Корни формирования зависимой структуры личности уходят в ранние объектные отношения.
Основной механизм, который зарождается в детстве, можно описать как фундаментальный сбой в процессе психического контейнирования, в результате которого Эго не приобретает способности к переработке сырых аффектов и к символизации внутреннего опыта.
Дефицит материнского контейнера
Младенец полностью зависит от материнской психики, которая должна выполнять функцию «контейнера» (Бион)
Младенец выбрасывает в мать невыносимые, примитивные ощущения - хаотические телесные напряжения, страх уничтожения, недифференцированный ужас и тд. Мать, перерабатывает их и возвращает ребёнку в осмысленной форме.
Так внутри психики младенца закладывается способность к символическому мышлению, переход от конкретного к метафорическому, а также способность выносить фрустрацию.
Когда мать хронически не может выдерживать интенсивные аффекты ребёнка- потом что она сама может быть затоплена своей депрессией, тревогой или враждебностью, то контейнирующая связь обрывается.
Ребёнок остаётся наедине с непереработанными, непереваренными психическими элементами. Вместо того чтобы обрести внутреннего перерабатывающего «аппарата», он оказывается заполнен сырыми аффектами, которые не могут быть использованы для мышления или сновидения.
Так зарождается первичная поломка - склонность к отыгрыванию, к соматизации, к аддиктивным механизмам.
Мать не может выдерживать аффекты ( эмоции) ребенка.
Особо остро эта динамика проявляется, когда ребёнок обладает врождённо высокой интенсивностью аффектов- «слишком эмоциональный», гиперсенситивный, с низким порогом непереносимости фрустрации.
Такой ребёнок предъявляет матери колоссальную эмоциональную нагрузку. Если мать не способна контейнировать эти шторма, не выносит его плача, гнева, отчаяния, то она либо бессознательно отторгает его («это невыносимо, замолчи»), либо тревожно «сливается» с его состоянием, оставляя его без ответной переработки.
Ребёнок усваивает не материнское понимание, а материнскую неспособность понимать.
Его внутренний мир становится территорией, где аффекты равны катастрофе.
Так формируется «психотическая часть личности» (Бион), которая избегает психической боли не через осмысление, а через атаки на связывание - разрушение мыслей, способных породить страдание.
Но поскольку полное разрушение психики невозможно, ребенок ищет внешние средства для примитивного самопомощи.
Алкоголь как восстановление утраченной оральной гармонии
Алкоголь становится идеальным психофармакологическим «контейнером».
С психоаналитической точки зрения аддикция представляет собой регрессию к оральной стадии, где объект проглатывается, инкорпорируется, чтобы восстановить иллюзию симбиотического слияния с «грудью», которая всегда доступна, непротиворечива и магически снимает все психические боли.
Алкоголь действует как перверсивный объект - он мгновенно растворяет внутреннее напряжение, даёт кратковременную иллюзию всемогущества, заполняя ту внутреннюю пустоту, дыру, которая возникла из-за провала первичного контейнирования.
Алкоголь ( и другие психоактивные вещества) выполняют работу, которую не выполнила материнская функция. Он «переваривает» непереносимые аффекты, заменяя их диффузным ощущением тепла и безопасности.
Это снимает «непереваренный» ужас, позволяет временно избежать преследующего Суперэго и унять голод по объекту, который так и не был надёжно интернализован.
Трагическая ирония в том, что алкоголь лишь имитирует контейнирование, а по мере прогрессирования болезни сам становится токсической средой, разрушающей тело и психику, точно так же как токсична была изначальная связь с неконтейнирующим первичным объектом.
Основной механизм, зарождающийся в детстве - это дефицитарность внутреннего психического аппарата по переработке аффектов, возникшая из-за систематического сбоя в первичной паре «мать – младенец».
Слишком эмоциональный ребёнок, столкнувшись с матерью, неспособной вынести его эмоции, не может выстроить устойчивые психические границы и структуры для мечтания-мышления, и впоследствии прибегает к химическому расщеплению и отрицанию собственной психической реальности.
Алкоголизм в этом смысле не слабость, а архаическое, самодельное лекарство от невыносимости бытия, корень которого уходит в несостоявшееся материнское контейнирование.
P.S. аффекты младенца - это сырой материал психики, который не может быть использован для мышления, сновидениях, запоминания.
Представьте младенца, который испытывает сильную боль в животе. У него слов - «боль», «голод», нет образа боли и образа еды. Есть лишь недеференцированный захлестывающий хаос- телесный спазм и ощущения полной гибели.
Младенец вынужден их эвакуировать (выбрасывать) во вне. Он кричит, стучит ножками, выплескивает этот ужас в мать. Этот проективная идентификация- младенец помещает непереносимое состояние в мать, чтобы она стала его контейнером.
Если материнская психика не справляется, то этот переработанный ужас остается внутри, не превращаясь в символы.
Не имея внутреннего инструмента для переработки психика прибегает к примитивной защите - эвакуации через тело.
То есть, через импульсивные или агрессивные отыгрывания, психосоматические заболевания, аддикции ( наркотики, алкоголь и тд), галлюцинации или смешанные с реальностью фантазмы.
Зависимый, это человек, психический аппарат которого заполнен этими непереработанными аффектами.
Внутреннее сильное напряжение ( они часто называет это душевной болью, «душа болит» - это давление аффектов, которые требуют немедленной эвакуации.
Автор: Марина Александровна Байдюк
Психолог, Супервизор, Психоаналитик Кризисный психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru