— Почему в раковине семь контейнеров?
Милана сняла пальто и поставила сумку возле тумбы. На кухне горел свет. Григорий сидел за столом и листал телефон.
— Мама вернула.
— Когда?
— Днём заходила.
Милана подняла верхний контейнер. На крышке была приклеена записка: «Рыбу больше не класть. Нужна курица без кожи».
— Это все наши контейнеры?
— Не знаю. Наверное.
— Я вчера отдала твоей матери два.
— Здесь ещё с прошлой недели.
Милана открыла кран.
— Почему они не вымыты?
— Мама торопилась.
— А ты?
— Я только пришёл.
На столе стояла пустая тарелка с засохшим соусом. Григорий поужинал готовой едой и даже не убрал за собой.
— Что ты передал матери сегодня? — спросила Милана.
— Ничего. Тебя ждал.
— Зачем?
— Нужно приготовить.
Она выключила воду.
— Кому?
Григорий отложил телефон.
— С сегодняшнего дня готовишь ещё и для моей мамы, — объявил муж. — Ей тяжело каждый день стоять у плиты.
— Кто это решил?
— Мы с ней поговорили.
— А со мной?
— Ты всё равно готовишь на двоих. Сделаешь порцию побольше.
— Я не готовлю каждый день.
— Теперь придётся.
— Нет.
Григорий нахмурился:
— Что значит «нет»?
— Я не соглашалась ежедневно кормить твою мать.
— Она пожилой человек.
— Эмме Юрьевне шестьдесят семь. Она ходит в бассейн, ездит на дачу и два раза в неделю занимается танцами.
— У неё болят руки.
— С каких пор?
— Врач сказал меньше нагружать суставы.
— Какой врач?
— Обычный. Из поликлиники.
— Что назначил?
— Не знаю.
— Ты видел заключение?
— Зачем мне заключение? Мама сказала, что ей трудно резать продукты и поднимать кастрюли.
— Тогда закажи ей доставку.
— Там неизвестно из чего готовят.
— Приготовь сам.
— Я не умею.
— Научишься.
— Милана, хватит переводить стрелки. Ты женщина, у тебя еда получается лучше.
— А ты её сын.
Григорий встал и открыл холодильник.
— Здесь есть мясо, овощи, крупа. На два дня можно приготовить за час.
— Готовь.
— Я завтра рано выезжаю.
— Я тоже.
— Ты начинаешь в девять.
— В восемь. У нас проверка оборудования.
— Тогда встанешь раньше.
Милана посмотрела на семь грязных контейнеров.
— Кто должен носить еду?
— Ты.
— Почему?
— Мама живёт в трёх кварталах. Тебе полезно пройтись после работы.
— Моя работа находится в другой стороне.
— Сначала зайдёшь домой, возьмёшь контейнеры и отнесёшь.
— Каждый вечер?
— Пока руки не пройдут.
— Какой срок назвал врач?
— Не знаю.
— Получается, ты назначил мне бессрочную вторую смену.
— Не делай из обычной помощи катастрофу.
Милана сложила контейнеры в пакет и поставила возле его стула.
— Помой.
— Сейчас?
— Да.
— Я устал.
— Я тоже.
Она взяла яблоко и ушла в спальню.
Милана работала инженером по безопасности в трамвайном депо. Большую часть дня проводила между ремонтными боксами, проверяла оборудование, журналы допуска и состояние рабочих площадок. Иногда приходилось часами стоять на холодном бетонном полу и разбирать нарушения с мастерами.
Григорий трудился менеджером в компании, продававшей строительные материалы. Его офис находился в десяти минутах от дома. Обычно он возвращался раньше жены, но домашние дела откладывал до её прихода.
До этого дня Милана хорошо относилась к свекрови. Эмма Юрьевна не вмешивалась в их финансы, не приходила без звонка и редко просила о помощи.
