Утром Сосновск выглядел почти нормально. Автобусы ходили. У булочной стояла очередь. Школьники курили за гаражами. На площади дворник сгребал мокрые листья в чёрные мешки. Но никто не смотрел Лиде в лицо. Она подошла к продавщице в магазине, где покупала хлеб с детства.
— Здравствуйте, Вера Павловна.
Женщина подняла глаза.
— Мы знакомы?
— Я Лида. Власова. Дочь Николая.
Продавщица нахмурилась.
— Николай Власов умер, царство ему небесное. Детей у него не было.
Лида рассмеялась и это было слишком громко.
Люди в очереди повернулись к ней. Их лица были спокойными, равнодушными — и вдруг она поняла, что не может вспомнить ни одного имени, а ведь она знала этих людей всю жизнь. Но имена будто стерлись из ее памяти. На городской доске объявлений висел свежий список пропавших без вести. Бумага была длинной, почти до земли. Внизу, под десятками фамилий, чёрными буквами печаталось:
«ЕСЛИ ВЫ УЗНАЛИ СЕБЯ, ОБРАТИТЕСЬ В АРХИВ».
Лида побежала к площади. На месте памятника шахтёрам стояло здание, которого вчера не было: узкое, серое, без окон. На фасаде — железная дверь.
Табличка гласила:
ФОНД 0. ВХОД ДЛЯ НЕУЧТЁННЫХ.
Перед дверью уже стояли люди.
Старик в больничном халате.
Женщина с младенцем.
Подросток в школьной форме пятидесятых годов.
Все они молчали и все держали в руках пустые картонные карточки.
- Фонд 0. Часть 9. Нина остается
