На завершающем этапе войны подавляющее большинство коллаборационистских военных формирований пытались прорваться на запад, чтобы сдаться в плен англичанам или американцам. Причина довольно простая. Отметившись в боях с Красной армией, а еще больше в карательных операциях на оккупированных территориях, они прекрасно понимали, что в Советском Союзе их ждет суровое возмездие за сотрудничество с врагом. В то же время, учитывая идеологическое противостояние СССР с западными союзниками можно было рассчитывать перевести все в политическую плоскость и получив статус «идейных борцов с коммунизмом» избежать наказания.
Однако даже успешно осуществленное бегство на запад в английскую или американскую оккупационные зоны еще ничего не гарантировало. Судьба перемещенных лиц была определена в феврале сорок пятого года на Ялтинской конференции. Согласно достигнутым там договоренностям США и Великобритания обязались передать Советскому Союзу всех, кто имел его гражданство до 1939-го года.
Это касалось всех категорий: остарбайтеров и интернированных, военнопленных и коллаборационистов, беженцев и эмигрантов. Репатриация проводилась в обязательном порядке, вне зависимости от того хотят люди возвращаться на родину или не хотят.
Повезло немногим. Так княжество Лихтенштейн категорически отказалось выдать СССР полтысячи бойцов 1-й Русской национальной армии, пояснив, что является нейтральным государством и решения Ялтинской конференции его совершенно не касаются. В итоге после двухлетнего содержания русских за свой счет княжество оплатило их перелет в Аргентину.
Избежали выдачи Советскому Союзу и военнослужащие 14-ой гренадерской дивизии СС «Галичина», объявившие себя польскими гражданами и, благодаря поддержке англичан, добившиеся официального признания этого факта. В итоге после войны все они осели в Западной Европе и Канаде.
В целом же союзники не считали коллаборантов особо ценным ресурсом для предполагаемой в будущем конфронтации с Советским Союзом и на данном этапе портить из-за них отношения со Сталиным не собирались. Более того, даже перевыполнили взятые на себя обязательства, выдав заодно большое количество лиц, не подлежащих выдаче по существующим соглашениям и международным нормам.
В частности, советским властям было передано довольно большое количество белоэмигрантов, которые никогда не имели советского гражданства и не воевавших беженцев. Проводя операции по выдаче, союзники действовали очень жестко и довольно часто применяли силу.
Самым известным из подобных случаев стала насильственная выдача англичанами казаков в австрийском Лиенце и соседних областях, которая сопровождалась многочисленными жертвами. В середине мая прорвавшиеся с боями из Северной Италии и Югославии в Австрию казаки из Казачьего Стана и 15-го казачьего кавалерийского корпуса СС торжественно сдались представителям британских войск и разоружились. Они рассчитывали остаться в Европе, получив статус политических беженцев. Однако англичане приняли решение о выдаче их в СССР. С конца мая по середину июня советской стороне было передано около 45-ти тысяч (по другим данным до 60-ти тысяч) строевых казаков, членов их семей и беженцев с Дона, Кубани и Терека.
Эти события оцениваются далеко не однозначно и до сих пор вызывают ожесточенные споры как среди историков, так и в разных слоях общества. Одни называют это чудовищной несправедливостью и предательством союзников, особо упирая на насилие с нарушением международных норм при выдаче и трагическую судьбу репатриированных людей. Их оппоненты считают произошедшее закономерным итогом не имеющего оправдания сотрудничества с нацистским Рейхом, акцентируя внимание на военных преступлениях самих коллаборационистов.
В любой трактовке это действительно очень драматическая и болезненно-сложная для восприятия страница истории. В ней переплелись довольно много исторических, политических и моральных факторов. Эмоциональную составляющую обостряет сама процедура выдачи, приемы союзников и состав репатриируемых. Важно не упрощать картину, а попытаться понять суть противоречий и найти ответы на ключевые вопросы: мотивы сотрудничества казаков с Рейхом, степень их вины, кого и насколько справедливо выдавали, как осуществлялась выдача и что ждало репатриируемых в Советском Союзе.
До революции казачество представляло собой исторически сложившееся наследственное военное сословие со своей территорией, традициями и укладом. Казаки охраняли границы и несли сторожевую службу, казачьи войска были готовы выступить по первому приказу и участвовали во всех войнах, вооруженных конфликтах и походах.
