Галина Петровна стала заведующей детским садом в понедельник. А уже во вторник стояла в дверях «Ромашки» — своей бывшей старшей группы — и едва сдерживалась, чтобы снова не начать командовать.
На освободившееся место приняли Елену Андреевну Свиридову — недавнюю выпускницу педагогического колледжа. Это была её первая работа воспитательницей. В течение дня с детьми по очереди работали два воспитателя, и в свою смену Лена сама отвечала за «Ромашку» и принимала решения.
Лена позвала детей на ковёр, чтобы вместе обсудить, чем они займутся утром. Двое продолжали возиться с конструктором, остальные тоже не спешили отвлекаться от игр. Галина Петровна немного постояла в дверях, потом не выдержала и подошла.
— Ребята, заканчиваем играть и садимся в круг, — сказала она. — Елена Андреевна, сначала соберите всех, иначе половина так и останется у игрушек.
— Я как раз собиралась начинать, — ответила Лена.
— Пока вы собираетесь, они снова разойдутся. Начинайте увереннее.
Галина Петровна ушла, а через час снова заглянула — уже с другим замечанием. К концу недели это превратилось в привычку: она не могла пройти мимо двери, чтобы не зайти. Иногда просто стояла и слушала. Иногда поправляла. Иногда забирала у Лены инициативу целиком: сама звала детей, собирала вокруг себя и объясняла, чем они сейчас будут заниматься.
Родители тоже продолжали обращаться к ней по старой привычке.
— Галина Петровна, можно вас на минутку? — спросила мама Артёма, поймав её в коридоре. — Артём расстроился: сегодня Мишу поставили дежурить с другим мальчиком. Попросите, чтобы в следующий раз они дежурили вместе?
— Поговорю.
Она передала просьбу, и в следующий раз Лена назначила Артёма дежурить вместе с Мишей. Потом пришла другая мама — попросила поменять дочери место в спальне, подальше от окна. Следом третья объяснила, как именно нужно завязывать шарф её ребёнку перед прогулкой. Галина Петровна выслушивала всех и сразу несла просьбы Лене.
На следующей неделе случилась история с краской.
После тихого часа Лена проводила занятие по рисованию. Галина Петровна услышала за дверью необычный шум и вошла. Дети отошли от столов, несколько человек толпились у раковины, кто-то размахивал кисточкой. Лена стояла к группе спиной и промакивала мокрым полотенцем пятно на рукаве Никиты.
— Елена Андреевна! — окликнула Галина Петровна.
Лена обернулась. Лицо у неё было растерянное.
— Я отвернулась всего на минуту: Никита опрокинул воду, дети вскочили, и всё смешалось, — объяснила она.
— Именно поэтому нельзя поворачиваться спиной ко всей группе, даже когда помогаете одному ребёнку, — ответила Галина Петровна.
Она хлопнула в ладоши, и дети, привыкшие к её голосу, замерли. Галина Петровна помогла им успокоиться и вернуться к рисункам. Лена положила мокрое полотенце на край раковины и вернулась к детям.
Галина Петровна вышла, не сказав больше ни слова.
Вечером она ждала, что Лена зайдёт поговорить. Та не пришла.
А в пятницу Лена вошла в кабинет с листом в руке.
— Я написала заявление. Хочу уволиться.
Галина Петровна посмотрела на лист, потом на Лену.
— Это из-за того случая с краской?
— Не только, — ответила Лена. — Вы всё равно делаете мою работу. Это видят и дети, и родители. Я здесь лишняя.
Галина Петровна помолчала.
— Не отдавайте заявление сегодня. Давайте договоримся так: вы поработаете ещё месяц самостоятельно. Если решение не изменится, подадите его, и я не стану вас отговаривать.
— Хорошо, я останусь на месяц, — сказала Лена. — Но только если вы тоже кое-что измените. Сможете не заходить при каждом шуме и не поправлять меня перед детьми?