Год назад Милана сама готовила для неё после операции на глазах. Тогда они заранее договорились: Григорий покупает продукты и отвозит еду, Милана готовит два раза в неделю. Через месяц свекровь восстановилась и принесла им новый набор контейнеров в знак благодарности.
Теперь благодарность превратилась в обязанность без единого вопроса.
Утром Григорий разбудил жену в половине седьмого.
— Что приготовить маме?
— Не знаю.
— Она просила курицу.
— Купи курицу.
— В холодильнике есть индейка.
— Приготовь индейку.
— Как?
— Найди рецепт.
Он стоял возле кровати ещё несколько секунд.
— Ты серьёзно не встанешь?
— Серьёзно.
— Мама останется без обеда.
— Позвони ей. Возможно, дома есть продукты.
— Она рассчитывает на нас.
— На тебя.
Григорий хлопнул дверью.
Когда Милана вошла на кухню, муж пытался нарезать замороженное мясо. На столе лежали овощи, возле плиты стояла открытая кастрюля.
— Нож не берёт, — сказал он.
— Мясо нужно разморозить.
— Сколько?
— Несколько часов в холодильнике.
— Мне сейчас надо.
— Купи охлаждённое.
— Магазин ещё закрыт.
— Круглосуточный работает.
Григорий бросил нож.
— Ты могла вечером предупредить.
— О чём? Что замороженное мясо твёрдое?
— Что не будешь помогать.
— Я сказала.
Он открыл шкаф и достал макароны.
— Отнесу ей это.
— Без мяса?
— Добавлю сосиски.
— Эмма Юрьевна просила диетическую еду.
— Другого нет.
Милана налила воду в бутылку и собралась уходить.
— Подожди, — сказал муж. — Ты ведь проходишь мимо маминого дома по дороге на остановку.
— Нет. Её дом в противоположной стороне.
— Там всего три квартала.
— Отнеси сам.
— Я опоздаю.
— Встань раньше.
Он резко поставил кастрюлю на плиту.
— Прекрасная семья. Каждый сам за себя.
— Семья не означает, что обещания одного выполняет другой.
Милана ушла.
В обед ей позвонила свекровь.
— Миланочка, спасибо за макароны, но сосиски мне нельзя.
— Я не готовила.
— Гриша сказал, вы вместе собирали.
— Он готовил один.
— Вы поссорились?
— Мы не договорились о ежедневной еде.
Эмма Юрьевна помолчала.
— Гриша сказал, ты согласна.
— Он ошибся.
— Мне много не нужно. Небольшой контейнер супа и немного горячего.
— Каждый день?
— Врач рекомендовал нормально питаться. Одной готовить неудобно.
— Почему?
— Руки устают.
— Вы получили лечение?
— Мазь выписали.
— Что ещё сказал врач?
— Не перенапрягаться.
— Мы можем заказать вам готовую еду на неделю.
— Я чужое не ем.
— Можно выбрать проверенную столовую.
— Домашнее лучше.
— Тогда Григорий будет готовить или приезжать к вам.
— Он мужчина. После работы устает.
— Я тоже работаю.
— У тебя лёгкая рука. Всё получается быстро.
— На суп, горячее, упаковку и дорогу уйдёт минимум два часа.
— Не каждый же день суп.
— Ваш сын сказал — каждый вечер.
— Он хотел, чтобы у меня была свежая еда.
— Значит, пусть занимается.
Голос свекрови стал прохладнее:
— Не думала, что одна порция вызовет столько разговоров.
— Разговоры вызвало решение без меня.
— Хорошо. Ничего не нужно.
Эмма Юрьевна завершила вызов.
Вечером Григорий встретил Милану возле подъезда.
— Мама плакала.
— Почему?
— Ты отказалась ей помогать.
— Я предложила доставку.
— Она не хочет доставку.
— Ты можешь готовить.
— У меня встречи с клиентами.
— Не каждый вечер.
— После работы я должен отдыхать.
