Немножко боли: вы узнаете о Майкле Джексоне то, что изменит ваше представление о нем навсегда!
Любитель загадок
Это продолжение прошлой главы книги костюмера Майкла Джексона, его тёзки - Майкла Буша. Напоминаю, чтобы вы не запутались:
"Преамбула" Буша заканчивается на том, что Майкл Джексон повесил трубку, оставив своим костюмерам четкое указание: сделайте мне куртку из столовых приборов.
Ложка, нож и вилка. Вот какие вещи должны были стать акцентами в новом образе Майкла.
Костюмеры Буш и Томкинс остались наедине с этой задаче, которая на первый взгляд казалась невыполнимой.
И вот что рассказывает Буш:
Я сразу же спросил Денниса: "Кааааак это сделать???"
У меня не было вопроса к Майклу - "Зачеееем?". Я уже знал, что спрашивать у Майкла Джексона о том, почему он хочет воплотить именно эту дикую идею - бесполезно. Он и сам никогда не знал ответа на этот вопрос. Для него просто не существовало «для чего» и «зачем», и в этом была гениальность его мышления.
С его способом "быть гениальным" мы не могли бороться - мы могли только принять это. За годы сотрудничества мы не раз все вместе отправлялись на "блошиные рынки" и прочие тому подобные места, и я каждый раз возвращался в состоянии тихого оцепеняющего восторга после того, как видел: вот Майкл озирается вокруг, вот его глаза зажигаются огоньком, который мне в свое время казался безумным, и вот уже я невольно ввязываюсь в его игру и пытаюсь заметить то же, что заметил он.
Томкинс также подсаживался на эту игру.
Это было именно игрой.
Майкл не шел напрямую к той вещи, которая его впечатлила. Много раз он прятал огонек в глазах и командовал возвращаться в машину, а там буквально подпрыгивал:
– Буш, ты видел это?
– Ч-ч-ч-что? Черт, нет, я ничего не заметил.
– Значит, иди обратно, – говорил он, открывал дверь и буквально выпихивал меня наружу.
Так Майкл учил нас «ловить» образ его мыслей без слов, на интуитивном уровне.
Попытки проникнуть в его голову и больше разузнать о том, что оказывало влияние на Майкла, что и как он замечал, вели все же к пониманию того, что именно служит ему вдохновением. Постепенно мы привыкли чутко ловить реакцию Майкла на одежду, которую мы шили.
Мы должны были:
1) предугадать его потребности и
2) мыслить нестандартно,
но...
понимание конечных "критериев" для создания костюмов для него пришло к нам с Томкинсом только после того, как много, много, много раз мы увидели, что же конкретно восхищало его, когда он надевал ту или иную вещь впервые.
Что же восхищало Майкла?
Как и его музыка, и хореография, одежда Майкла Джексона представляла собой своего рода упражнение в наслаивании элементов.
С определенной, понятной лишь ему целью.
И при этом без малейшего признака продуманности.
Так же, как в своих мелодиях или движениях Майкл подбирал / объединял уникальные, на первый взгляд не связанные между собой, элементы, получая в итоге гармоничное целое, он и "технические задания" на костюмы выдавал нам в виде какого-то управляемого хаоса.
Этот повинующийся только ему известным законам Хаос и был главной частью таинственности Майкла.
Буш, Джексон и пиджак Dinner Jacket
И да, мы создали для Майкла "костюм из ложек и вилок". Просто угадав, какого эффекта он от нас - и от костюма - добивался.
Когда он двигался в этом пиджаке, он весь звенел (неудивительно!). И его по-детски радовало позвякивание, издаваемое металлом. Столовые приборы, которые мы закрепили на пиджаке, были, конечно же, из чистого серебра - как пули против оборотней или приманка для единорога.
Серебро, как известно, прекрасно отражает свет. Ну и в движении "бренчит" (на мой слух). Слух Майкла улавливал в этом ноты настоящей гармонии. Для него Dinner Jacket ЗВУЧАЛ.
В общем, сшитый нами пиджак обеспечивал вам внимание зрителя и усладу для глаз и для ушей. Только не моих: для меня это было все равно что наслаждаться подбрасыванием звенящих на брелке ключей...