Галина Петровна помолчала.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Вы правы: если я буду стоять у вас за спиной, ничего не изменится.
Лена сложила заявление и убрала его в папку.
Первая неделя далась тяжело.
Галина Петровна ловила себя на том, что рука сама тянется к двери группы. Она останавливалась на полпути, разворачивалась, возвращалась в кабинет. Садилась за документы, но слышала, как за стеной гудит детская жизнь. Ей казалось, что там всё идёт не так, что Лена снова растеряется, что дети останутся без присмотра.
Но она не заходила без необходимости. Перестала прерывать занятия и перехватывать решения. Появлялась в группе только по делу, а замечания оставляла для разговора с Леной наедине.
Родители продолжали приходить к ней.
— Галина Петровна, а почему вы теперь совсем не заходите в группу? — удивилась однажды мама Светы.
— Потому что у меня другая работа. Сначала поговорите с Еленой Андреевной. Если вопрос не решится, приходите ко мне.
— Но она молодая. Вдруг что-нибудь упустит?
— Она справляется.
На третьей неделе их договорённости в «Ромашке» уже вовсю готовились к осеннему утреннику. Сначала дети разучивали свои номера в комнате группы. Лизе поручили короткое стихотворение, которое она должна была прочитать одна. Перед воспитателями и знакомыми детьми девочка рассказывала его уверенно, не сбиваясь.
Через несколько дней начались общие репетиции в музыкальном зале, где должен был пройти праздник. Там Лизе предстояло выйти вперёд одной. На первой репетиции она встала перед остальными детьми, оглядела большой зал и замолчала. Музыкальный руководитель подсказала первую строчку, однако девочка покачала головой и вернулась на место.
Через два дня попытку повторили. На второй репетиции с детьми были обе воспитательницы. Когда музыкальный руководитель назвала Лизу, та вцепилась руками в край стула и замотала головой. Лена присела рядом и тихо позвала её, но девочка отвернулась и не встала. Лена не стала настаивать.
В конце репетиции музыкальный руководитель позвала Лизу вместе с двумя другими девочками. На этот раз она поднялась с места, вышла с ними и прочитала стихотворение. После занятия обе воспитательницы и музыкальный руководитель решили оставить номер в таком виде. Вечером Лена рассказала об этом маме Лизы.
На следующее утро мама Лизы пришла к Галине Петровне.
— Объясните, почему Лиза больше не будет читать стихотворение одна? Она почти две недели его учит и дома ни разу не сбилась. Елена Андреевна говорит, что теперь она будет читать вместе с другими детьми.
— Я поговорю с Еленой Андреевной.
— Вы же знаете Лизу. Её просто нужно немного подтолкнуть, а не сразу ставить с другими.
Галина Петровна нашла Лену в раздевалке. Дети только что вернулись с прогулки, помощница воспитателя помогала им переодеваться.
— Елена Андреевна, когда освободитесь, подойдите ко мне, пожалуйста. Нужно поговорить о выступлении Лизы.
— Сейчас закончу с детьми.
Галина Петровна стала ждать в коридоре. Через несколько минут Лена вышла к ней.
— Мама Лизы просит вернуть ей сольный выход. Говорит, дома она читает без ошибок.
— Верю, — ответила Лена. — Но в первый раз она не смогла начать, а во второй даже не встала со стула. Вторая воспитательница это тоже видела. Потом мы позвали Лизу вместе с двумя девочками, и она рассказала стихотворение спокойно.
— Вы обсуждали это с остальными?
— Да. И со второй воспитательницей, и с музыкальным руководителем. Если вы скажете, чтобы она читала одна, так и сделаем. Но я не уверена, что Лиза вообще выйдет на сцену.
Галина Петровна представила, как прежде сама отвела бы девочку в музыкальный зал и репетировала с ней до тех пор, пока та не перестала бы бояться. Раньше ей казалось, что именно так и выглядит забота.