Вместе с тем казаки обладали правами на определенную самостоятельность и самоуправление, принципиально отстаивая эти вольности. Чересчур резкие перемены строя и политику большевиков казаки не одобрили. В советскую систему они явно не вписывались, поэтому уже в 1919-м году ЦК РКП(б) принимает решение о массовом терроре против казаков, оказывающих сопротивление новой власти. Эта политика получила название «расказачивание» и ставила своей целью ликвидировать это сословие как класс.
«Полностью искоренить казачество как класс. Уничтожать верхушку, лишить массы организаторов, отобрать оружие, разоружить до последнего. Уничтожить населённые пункты, противящиеся советской власти» конкретизировал задачу Яков Свердлов.
«Расказачивание» сопровождалось массовыми расстрелами бывших офицеров и воевавших за белых служивых казаков, зажиточных и просто нелояльных советской власти казаков. Отбирались и освобождались для переселенцев казачьи земли, станицы обложили огромными налогами, в случае их неподчинения властям сжигали. К концу Гражданской войны сопротивление казачества было полностью подавлено. Значительная часть казаков, воевавших на стороне белых оказалась в эмиграции. По разным данным страну покинуло от двухсот тысяч до полумиллиона казаков и членов их семей.
Однако советская власть на этом не остановилась. Притеснения в казачьих областях продолжались и после войны. В начале тридцатых годов наряду с раскулачиванием была проведена массовая депортация, выселяли целыми семьями и станицами. В Казахстан, Сибирь и Среднюю Азию было депортировано более трехсот тысяч человек.
Уцелевшие и оставшиеся на местах скрывали свои казачьи корни, в анкетах назывались «крестьянами» и «рабочими», чтобы избежать репрессий. Понятно, что при таком отношении большинство казаков относились к советской власти крайне негативно. Значительная часть из них воевала на стороне Германии в различных казачьих формированиях.
Можно ли считать казаков предателями Родины?
В постсоветское время стало довольно популярным мнение, что основной причиной перехода казаков на сторону Рейха была жесткая репрессивная политика большевиков в отношении казачества. Разделяющие эту точку зрения считают, что казаки не «предавали Родину», а боролись с конкретным политическим строем. Кубанский атаман Шкуро заявил, что против большевиков он пойдет хоть с чертом. А атаман Войска Донского Краснов призвал казаков выступить против советов на стороне немцев:
«Я прошу передать всем казакам, что эта война не против России, но против коммунистов, жидов и их приспешников, торгующих Русской кровью. Да поможет Господь немецкому оружию и Гитлеру!»
Собственно говоря, нет никакого смысла отрицать «расказачивание», уничтожение автономии, репрессии и депортацию казаков. Ряд историков называют эти действия советской власти геноцидом. Не удивительно, что казаки, выжившие после расказачивания и коллективизации, воспринимали немцев как избавителей от гнета большевиков.
Тем не менее, сотрудничество с врагом в глазах большей части общества автоматически делает их коллаборационистами и предателями. Причем это касается не только перешедших на службу к немцам казаков-граждан СССР, но и белоэмигрантов, никогда этого гражданства не имевших. По мнению многих людей (в том числе и ряда лидеров Белого движения), отказ от присяги на верность Российской империи с принятием присяги на верность Рейху является прямой и неоспоримой изменой Родине.
Один из самых непримиримых противников советской власти генерал Деникин заявлял, что при всем неприятии большевиков невозможно сотрудничество с внешним врагом, собирающимся уничтожить Россию как государство.
«Ни большевистской петли, ни чужеземного ига! Участие наше на стороне захватчиков российской территории недопустимо! Наш долг, кроме противобольшевистской борьбы и пропаганды, проповедовать идею национальной России и защищать интересы России вообще», сказал он в одном из своих выступлений перед эмигрантами.
Отказались от сотрудничества с нацистами известные казачьи генералы: походный атаман Войска Донского Петр Попов, генерал-майор Вячеслав Баранов, генерал-лейтенанты Пётр Писарев и Павел Кусонский.
Какую службу несли казаки у гитлеровцев?
Уже осенью сорок первого года началось формирование первых казачьих частей под патронажем вермахта. Костяком этих соединений стали эмигранты первой волны и военнопленные казаки. Высшее руководство Рейха во главе с Гитлером относилось к этому вполне благосклонно, так как считало, что казаки произошли из древнегерманских племен готов и принадлежат к арийской расе.
