каждый день. Каждый час, пока не засыпала. Сомнения и страхи не терзали меня. Они меня разрывали изнутри. С каждым взглядом на дочь во мне просыпалась надежда. А вдруг, ну может хоть в этот раз все поменяется. Это сродни наркотической зависимости. Её у меня не было, но уверена, что процессы идентичны. Все смешивалось в клубок паники и безысходности. Садик закрыли на неопределённое время. Да нам и не вернуться в него теперь, если я смогу окончательно разойтись с мужем. Работать с маленьким ребёнком на руках и до этого было не просто. А в таком эмоциональном ужасе просто невыносимо. В перерывах между готовкой, играми с дочкой и текущей работой мониторю вакансии. Теперь мне надо зарабатывать на частный сад, оплачивать бОльшую часть ипотеки, пока не продадим квартиру и снять отдельное от мамы жилье. Здесь я не останусь. Именно сейчас к маме приехали пожить старшая сестра с мужем. Уйдя из гнезда агрессии и алкоголизма мужа, превратила треугольник Карпмана на маминой территории в квадрат. Мне стыдно. Стыдно просить убежища у мамы. Стыдно просить о помощи. Стыдно, что.. продолжение в t.me