— А я?
Он достал телефон и показал список блюд.
— Мама составила меню на неделю. Здесь ничего сложного.
Понедельник - куриный суп.
Вторник - котлеты и гречка.
Среда - запечённая рыба.
Четверг - овощное рагу.
Пятница - творожная запеканка.
Внизу было приписано: «Порции небольшие, но свежие».
— Она ожидает пять разных ужинов, — сказала Милана.
— Можно готовить на два дня.
— В списке написано «свежие».
— Не цепляйся.
— Кто покупает продукты?
— Мы.
— Из какого бюджета?
— Общего.
— Кто готовит?
Григорий промолчал.
— Кто моет контейнеры?
Он посмотрел на пакет возле двери.
— Мама будет мыть.
— Она вернула семь грязными.
— Руки болят.
— Тогда моешь ты.
— Ты решила превратить помощь в договор?
— Да. Раз вы составили меню, составим обязанности.
Дома Милана открыла ноутбук и сделала таблицу.
Покупка продуктов - два часа в неделю.
Приготовление пяти блюд - не меньше семи часов.
Упаковка и мытьё посуды - два часа.
Ежедневная дорога туда и обратно - пять часов.
— Шестнадцать часов в неделю, — сказала она. — Это два рабочих дня.
— Ты считаешь слишком долго.
— Проверь на практике.
— Мама не просит ресторанное меню.
— Оно перед тобой.
Григорий отодвинул ноутбук.
— Сколько ты хочешь?
— Нисколько. Я не беру эту работу.
— Тогда зачем таблица?
— Чтобы ты перестал называть шестнадцать часов небольшой помощью.
Он прошёл в комнату и закрыл дверь.
На следующий день Григорий купил готовую курицу и салат. После работы отнёс матери.
Вернулся через полтора часа.
— Она сказала, курица пересолена.
— И?
— Не стала есть.
— Что будешь делать?
— Завтра приготовлю котлеты.
Он действительно приготовил. Мясо купил утром, рецепт нашёл в телефоне. Котлеты получились неровными, но съедобными.
Эмма Юрьевна вернула контейнер с запиской: «Лука много».
На третий день Григорий заказал рыбу из кафе. Мать сказала, что порция маленькая.
В четверг он приехал домой раздражённый.
— Я больше не могу каждый вечер ходить туда.
— Прошло три дня.
— У меня всё время уходит на её еду.
— Шестнадцать часов в неделю.
— Не повторяй.
— Теперь веришь расчёту?
— Да.
Он сел за стол.
— Что предлагаешь?
— Сначала выяснить, что на самом деле нужно твоей матери.
— Нормальная еда.
— В холодильнике у неё всегда были продукты. Она умеет готовить. Руки не мешают ей ездить на танцы.
— Там движения другие.
— Сходи с ней к врачу.
— Она не хочет.
— Почему?
Григорий нахмурился.
— Говорит, уже всё объяснили.
— Попроси показать рекомендации.
— Ты ей не доверяешь?
— Я хочу понять ограничения.
В субботу они приехали к Эмме Юрьевне вместе. На столе стояла сковорода с горячими сырниками.
— Кто приготовил? — спросила Милана.
— Я, — ответила свекровь. — Для себя немного можно.
— Руки не болят?
— Сегодня лучше.
Григорий открыл холодильник. На полках лежали продукты, контейнеры и готовый салат.
— Мам, зачем тебе ежедневная еда от нас?
— Я уже сказала.
— Ты только что сама приготовила.
— Сырники - не суп.
— Покажи заключение врача.
Эмма Юрьевна поправила салфетку.
— Не обязана отчитываться.
— Тогда я не буду выполнять медицинские рекомендации, которых не видел.
— Ты ничего и не выполнял. Приносил непонятно что.
— Три дня готовил и покупал еду.
— А до этого Милана готовила нормально.
— Она приготовила тебе два раза после операции год назад.
