2 Часть. Продолжение. День 5. День 6.
День пятый.
Мне снились тревожные длинные сны, в них я убегала от безжалостного зверя, в котором еще осталось что-то человеческое. И каждый раз он настигал меня, валил на землю и вгрызался в моё бедро, снова и снова, своими длинными острыми, как иглы, клыками…
В следующий раз, когда я проснулась, сознание было словно в тумане, я не понимала, какое время суток, где я нахожусь и почему на мне влажная рубаха. Сил не было оторвать голову от подушки, такая слабость одолела меня, что мне показалось будто жизнь меня покидает. Лекарь приподнял меня за плечи и помог сесть, стащил с меня рубаху и сменив на сухую и чистую, снова уложил меня на кушетку и накрыл тонким оделом.
—У неё сильный жар, но ничего лекарства скоро подействуют, будем ждать, — прозвучал голос лекаря.
Я повернула голову в другую сторону, и сквозь приоткрытые веки чей-то силуэт привиделся мне тогда, там у шторки кто-то стоял.
—Настя, — прошептала я и протянув к тебе руку, закрыла глаза.
Легкий шорох шагов и горячая рука обхватила мою, я слабо улыбнулась.
Я долго бредила, а ты всегда была рядом.
—Настя, ты здесь?
—Настенька моя, я скоро встану, и мы убежим с тобой.
—Настенька, пойдем купаться, у тебя рубаха испачкалась.
—Настя, прости меня, я не это имела ввиду. Я так люблю тебя.
—Верни меня домой…Настя, ты здесь?
Ты терпеливо ждала заветного дня. Матушка не могла на тебя нарадоваться, какая ты была исполнительная и хозяйственная, а ты просто не хотела нарываться на неприятности и вызывать подозрения. Ты терпеливо вынашивала план, и твердо намеревалась его воплотить, во что бы оно тебе не стало. Ты даже перестала подходить и нервировать Даниила на улице, чтобы он поверил, что ты смирилась с моим отсутствием. Ты избегала возможности лишний раз с ним встретиться, чтобы вдруг он не расколол тебя своими расспросами, так что ты только натянуто улыбалась ему из далека, и, если он вдруг приближался к тебе, сразу пряталась в избу. Даниил настороженно поглядывал тебе в след, не верил он твоему смирению, особенно после того, как увидел в окно, что ты болтаешь с его напарником.
День шестой.
Я проснулась в районе обеда, дневной свет бил во все окна и хорошо освещал лечебное помещение. Здесь было почти, как в палате и долго разглядывать полупустые стены мне наскучило. Чувствовала я себя гораздо лучше, по крайней мере, сознание моё прояснилось, и, хотя тело было ватным, мне захотелось подняться. За шторой я услышала приглушенные мужские голоса, они что-то обсуждали, и я постеснялась просить помощи, к тому же я вполне была уверенна в своих физических силах. Я откинула простынь в сторону, расправила на себе рубаху и потихоньку приподнялась. Голова немного покружилась, и всё вернулось на свои места. Затем я спустила ноги с кушетки и без особого труда сползла с неё, мои стопы коснулись деревянного пола. Но только я сделала шаг, внезапная боль пронзила в области лодыжки, и я упала на пол, не успев подставить другую ногу. Тут же отлетели шторы в стороны, и с обеспокоенным лицом ко мне подскочили Тамерлан с лекарем. Я растерянно смотрела то на одного, то на другого, желая заплакать от досады и унизительного положения, но только страдальческая гримаса боли исказила моё лицо.
—Ну, ты и партизан, чего не позвала-то? — доброжелательным тоном сказал мне лекарь, обрадовавшись, что я пришла в себя, — Болит что-то? Ты чего встала? Я если что, Андрей, здешний лекарь. И не только здешний.
—Приятно… познакомиться… Я попить хотела, — прошептала я смущенно, опустив глаза, не по себе мне было в таком виде перед взрослыми мужчинами. — Кажется, что-то с ногой.
—Давай-ка на постель, посмотрим, а то на полу мне неудобно. Знаешь ли, спина у меня больная, — шутил лекарь, хотя на вид ему было чуть больше сорока.