Но когда Майкл поворачивался в нем так и эдак, я завороженно наблюдал, как раздражающие позвякивания превращаются в настоящую магию! Он словно знал, каким движением извлечет какой звук - и мог превосходно манипулировать вниманием зрителя.
Так что для него это, при всем его детском восторге, далеко была не "детская игрушка".
О-о-окей, пляшем
Имитация музыкальных спецэффектов, которую устраивал своими движениями Майкл, и его удовольствие от этого означали, что, если мы хотим ему угодить, то мы должны придать всем костюмам такую же "многогранность".
Любая вещь, которую он надевал, должна была прекрасно сидеть по фигуре, но при этом быть рассчитанной на его подвижность; она должна быть богато декорированной, но при этом не тяжеловесной.
Коротко говоря, в нашем с Томкинсом арсенале скоро появились тысячи значков, планочек, эмблем, пряжек, молний, заклепок, страз... Майкл не просто носил аксессуары, он буквально "декорировал" себя ими. Одним из его излюбленных выражений было «Я возьму себе все, что вы не смогли бы носить».
Как и в своей музыке, он хотел, чтобы с его одеждой мы дошли до крайних пределов фантазии, что давало нам некое загадочное прикосновение к тайне его гениальности, как к камертону. Но, поскольку гениями мы не были, перед нами всегда стояла задача определиться, где и когда сказать себе стоп, прежде чем мы уничтожим костюм.
Трудно остановиться, пока не получишь достаточно, не так ли?
Это намек на песню «Don’t Stop ’Til You Get Enough», с которой Майкл Джексон, впервые в качестве сольного исполнителя, получил награды «Грэмми» и American Music Award.
Майкл был мастером баланса в музыке, и нам необходимо было научиться такому же балансу при создании его одежды.
Синергия музыки и стиля была одной из составляющих гениальности Майкла
Он заинтересовался одеждой еще в 1960-х, в период работы Jackson 5
Если вы сейчас удивились, просто напомню: родился он в 1958, а на сцене был с пяти лет - то есть всю вторую половину 60-х он реально уже искал свой стиль, чтобы выделиться на фоне братьев на сцене...
В шестидесятых группа еще только пыталась «поймать волну», а он, еще ребенок, уже задумывался над тем, как он выглядит на сцене! Я узнал об этом в обычной беседе, вылившейся для меня в необычайное откровение.
В 1990 году я ехал в студию в машине Майкла, вместе с ним, как это бывало нередко, и он скручивал и распускал в кулаке ткань одного из своих пиджаков. Его привлекли мерцающие стразы на рукаве.
Он спросил:
– Буш, как тебе удается не поранить пальцы, когда ты загибаешь эти шипы на заклепках? Тебе удается устанавливать такое количество заклепок, не поранившись?
Он имел в виду шипы, которые должны "схлопываться" на обратной стороне, чтобы зафиксировать плоский стразик, крепящийся к ткани. Я был слегка озадачен.
Во-первых, это была моя работа, а не его. Но он спросил - я ответил.
– У меня есть специальная машинка для этого, Майкл.
Он отреагировал так, будто я дал ему домашний телефон Санта-Клауса.
– Серьезно?!
«Да он что, снова насмехается надо мной?» – подумал я. Ну не мог же кто-то считать, что я вручную загибал каждый шипик на сотнях страз… или мог? Насчет Майкла никогда нельзя было сказать заранее.
– Я тоже хочу такую машинку, – вдруг заявил он тоном маленького мальчика, который смотрит на свою сестру, стоящую с огромным мороженым и буквально роняет слюнки.
Он продолжал:
– Когда мы только начинали выступать, мы сами готовили себе все концертные костюмы. Моя мама, мои братья и сестры, и я тоже – мы шили их сами. Я помню, как прикреплял эти камни на свою одежду по одному, и у меня вечно были исколоты в кровь пальцы. Эти шипы такие острые. Это было так больно, Буш.
– Майкл! Надо было просто взять наперсток!
– У нас его не было.
Только тогда я осознал, что Майкл действительно очень ценит нашу с Деннисом работу! Он знал, чего стоит создание этих костюмов.
_________________________________________________
В следующем материале выложу перевод главы книги Буша про ту самую перчатку Майкла Джексона!