Тем не менее отправлять их на фронт немцы не спешили, предпочитая использовать в тылу для борьбы с партизанами. Многолетняя кровная обида на большевиков превращала их в идеальный инструмент для проведения карательных акций. Командующий тылами группы армий центр генерал фон Шенкендорф такими помощниками был весьма доволен:
«Настроение казаков хорошее. Боеготовность отличная… Поведение казаков по отношению к местному населению беспощадное», охарактеризовал он своих подопечных.
Казаки блестяще зарекомендовали себя на службе Гитлеру, продемонстрировав свою эффективность в борьбе с партизанскими отрядами и расправах с мирным населением. Поэтому было принято решение о создании более крупных казачьих соединений. Тем более, что в ходе летнего наступления сорок второго года вермахт оккупировал территории проживания донских, кубанских и терских казаков, на которых осталось десятки тысяч еще пригодных к службе мужчин, недовольных советской властью.
Осенью сорок второго года с разрешения немецкого командования в Новочеркасске прошел казачий сход, на котором избрали штаб Войска Донского и приступили к формированию двух крупных соединений: Казачий стан и 600-й полк донских казаков, который впоследствии был преобразован сначала в дивизию, а затем в казачий кавалерийский корпус СС. Большую часть личного состава этих соединений составили оказавшиеся в оккупации казаки и военнопленные, то есть бывшие граждане Советского Союза.
Впрочем, несмотря на неоднократные просьбы командиров и личного состава казачьих частей о скорейшей отправке на Восточный фронт немцы, опасаясь возможных переходов на советскую сторону предпочитали использовать их не на передовой, а в своем тылу.
Казакам, учитывая уже имеющийся у них опыт, поручали охрану складов и коммуникаций, конвоирование грузов и обеспечение безопасного перемещения по дорогам. Казаки вели очень эффективную контрпартизанскую борьбу, уничтожая партизанские отряды и их базы, проводя карательные акции против деревень, заподозренных в укрывательстве и пособничестве партизанам.
Если довольно немногочисленные бои казачьих подразделений с частями Красной армии еще можно как-то объяснить ненавистью к большевикам и отнести к борьбе с «режимом Сталина», то их активное участие в карательных операциях ни лбьяснить, ни простить невозможно. Казаки служили Гитлеру настолько рьяно, что по жестокости зачастую превосходили даже зондеркоманды СС. Путь казачьих соединений от Новочеркасска, где они были сформированы до Австрии, где они в итоге сдались англичанам отмечен многочисленными военными преступлениями.
Несмотря на довольно непродолжительное пребывание (менее трех месяцев) Казачий стан успел особо отличиться в Белоруссии. Весной сорок четвертого года немецкое командование выделило казакам для поселения земли в районе Барановичи-Слоним-Новогрудок-Ельня и поставило задачу очистить новый «казачий край» от партизан. В кратчайшие сроки казаки добились значительных успехов: партизанское сопротивление было подавлено и основные дороги стали сравнительно безопасны для немцев.
«С помощью собранных в Новогрудке казачьих частей в короткий срок удалось освободить от партизан и удержать главные пути сообщения», с удовлетворением рапортовал немецкий комендант города Новогрудок.
В борьбе с партизанами казаки действовали предельно жестко. Захваченных в результате боестолкновений партизан после истязаний жестоко убивали: вешали, стреляли, рубили шашками. Для устрашения населения проводили публичные казни заподозренных в помощи партизанам, брали заложников, арестовывали семьи партизан и сочувствующих советской власти, отбирали у них дома и имущество.
В середине лета началось освобождение Белоруссии и казаки, после боев с наступающими советскими войсками, отступили в Центральную Польшу. Здесь они отметились при подавлении Варшавского восстания в августе сорок четвертого года, захватив порядка пяти тысяч повстанцев и продемонстрировав неоправданную жестокость. После войны поляки признают эти действия геноцидом. Впрочем, в Польше казаки тоже надолго не задержались.
Осенью этого же года немцы перебросили казаков в северную Италию, теперь уже для борьбы с итальянскими партизанами. На новом месте казаки начали обосновываться весьма обстоятельно. Город Алессо переименовали в Новочеркаск, более мелкие города стали станицами.
Местное население большей частью насильно депортировали, дома и имущество отобрали. Перевезли семьи и устроились с комфортом, грабя оставшихся жителей и проводя операции против отрядов итальянского Сопротивления. В целом, натворили столько, что после капитуляции немецких войск в Италии пришлось бежать в Австрию, столько крови и насилия итальянцы бы им не простили.