Тамерлан тут же наклонился ко мне и без предупреждения подхватил меня на руки, и понес обратно на кушетку. Мне хотелось провалиться сквозь землю от неловкости, находясь в вынужденной близости с ним. Перед глазами пронесся образ зверя, в котором осталось что-то человеческое… Тимур бережно опустил меня на постель, и лекарь сразу стал осматривать мою ногу, в которой возникла острая боль. Он стал аккуратно сгибать и разгибать её, и в области голеностопного сустава я вновь почувствовала боль.
—Ну, всё понятно, похоже, что растяжение, есть небольшой отек, так что придется поберечься какое-то время.
—Но как же я теперь буду ходить? — разочарованно простонала я.
—Потихоньку будешь. Я наложу фиксирующую повязку на 2-3 дня, а там посмотрим.
Пока лекарь меня осматривал, Тамерлан принес мне воды в большой деревянной кружке. Мне было неловко получать помощь из его рук, но я его поблагодарила, так и не подняв на него глаз. Он не стал досаждать своим присутствием и подав мне кружку, тут же ушел, так и не вымолвив ни слова. Я осталась с доктором одна.
—Скажите, что со мной, почему у меня такая слабость, я что умираю? — спросила я его, как только мы остались одни, и я расслабилась.
—Нет, — засмеялся он, — как раз наоборот - выздоравливаешь. Видимо в рану инфекция попала, плюс физическое и нервное истощение. В общем, одно наложилось на другое и у тебя очень быстро подскочила температура. Но первая доза антибиотика уже сделала своё дело, так что всё наладится, завтра - послезавтра будешь чувствовать себя здоровой. И я тебе сделал прививку от столбняка. Всё-таки стрела старая, а рана глубокая, лучше с этим не шутить. Теперь давай наложу фиксирующую повязку и немного пройдемся, заодно оценим степень растяжения. Потом надо сменить набедренную повязку и смазать тебе мелкие раны. Ну а затем тебе надо подкрепиться.
—О господи, такое ощущение, что я с войны вернулась, — удивилась я всем своим приобретенным повреждениям, - Вот же Настя удивится!
И тут я вспомнила про тебя.
—Нда, ты, конечно, наделала тут шума, — натянуто улыбнулся Андрей, — только больше не повторяй такого, это могло плачевно закончиться.
— Да уж, я не ведала, что так далеко зайдет, честное слово… А Настя
была здесь?
—Нет, но ты часто ее звала.
—Значит, показалось, — печально вздохнула я.
Когда лекарь зафиксировал мне голеностопный сустав, я вполне смогла самостоятельно опираться на ногу, и идти немного прихрамывая, не испытывая особой боли. После всех назначенных процедур я поела, умылась, привела себя в порядок, и почувствовала в себе силы, но за порог лекарского домика меня не пускали, так что я развлекалась, как могла, в основном присаживаясь у окна и читая старую литературу по лечебным травам.
Вечером, когда розовый закат коснулся края неба, и прощальные лучи солнца заиграли в тенях деревьев, я услышала, как с улицы доносятся многочисленные голоса - мужские и женские, детские. Смех и озорные радостные крики разносились по округе, игривое бренчание на гуслях и гудке, веселые переливы свирели и кугиклы заманивали выйти на празднество. Я припала к окну и наблюдала, как собирается народ в центре поселения, так же как это было у нас. Изба лекаря соседствовала с княжеским двором с одной стороны и с ярморочной площадью с другой стороны, таким образом, она имела удачный вид на кострище, где собирались местные. Только я устроилась поудобнее на лавке перед окном, как дверь отворилась и зашел Андрей. Он велел мне измерить температуру и удостоверившись, что она в норме, разрешил посидеть на крылечке. Я даже и думать не стала, только накинула на плечи плед и вышла на крыльцо. Легкие тут же наполнил любимый запах свободы. Я посмотрела на медленно тлеющее карминовое небо и пыльно-лиловые облака, там, где солнце садилось. Еще немного и начнет смеркаться, но пока можно любоваться уходящими, быстро сменяющимися красками. Вечер был прекрасным, теплым и мирным. Местные жители разжигали костер и подбирали себе местечки поудобнее. Я сидела поодаль от места проведения сего мероприятия, и меня в тени на крылечке дома мало кто видел, зато я могла смело наблюдать за всеми. Мне было спокойно и, хоть я была еще немного слаба, я тихонько улыбалась той радости, исходящей от других людей, я натерпелась и была рада, что просто жива. Как хорошо, что хотя бы сейчас не надо было ни от кого защищаться и ни от кого прятаться. Лекарь пообещал мне, что на пару дней я могу забыть о свадьбе, и никто не смеет ко мне приближаться, якобы я снова под чьей-то защитой. Так что снова я чья-то невеста, видать приняли решение за кого выдать. Но я не хотела думать об этом, по крайней мере, два дня я могу просто наслаждаться свободной жизнью.