— Тогда ничего не меняйте, — сказала она. — Вы видели её на репетициях, а я нет.
Разговор с мамой Лизы получился тяжёлым.
— Вы заведующая, — сказала та. — Неужели не можете попросить, чтобы всё оставили как было? Дома Лиза рассказывает прекрасно.
— Дома рядом с ней вы. А в зале она сначала не смогла начать, а во второй раз даже не встала со стула.
— Она ребёнок. Сегодня испугалась, а завтра передумает. Зачем сразу менять номер?
— Не сразу. Ей дали две попытки. Решение приняли обе воспитательницы и музыкальный руководитель. Лизу не убрали из номера, а предложили ей выступить вместе с другими детьми.
— Так она никогда не научится выступать.
— Возможно, в следующий раз захочет попробовать снова. А сейчас важнее, чтобы она вышла выступать и не боялась.
Мама Лизы несколько секунд смотрела на неё, затем развернулась и вышла.
После полдника Галина Петровна проходила мимо музыкального зала. Дверь была приоткрыта. Лена стояла перед тремя девочками, и они по очереди повторяли строки. Лиза произнесла свою сначала почти шёпотом, затем ещё раз — громче. Галина Петровна задержалась у двери, но внутрь не вошла.
В день утренника она сидела в последнем ряду. Три девочки вместе вышли в центр зала. Лиза прочитала свою часть тише остальных, но не остановилась и не стала искать глазами взрослых.
После праздника мама Лизы поправляла дочери воротник у окна. Увидев Галину Петровну, она коротко кивнула и снова повернулась к девочке.
Галина Петровна пошла к кабинету. Лена догнала её у дверей.
— Спасибо, что не велели вернуть сольный выход, — сказала она.
— Вы были на репетициях. Я — нет.
— После первых недель я не была уверена, что вы сможете так сказать.
Галина Петровна открыла кабинет.
— Когда закончите с детьми, зайдите. Выпьем чаю и спокойно обсудим праздник.
Через месяц Лена заявление так и не подала.
Постепенно Галина Петровна привыкла к кабинету. К документам, к совещаниям, к тому, что дети в коридоре всё ещё радуются ей и обнимают, но с ежедневными рассказами, обидами и просьбами идут уже к воспитателям группы. Иногда это задевало. Но она не вмешивалась.
Однажды ближе к вечеру Галина Петровна вышла во двор и остановилась у дорожки, наблюдая, как дети играют на участке. Лена была с ними. Никита что-то оживлённо рассказывал ей, дёргая за рукав. Она наклонилась к нему, кивнула и поправила воротник.
Галина Петровна поймала себя на том, что улыбается.
В этот момент за Артёмом пришла его мама.
— Галина Петровна, я хотела спросить про Артёма. Он вчера жаловался, что его не взяли в игру.
— Сначала поговорите с Еленой Андреевной. Она была рядом и лучше знает, что произошло. Если вопрос не решится, приходите ко мне.
— А вы сами ей не скажете?
— Нет. Вы сможете рассказать всё точнее. Елена Андреевна сейчас как раз с детьми.
Мама Артёма помялась и посмотрела в сторону участка.
— Может быть, вы всё-таки поговорите?
— Если не решится, приходите. Я буду на месте.
Мама Артёма кивнула и направилась к площадке, где гуляли дети из «Ромашки». Галина Петровна видела, как она подошла к Лене, как та выслушала и что-то ответила. Потом обе посмотрели в сторону Артёма, который стоял у веранды рядом с двумя мальчиками.
На этот раз Галина Петровна не стала ждать, чем закончится разговор. Она развернулась и пошла обратно в здание.
---
Подписывайтесь на канал «Чужая правда», чтобы не пропустить новые истории — они выходят каждый день.
Этот рассказ — художественное произведение. Даже если в его основе лежит жизненная ситуация, персонажи, имена, диалоги и детали творчески переработаны и не описывают конкретных людей. Все изображения сгенерированы с помощью ИИ.