Но самый кровавый след казаки оставили в Югославии. Туда для борьбы с Народно-освободительной армией Югославии была переброшена 1-я казачья кавалерийская дивизия (ставшая позже 15-м казачим кавалерийским корпусом СС). Даже один из самых ярых защитников казаков историк Смирнов был вынужден признать:
«Станичники 1-й дивизии фон Паннвица своими делами на территории Югославии вписали позорную страницу в историю казачества XX века»
Действуя в режиме самообеспечения казаки реквизировали лошадей и скот у крестьян, отбирали фураж и продовольствие. Зачастую эти акции перерастали в откровенное насилие и грабеж населения. В «партизанских» районах казаки применяли тактику выжженной земли, сравнивая с землей и сжигая села и хутора, помогающие партизанам. Захваченных убивали самым зверским образом, сжигали живьем и разрывали лошадьми. Операции против партизан часто сопровождались массовыми убийствами гражданского населения и изнасилованиями женщин.
Почему выдача казаков в Лиенце до сих пор вызывают споры у историков?
Главный вопрос в том, можно ли считать справедливой поголовную выдачу всех оказавшихся в казачьих лагерях без разбора. Вместе со служивыми казаками были выданы и беженцы, то есть ушедшие с ними при отступлении вермахта члены их семей, старики, женщины и дети. В западной юрисдикции привлечение к ответственности членов семей и родственников кого-либо совершившего любое преступление считается недопустимым нарушением прав человека.
Особое возмущение у сочувствующих казакам вызывает выдача нескольких тысяч белоэмигрантов первой волны, которые никогда не имели советского гражданства и не подлежали репатриации по Ялтинским соглашениям. Они могли рассчитывать на статус военнопленных в соответствии с Женевскими конвенциями и вернуться в свои европейские страны.
Часто вызывает осуждение и сама процедура выдачи. Она началась с обмана: под предлогом созыва конференции о дальнейшей судьбе казаков англичане выманили в Шпиталь всех казачьих офицеров и генералов, по разным данным от полутора до двух с половиной тысяч человек. Все они были немедленно арестованы и переданы НКВД.
Затем дошла очередь до рядовых казаков и беженцев. Когда англичане окружили лагерь и объявили о начале репатриации многие казаки отказались подчиниться. Солдаты применили силу. Казаков избивали прикладами и дубинками, кололи штыками, стреляли на поражение. Толпу разбивали на группы, которые загоняли в поданные грузовики. В этой операции по выдаче погибло до тысячи казаков, зафиксирован ряд самоубийств. Примерно четырем тысячам удалось, прорвав оцепление бежать в горы. Их англичане вылавливали и передавали советским властям еще около месяца.
Причины такого жесткого и бесцеремонного отношения британского командования к казакам лежат на поверхности. И дело даже не в том, что англичане выполняли свои Ялтинские обязательства. По большому счету, преступления казаков на территории Советского Союза их особо не волновало.
Но своим участием в подавлении Варшавского восстания, антипартизанскими операциями в Италии и Югославии казаки заработали в глазах союзников устойчивую репутацию карателей. Поэтому никакой трагедии в их выдаче англичане не видели, по их мнению, казаки, запятнав себя военными преступлениями не могли считаться «честными солдатами».
Не было особого смысла и в их сортировке по гражданству. По практике тех лет военных преступников судили обычно там, где они совершали зверства. Так что даже если бы эмигрантов первой волны не отправили в СССР, их выдачи потребовала бы Италия или Югославия. С учетом того, что партизаны обеих этих стран казаков в плен не брали, вряд ли они от этого что-то могли выиграть. Много военных преступников понесло заслуженное наказание на процессе в Нюрнберге вне зависимости от подданства.
Итог вполне закономерен. Шесть казачьих генералов включая кубанского атамана Шкуро, донского атамана Краснова и командира 15-го корпуса СС фон Паннвица были повешены. Число расстрелянных офицеров и рядовых казаков установить невозможно. Основная масса прошла через фильтрационные лагеря и в зависимости от «заслуг» получила сроки в ГУЛАГе или отправлена на спецпоселения. Те, кто дожил до пятьдесят пятого года вышел на свободу по амнистии для коллаборационистов.
Это Владимир «Две Войны». Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