Спустя некоторое время я услышала знакомый голос, надвигающийся со стороны, это ко мне неслась Софья Ярославна:
—Деточка моя, славная, как я рада видеть, что ты уже не в постели!
Она уселась рядом со мной и стала меня обнимать и целовать.
Я смущенно улыбалась и обняла ее в ответ.
—Невредима и цела! Ой, как я переживала! Мы все тут переживали!
—Простите вы меня, — только и сказала я виновато.
—Ничего-ничего, все самое плохое позади, - успокоила она меня.
Становилось все темнее, только лишь отблески от пламени огня освещали лица людей и их силуэты, я наблюдала за ними, за их эмоциями, всем этим людям было весело, они были как одна семья. В этот раз долго настраивались инструменты и подбиралась музыка. Музыканты также устроились у костра. И вот кто-то начал задавать ритм по билам, потом присоединились остальные инструменты, под музыку полились песнопения. Здесь были тексты песен незнакомых мне исполнителей и тех, что я знала. Я слушала, а иногда просто пропадала в своих мыслях или впадала в полусонное забытьё, но тут услышала знакомые слова песни и стала прислушиваться. Пел мужской голос, мне он показался довольно приятным и убедительным для такой сложной песни. Я заинтересовалась и пыталась разглядеть кто этот хлопец, но как не старалась, едва различала лишь его силуэт, скрываемый от меня сидящими впереди людьми.
—Тамерлан запел, — как будто прочитала мои мысли старушка.
Моё любопытство тут же пропало, и я пригнулась пониже, помрачнев.
—Он ведь почти не отходил от тебя эти сутки.
—Из чувства вины, полагаю, — выпалила я задето.
—Да, пожалуй, он чувствует себя виноватым, — заметила старушка.
—А вы приходили ко мне?
—Да, я заходила пару раз проведать тебя.
—Так это вы держали меня за руку? — предположила я.
—Нет, деточка, — ответила старушка и улыбнулась.
Я нахмурилась. Он ведь ненавидит меня! Что-то я совсем ничего не понимаю. Я слушала его голос, слова песни. Он был совсем другим, это был не тот Тимур, которого я знала. Я подняла голову и посмотрела в его сторону. Пара человек покинули место у костра, и теперь я могла его хорошенько разглядеть. Я наблюдала за ним, пытаясь уловить его черты лица в отблесках пламени костра, я сверлила его взглядом, словно это могло помочь мне проникнуть ему в голову, а потом мой взгляд был пойман, когда во время проигрыша он посмотрел в мою сторону и вознаградил меня не менее протяжным взором. Потом он снова перевёл свой взгляд на гусли, и я отчётливо увидела, как в этот момент его уголков губ коснулась улыбка.
—Я отдал бы всё, чтобы быть с тобою, но может тебя… Но может тебя и на свете нету… Королевна… — Тамерлан допел последние строки из песни «Мельницы».
После такого взгляда, этой таинственной улыбочки и слов из песни, во мне так сердце встрепенулось, что кровь будто в обратном порядке течь стала – от былого покоя не осталось и следа. Я с ужасом сознавала, что у меня стали зарождаться какие-то чувства к нему помимо обиды и ненависти, чувства, которые страшно было распознать, но это были какие-то теплые чувства, которых он точно не заслуживал! Нет, лучше было бы прямо сейчас все забыть. Лучше встать, захлопнуть дверь и больше никогда, никогда не видеть его глаз. И забыть этот взгляд! Но какой взгляд… его взгляд не был презрительным, он стал интересующимся, глубоким и теплым. Но может... Может мне просто показалось? Я резво подскочила, словно желая откинуть все мысли прочь из своей головы, они так и липли ко мне, как назойливая мошка и мне ничего не оставалось, как покинуть это место как можно скорее, чтобы не сойти с ума. Я поспешно попрощалась с Софьей Ярославной и скрылась в домике лекаря.
