Сейчас мне за шестьдесят. Моя грудь в орденах за трудовые заслуги. Я спроектировала три моста, в том числе один через Волгу, и мое имя есть в учебниках.
Муж, Виктор, ушел от меня к молодой аспирантке десять лет назад. Сказал: «Ты всегда была занята чертежами, Лена, ты дом построила, но в нем холодно». Дети выросли, внуки приезжают редко.
Я сижу в своей просторной квартире с видом на ту самую набережную, где мы когда-то гуляли с Мишей, и смотрю на старые фотографии в телефоне.
Недавно институт устроил ветеранам поездку на озеро Байкал. Мы летели через Иркутск, а потом на пароме на Ольхон.
В самолете я разговорилась с попутчиком бывшим военным, полковником в отставке.
Он рассказал, что служил в ракетных, что многие части расформировали. Я спросила, не знает ли он старшего лейтенанта Михаила Ивановича Соколова (была ведь фамилия-то!).
Полковник задумался, почесал седой ус и говорит:
— Это который комендант был? Золотоволосый такой, здоровый? Как же! Он после передислокации в Белоруссию уехал.
Там и женился на местной учительнице. Валентине, кажется. У него сейчас трое внуков, старший уже в суворовском учится.
— А жив? — спросила я с замиранием сердца.
— Ой, жив-здоров! Он у нас в совете ветеранов. Его год назад с инфарктом сняли, но он еще тот крепыш.
Да вы его, поди, знали? Он часто вспоминал... девушку, как он говорил, инженера одного.
Говорил, что она самого главного испугалась. А он ее всю жизнь любил и ждал, пока не встретил Валентину.
Меня как кипятком ошпарило. Я, глядя в иллюминатор на бескрайние сопки, плакала. Плакала в первый раз за много лет.
Моя гордость, мое «высшее образование», мои мосты накрылись медным тазом перед одним словом «любил и ждал».
Я понимала, что не имею права разрушать его жизнь сейчас. У него Валентина, у них уже головы в седине, они пережили холод и голод, они вырастили детей.
А я... я просто тень из прошлого. Я искала его в интернете, нашла страничку ВК. На аватарке он был в тельняшке, с удочкой.
Рядом с ним стояла полная седая женщина с добрым лицом. Она держала его под руку. Он выглядел счастливым.
Я могла бы ему написать. Но зачем? Чтобы сказать: «Здравствуй, я поняла, что была дурой»? Нет. Он заслужил покой. Я закрыла ноутбук и сказала себе: «Оставь».
Но в этой поездке, когда я стояла на мосту через реку Ангару, который строила еще по моим лекалам молодежь, я поймала себя на мысли: а ведь это его мост.
Мостик через ручей, который он сфотографировал мне когда-то. Там была похожая конструкция. И если бы я согласилась, я бы проектировала не величественные монстры-мосты.
А такие маленькие, деревянные, нужные людям переправы. И варила бы ему борщи, и ругалась бы с этой Валентиной из-за пирогов, и жила бы в коммуналке, и смотрела на его звезды.
Я иду по городу, вижу молодых влюбленных, слышу старые песни, и у меня щемит сердце.
Каждое воскресенье я хожу в парк Горького, на ту самую танцплощадку. Сейчас там молодежь танцует брейк-данс.
А я закрываю глаза и представляю, что я стою посреди круга, а он подходит ко мне, держа фуражку в руках...
Я прожила честную жизнь. Я воспитала достойную смену. Но в моей истории счастья, как ни крути, был лишь тот один, короткий эпизод — танцы в парке.
И когда я думаю о том, что было бы, если бы я тогда, в 18 лет, сказала «да», я понимаю: возможно, мы бы развелись, возможно, все было бы плохо. Но возможно, было бы хорошо. И это «возможно» грызет меня до сих пор.
Мои дорогие, те самые, кто помнит советское время: скажите мне, я правильно поступила, что не поехала?
Или это я себе вру всю жизнь, оправдывая трусость? У меня теперь есть все, кроме одного: ответа на этот вопрос.
Как думаете, стоило ли жертвовать любовью ради карьеры? Может, у кого-то из вас есть такая же «недописанная глава»? Расскажите, не молчите.
Подпишитесь, чтобы читать новые и интересные истории про жизнь обычных людей.
Чтобы Вам приходили уведомления о публикации новых материалов на канале найдите справа колокольчик. Он у Вас будет перечеркнутый. На него нужно нажать. Внизу слева увидите окно: Уведомления от Автора включены.
ТОП читаемых на канале рассказов