Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Для тех, кому иногда хочется поумнее и посложнее, у меня сегодня научное

:) Вышла наша с Ириной Ивановной Валуйцевой статья «Организационный мунос как зона неартикулируемого в организационном дискурсе». И сразу предупреждаю: научная статья — это не мемчики в Telegram и не болтовня в Дзене. Каждая такая работа для меня — тяжёлый интеллектуальный труд. Нужно доказать, что за твоей идеей действительно стоит отдельный феномен, который требует собственного понятия: развести его с уже существующими концепциями, собрать исследования, выстроить теоретическую рамку, обосновать различения. А потом приходят рецензенты и начинают задавать вопросы к каждому слову: почему так? откуда это? чем отличается? где источники? И ты снова переписываешь, уточняешь и постепенно принимакшь, что красивая мысль должна выдержать довольно жёсткую процедуру научного доказательства. В самой статье мы рассматриваем особый случай организационного молчания. В отличие от классических исследований employee silence, где человек мог бы высказаться, но по разным причинам не делает этого, нас инте

Для тех, кому иногда хочется поумнее и посложнее, у меня сегодня научное :)

Вышла наша с Ириной Ивановной Валуйцевой статья «Организационный мунос как зона неартикулируемого в организационном дискурсе».

И сразу предупреждаю: научная статья — это не мемчики в Telegram и не болтовня в Дзене.

Каждая такая работа для меня — тяжёлый интеллектуальный труд. Нужно доказать, что за твоей идеей действительно стоит отдельный феномен, который требует собственного понятия: развести его с уже существующими концепциями, собрать исследования, выстроить теоретическую рамку, обосновать различения. А потом приходят рецензенты и начинают задавать вопросы к каждому слову: почему так? откуда это? чем отличается? где источники? И ты снова переписываешь, уточняешь и постепенно принимакшь, что красивая мысль должна выдержать довольно жёсткую процедуру научного доказательства.

В самой статье мы рассматриваем особый случай организационного молчания. В отличие от классических исследований employee silence, где человек мог бы высказаться, но по разным причинам не делает этого, нас интересует ситуация, когда сама организация постепенно делает некоторые вещи почти непроизносимыми: для них не остаётся языка, жанра или легитимного способа высказывания.

Это не обязательно связано с прямыми запретами — достаточно постоянных отсрочек, эвфемизаций («оптимизация» вместо сокращений, «временная задержка» вместо невыплат, «зона роста» вместо провала) и формирования императива позитивности, при котором критика становится «неконструктивной», а сомнение — признаком нелояльности.

В результате люди начинают редактировать собственную речь ещё до того, как её произнесут, и вопрос смещается: не «почему сотрудник промолчал?», а «как устроен дискурс, в котором некоторые вещи невозможно нормально назвать?».

Для описания этой зоны неартикулируемого мы вводим понятие организационного муноса и анализируем механизмы его производства — темпоральное отложение, эвфемизацию, интериоризацию ограничений, императив позитивности и гистерезис габитуса.

А дальше уже идут Бурдьё, Лотман, Дридзе, символическая власть, семиосфера и прочие радости теоретического анализа — и, собственно, сама статья.

https://www.linguamgou.ru/jour/article/view/2187