Очередной твой день проходил в заботах и рутинных делах по дому, но на душе было тревожно, ты все обдумывала план своей вылазки в лес, что может пойти не так, как ты будешь ориентироваться в лесу, что делать, если заблудишься… Столько вопросов и нет ответов. Но зато ты знала, что точно может пригодиться с собой: льняной плотный плащ с капюшоном, огниво, нож и вода с небольшой провизией. В последнее время было довольно жарко, давно не было осадков, так что грозовые тучи могло принести ветром в любой момент. Возможно, понадобится бинт или что-то типа того, на всякий случай. Ты пыталась обыграть все возможные варианты исхода событий, но не могла придумать из них выхода. Получалось, тебе нельзя было оплошать, никак. У тебя был только один шанс. Еще надо было придумать, как избавиться от того парня, когда он покажет тебе карту. В голове твоей кипела работа и ты стала чересчур рассеянной и нерасторопной, то и дело что-то валилось из рук или ты забывала про важные поручения, из-за чего на тебя обрушивалась волна негодования матери и отца.
Сегодня вечером предстояло идти на общее веселье у костра, но у тебя не было желания, ты не особо жаловала всякие сборища, тем более без меня, поэтому вяло и мрачно ты вышла из избы, прихватив за руку Ярославу. Она к тебе привязалась за эти дни, и ты уже забыла, что такое одиночество. Вы уселись у костра и приготовились слушать песни, вокруг народ галдел и как назло все очень медленно рассаживались, а тебе так хотелось спать, ты то и дело сдерживала зевоту и терла глаза. Через пару-тройку песен ты планировала незаметно ускользнуть домой, а пока беседовала с Ярославой, которая любила поболтать. Когда уже заиграла четвертая песня, ты была в таком забытье, что не сразу поняла, что к тебе обращаются:
—Добрый вечер... эээ... кхе-кхе.
Ты очнулась только после того, как услышала, как кто-то кашляет у тебя над ухом. Состроив хмурую недовольную гримасу, ты мельком оглянулась посмотреть кто это такой громкий. В следующий же миг твоё лицо сменилось на удивленное выражение, поскольку никак ты не ожидала увидеть рядом того самого хлопца – юного кметя, с которым у тебя был тайный уговор. Уж никак ты не хотела светиться с ним на людях.
—Привет, — как-то не слишком радостно протянула ты и отвернулась в замешательстве.
—Как дела? — не отставал он.
—Хорошо, вот домой собираюсь.
Ты сразу поднялась, окликнув Ярославу и протянув ей руку.
—А чего так рано? — расстроился хлопец, собрав свои густые светлые брови в кучку.
—Устала, день тяжелый был, — неохотно отвечала ты.
—Я провожу.
Ничего не сказав на это, ты обошла сидящих людей, ведя за собой Ярославу, но она не захотела домой и пошла к братьям, которые резвились с остальной детворой. Парень следом вышел за тобой и тут же нагнал тебя.
—Не убегай, я тебя сегодня и так не видел ни разочка, — ласково проговорил он.
А тебе совсем никак не шёл сейчас флирт, ты хотела поскорее спрятаться в дом. Он же не собирался сдаваться и навязался провожать, как и хотел.
—Да, дел невпроворот, — коротко ответила ты и не без усилий улыбнулась ему, теребя косичку в руке.
—За грибами-то идти не передумала? — как-то слишком громко сказал он.
—Тише, не кричи, не передумала я, — ответила ты шепотом и оглянулась назад, не идет ли кто следом, но только успела обернуться, как встретилась лицом к лицу с Даниилом, неожиданно возникшим перед вами из темноты, с другой стороны. Тусклый свет, исходивший от костра, едва уловимо осветил его лицо в темных сумерках, оно показалось тебе чересчур строгим, подозревающим, ни следа от улыбки, к которой ты привыкла, никакой милости во взгляде и учтивости. Ты даже засомневалась, он ли это вообще? Не выдержав его взгляда, ты смутилась и, опустив глаза, еще быстрее ускорилась домой. Он не вымолвил ни слова при встрече и пошёл дальше. Ты переживала, не подозревает ли он чего.
Возле дома ты быстро распрощалась с хлопцем, только напоследок он спросил твоё имя, и ты из вежливости - его. Его звали Егором. Он сказал, что завтра вечером точно тебе ответит, когда именно он сможет вывести тебя в лес.
Благодарю Вас, что дочитали! 💗
Поставьте лайк, пожалуйста, если вам понравилось 😘
Вам несложно, а мне будет очень приятно получить от Вас обратную связь😊