— Значит, может.
Милана села напротив.
— Эмма Юрьевна, вам нужна еда или ежедневный визит сына?
Свекровь резко подняла голову.
— При чём здесь визит?
— Григорий мог заказать доставку на неделю. Вы отказались. Мог привозить еду раз в три дня. Вы потребовали свежую каждый вечер.
— Я ничего не требовала.
— Меню составили вы.
Григорий положил лист на стол.
— Мам, честно. Почему каждый день?
Эмма Юрьевна начала складывать салфетку пополам.
— После операции вы приходили часто. Потом перестали. Можем неделями не видеться.
— Ты звонишь каждый день, — сказал сын.
— Телефон - не человек.
— Тогда скажи, что хочешь встречаться.
— Чтобы ты ответил, что занят?
— Я действительно занят по вечерам.
— Зато Милана раньше приходит.
— Милана не обязана заменять меня.
Свекровь посмотрела на невестку:
— Тебе жалко зайти на десять минут?
— Дорога, контейнеры и разговор занимают больше часа. И это всё после готовки.
— Можно не сидеть.
— То есть оставить еду и уйти?
Эмма Юрьевна ничего не ответила.
Григорий прошёлся по комнате.
— Давай так. Во вторник и субботу я приезжаю сам. Во вторник приношу продукты, в субботу готовим у тебя на несколько дней. В остальные дни заказываем доставку обедов.
— Я не хочу столовскую еду.
— Тогда готовь сама или ешь то, что сделаем в субботу.
— А свежий ужин?
— Каждый день не будет.
— Милана могла бы…
— Нет, мам.
Он произнёс это спокойно, но твёрдо.
Эмма Юрьевна поджала губы.
— Всё ясно. Мать стала обузой.
— Нет. Я сам буду приезжать дважды в неделю.
— Раньше ты приезжал чаще.
— Когда?
Она не смогла назвать.
— Значит, два раза — больше, чем было, — сказал Григорий.
Свекровь отвернулась к окну.
— Суп хотя бы сварите сегодня.
— Сварим вместе.
Эмма Юрьевна поднялась и достала кастрюлю.
В тот день Григорий готовил под руководством матери. Милана нарезала хлеб и накрыла на стол, но к плите не вставала. Через два часа в холодильнике стояли суп, котлеты и тушёные овощи.
— На три дня хватит, — сказал Григорий.
— На два, — поправила мать.
— Тогда на третий закажу доставку.
— Посмотрим.
Домой они вернулись вместе.
— Ты знала, что дело не в руках? — спросил Григорий.
— Предполагала.
— Почему сразу не сказала?
— Ты бы ответил, что я плохо думаю о твоей матери.
— Наверное.
— Тебе было проще назначить меня, чем поговорить с ней.
Он взял пакет с грязными контейнерами.
— Помою.
— Все?
— Все семь.
Новый порядок продержался месяц. По вторникам Григорий покупал продукты и ужинал с матерью. По субботам они готовили вместе. Эмма Юрьевна постепенно перестала критиковать каждое блюдо, потому что сама участвовала в приготовлении.
Милана приезжала раз в две недели - не с контейнерами, а в гости.
Однажды свекровь протянула ей чистую пустую коробку.
— Твою нашла. Оставалась за банками.
— Спасибо.
— В воскресенье приходи на обед. Гриша будет делать запеканку.
— Если не работаю - приду.
— А ты ничего не приготовишь?
— Нет.
Эмма Юрьевна хотела возразить, но сын поставил перед ней пакет творога.
— Мам, начинаем без Миланы.
— Хорошо, — ответила она. — Только изюм сначала промой.
Милана наблюдала, как Григорий достаёт миску и ищет дуршлаг.
Теперь он не объявлял, кто и для кого будет готовить. Он сам носил продукты через три квартала и проводил с матерью то время, которое раньше пытался заменить чужими контейнерами.