В нашей деревне есть озеро, которое на старых картах называется Черным. Но никто уже не помнит почему.
Вода в нем всегда была темнее, чем в соседних озерах.
Даже в солнечный день казалось, будто под поверхностью начинается бездонная пропасть.
Старики говорили, что дно там никто никогда не измерял до конца.
Мы смеялись.
До одного случая.
Это произошло лет десять назад.
Сначала начали пропадать сети.
Не рвались.
Не всплывали.
Именно исчезали.
Будто кто-то аккуратно утаскивал их под воду.
Рыбаки решили, что завелся огромный сом.
Такое бывает.
Особенно в старых глубоких озерах.
Потом исчезла лодка.
Ее нашли через три дня на противоположном берегу.
Деревянное дно было покрыто длинными царапинами.
Будто кто-то водил по нему огромными когтями.
Внутри лежали все снасти.
Но весла исчезли.
— Сом балуется, — шутил сосед Николай.
Через неделю шутки закончились.
Николай больше домой не вернулся.
Лодку нашли посреди озера.
Она спокойно покачивалась на воде.
Мотор работал.
Удочки стояли в держателях.
А самого рыбака не было.
Полиция прочесала все дно.
Безрезультатно.
Никаких следов.
После этого на озеро почти перестали ходить.
Кроме деда Егора.
Ему тогда было под семьдесят.
Он только усмехался.
— Это не сом.
— А кто?
— Лучше не знать.
Но однажды он согласился взять меня на ночную рыбалку.
Мне было двадцать.
Хотелось доказать всем, что никаких чудовищ не существует.
Мы отплыли почти к середине.
Ночь стояла необычно тихая.
Даже лягушки молчали.
Егор вдруг попросил выключить фонарь.
— Слушай воду.
Я прислушался.
Сначала ничего.
Потом...
Где-то под лодкой послышался медленный вдох.
Именно вдох.
Будто кто-то очень большой набирал воздух.
Потом еще один.
Лодка едва заметно качнулась.
Я включил эхолот.
Экран показал огромное пятно под нами.
Настолько большое, что сначала я решил — прибор сломался.
Глубина была около восемнадцати метров.
Но отметка двигалась.
Медленно.
Прямо к поверхности.
— Это сом?
Егор молча поднял якорь.
— Уходим.
Мотор вдруг заглох.
Без причины.
Вода вокруг стала совершенно гладкой.
Ни одной волны.
И тогда...
Из глубины медленно поднялось что-то темное.
Сначала показалась длинная спина.
Потом...
Совсем не рыбий силуэт.
Оно двигалось слишком плавно.
Словно не плыло, а скользило.
Размером было почти с нашу лодку.
Никаких плавников.
Никакого хвоста, как у сома.
Только длинное черное тело.
И что-то похожее на руки, которые медленно исчезали под водой.
Я не сразу понял, что вижу.
Потому что голова показалась последней.
Круглая.
Совершенно лысая.
Без глаз.
Или они были закрыты.
Оно остановилось возле борта.
Вода даже не плескалась.
Просто огромная темная масса находилась рядом.
Потом...
Раздался стук.
Тук.
Тук.
Тук.
Три раза.
Снизу.
По днищу лодки.
Егор побледнел.
И очень тихо сказал:
— Не отвечай.
Я не понял.
— Что?
И снова:
Тук.
Тук.
Тук.
На этот раз машинально я постучал пальцами по борту.
Три раза.
В ту же секунду под лодкой что-то резко пришло в движение.
Мотор сам завелся.
Без ключа.
Егор дал полный газ.
Мы летели к берегу, не оглядываясь.
Когда выскочили на сушу, он долго сидел молча.
Потом произнес:
— Оно теперь знает твой стук.
Я решил, что старик просто испугался.
Но через несколько дней произошло странное.
Каждую ночь ровно в три часа кто-то стучал в окно.
Три раза.
Тук.
Тук.
Тук.
Я выбегал во двор.
Никого.
Следующей ночью снова.
Через неделю это услышала мать.
Она открыла занавеску раньше меня.
Потом резко закрыла окно и закричала:
— Никогда не открывай после третьего стука!
Она рассказала, что еще ее дед говорил об озере.
По его словам, под водой живет не рыба.
И не животное.
А что-то, что умеет запоминать людей.
Оно никогда не выходит на берег само.
Но сначала узнает, где ты живешь.
Через месяц умер дед Егор.
Перед смертью он успел сказать только одну фразу:
— Оно поднялось выше...
После похорон деревенские мужики решили осушить часть озера.
Пригнали экскаватор.
Начали копать у старой заводи.
На глубине меньше метра ковш зацепился за что-то огромное.
Все подумали — коряга.
Когда подняли...
Это оказался деревянный нос старой лодки.
Потом второй.
Третий.
Под илом лежали десятки лодок.
Все одна на другой.
Некоторым было больше ста лет.
Но самое жуткое оказалось внутри.
Во всех лодках отсутствовали весла.
Словно кто-то специально складывал их на дно озера.
Прошло много лет.
На рыбалку туда больше почти никто не ходит.
Но иногда летом, когда ветер совсем стихает, жители соседних домов слышат странный звук, доносящийся с воды.
Не всплески.
Не рыбу.
Три тихих удара.
Тук.
Тук.
Тук.
И если в этот момент кто-то машинально постучит в ответ по столу...
...на следующее утро возле его дома всегда находят мокрые следы, которые ведут не от озера.
А к входной двери.
