Каролина всегда гордилась своей квартирой. Просторная, светлая, с большими окнами, выходящими на тихий зеленый сквер. Это жилье досталось ей не просто так — родители много лет трудились на севере, откладывая каждую копейку, отказывая себе в отпусках и новых вещах, чтобы обеспечить единственной дочери надежный старт в жизни. Они оформили документы исключительно на нее, еще до того, как в жизни Каролины появился Игорь.
Игорь казался надежным человеком. Спокойный, рассудительный, работающий инженером на крупном предприятии. Первые два года брака прошли в абсолютной гармонии. Они вместе выбирали мебель, обустраивали быт, планировали будущее. Каролина работала администратором в крупном мебельном салоне, часто задерживалась, но всегда возвращалась в свой уютный дом с радостью. Все изменилось три недели назад, когда на пороге появилась Зинаида Петровна — мать Игоря.
Свекровь приехала без предупреждения, с тремя огромными клетчатыми баулами. Заявила, что в ее доме прорвало трубы, соседи снизу требуют компенсацию, а ремонт затянется минимум на месяц. Каролина, воспитанная в уважении к старшим, молча выделила ей самую светлую комнату. Она искренне верила, что это временно.
Однако Зинаида Петровна не собиралась быть просто гостьей. С первого же дня она начала устанавливать свои порядки. Сначала исчезли любимые шторы Каролины — свекровь заявила, что они собирают пыль, и повесила свои, темные и тяжелые. Затем поменялось расписание. Зинаида Петровна требовала, чтобы ужин подавался ровно в семь вечера, хотя Каролина часто возвращалась с работы позже.
Каждый вечер в квартире громко работал телевизор. Свекровь часами смотрела вечерние ток-шоу, где люди громко выясняли отношения, делили имущество и кричали друг на друга. Зинаида Петровна комментировала происходящее на экране, намеренно повышая голос, чтобы Каролина слышала каждое слово из своей комнаты: «Вот так и бывает! Вырастят детей, а невестки потом на улицу выгоняют! Никакого уважения к возрасту и заслугам! Жена должна за мужем идти, а не свои права качать!»
Игорь при этом вел себя странно. Раньше он всегда вставал на сторону жены в любых бытовых спорах, но теперь словно самоустранился. На все попытки Каролины поговорить о поведении его матери, он лишь отмахивался.
— Потерпи, — раздраженно отвечал он, не отрывая взгляда от экрана телефона. — Ей сейчас тяжело. У нее стресс из-за ремонта.
Но Каролина чувствовала: дело не в ремонте. Зинаида Петровна выглядела слишком довольной для человека, чье жилье пострадало от потопа. Она часами разговаривала по телефону со своей сестрой Тамарой, закрывшись в комнате. Каролина иногда улавливала обрывки фраз: «Да, все идет по плану», «Она мягкотелая, додавлю», «Игорь полностью на моей стороне».
Напряжение росло. Свекровь начала критиковать буквально все. Как Каролина стирает, как гладит рубашки Игоря, сколько денег тратит на продукты.
— В наше время жены все в дом несли, а ты только о себе думаешь, — громко заявляла Зинаида Петровна за ужином. — Игорь работает сутками, а ты даже нормальный суп сварить не можешь. Ему нужно полноценное питание, он мужчина!
Каролина молчала. Она не хотела скандала, не хотела опускаться до уровня рыночных разборок. Она ждала, когда закончится этот пресловутый ремонт.
В тот вторник Каролина вернулась домой на два часа раньше обычного — в салоне отменили вечернюю поставку мебели, и начальник отпустил ее. Она тихо открыла входную дверь. В квартире было непривычно тихо — телевизор не работал. Из кухни доносились приглушенные голоса. Каролина сняла обувь и сделала шаг по коридору, собираясь поздороваться, но слова Игоря заставили ее замереть на месте.
— Мама, мы не можем просто заставить ее продать квартиру. Недвижимость оформлена на нее. Документы у ее отца.
Каролина затаила дыхание.
— Чепуха! — голос Зинаиды Петровны звучал жестко и уверенно. — Она твоя жена! В браке все общее. Ты должен надавить сильнее. Скажи, что тебе тяжело добираться на работу, что район плохой, что экология никуда не годится. Убеди ее продать эту трехкомнатную, купим вам двушку на окраине. А разницу заберем.
— Мама, она не согласится. Это подарок ее родителей.
— Согласится, никуда не денется! — отрезала свекровь. — Нам нужны эти деньги. У Валеры огромные проблемы, коллекторы уже звонят моим соседям! Он твой брат, Игорь! Ты обязан ему помочь.
Каролина почувствовала, как холодеют руки. Валера — младший брат Игоря, ленивый и безответственный человек, который никогда не работал дольше двух месяцев и постоянно влипал в сомнительные истории.
— Я и так помогаю! — сорвался на шепот Игорь. — Я в прошлом месяце взял на свое имя потребительский кредит наличными, чтобы закрыть его прошлый долг. Платеж съедает всю мою зарплату! Каролина думает, что нам урезали премии. Если она узнает правду...
— Вот именно поэтому она должна продать квартиру! — торжествующе произнесла Зинаида Петровна. — Деньги от разницы покроют и твой кредит, и долги Валеры. А если она упрется, я сделаю ее жизнь здесь абсолютно невыносимой. Я никуда не уеду. Квартиру свою я давно сдала в долгосрочную аренду приличной семье, а деньги отдаю Валерику. Я останусь здесь. Буду жаловаться на здоровье каждый день. Вызову сюда тетю Тамару, скажу, что мне нужен уход. Мы просто выживем ее отсюда, она сама сбежит и подпишет любые бумаги, лишь бы от нас избавиться.
Повисла тяжелая пауза. Каролина ждала, что муж возмутится, что он защитит ее, свою семью, свою жену.
— Ладно, — наконец произнес Игорь абсолютно спокойным голосом. — Только действуй аккуратно. Надо довести ее до такого состояния, чтобы она сама предложила переезд.
Каролина больше не могла прятаться. Она сделала твердый шаг вперед и появилась в дверном проеме кухни.
Игорь побледнел, выронив ложку, которую крутил в руках. Зинаида Петровна резко выпрямилась, ее лицо на секунду исказилось от неожиданности, но тут же приняло надменное выражение.
— Так значит, тетя Тамара переезжает к нам? — громко и четко спросила Каролина, глядя прямо в глаза свекрови.