Сын приехал к Маргарите, потому что ему срочно нужны были деньги.
— Много денег нужно, мама, очень много, — чуть не плача, воскликнул Никанор, как только вошёл в квартиру.
Пройдя с сыном на кухню и узнав, о какой сумме идёт речь, Маргарита ответила, что у неё таких денег нет, но она знает, как их достать.
— Как? — чуть не плача, воскликнул Никанор.
— У твоей тёщи, — уверенно ответила Маргарита. — А сейчас давай ты чего-нибудь съешь. А то на тебя смотреть страшно.
— Почему страшно на меня смотреть?
— Да на тебе лица нет.
— Ну, если на мне действительно лица нет, тогда, конечно, давай я что-нибудь съем, — согласился Никанор. — А что у тебя есть поесть?
И Маргарита стала накрывать на стол. Она выложила всё, что у неё было в доме съестного. И пока Никанор ел, Маргарита рассказала, где и как можно достать деньги.
— Тебя ими вскоре обеспечит тёща твоя, сынок.
— С чего вдруг она меня обеспечит? — не понимал Никанор.
— С того, что она уже на ладан дышит. А у неё квартира. Огромная. В центре Москвы. Соображаешь?
— Ах, мама, — воскликнул Никанор, который к тому времени уже наелся и поднялся из-за стола. — Ну что ты такое говоришь? Тёща на ладан дышит! Да она на этот ладан, может, ещё лет сто дышать будет. А мне что прикажешь делать всё это время? Ждать, что ли?
Никанор пошёл в гостиную.
— Ничего, ничего, — успокаивала его Маргарита, идя следом за сыном, — твоя тёща, можно сказать, уже одной ногой там. Ждать осталось недолго.
Никанор вошёл в гостиную, прилёг на диван и зевнул. Маргарита опустилась в кресло, стоявшее рядом.
— Ты уверена, что ждать недолго? — спросил Никанор.
— Уверена?
— Откуда такая уверенность, мама?
— Оттуда. Твоя тёща консультировалась со специалистами. И те ей уверенно заявили (дай бог им здоровья и долгих лет жизни), что ей осталось не так уж много.
— Немного — это сколько?
— Год. В лучшем случае — полтора.
— Ах, мама. Но мне-то что с того, что тёще осталось недолго? Мне ведь уже сейчас нужны деньги. Понимаешь? Сейчас! А не через год или, в лучшем случае, через полтора.
Ведь люди ждут. Серьёзные люди. Я обещал, говорю же. Запускаем масштабный проект. А денег нет. А ты мне про тёщу. Ну разве так можно?
— Можно, сын. Твоя тёща, она уже всерьёз задумалась о том, как распорядиться своим имуществом. И я собственными ушами слышала, что свою квартиру в центре Москвы она уже на этой неделе собирается оформить на своего внука.
— На какого ещё своего внука?
— Ну, на твоего сына.
Никанор немного подумал, прокручивая в голове только что услышанное, пытаясь это понять. Когда наконец-то до него дошло, в его голове возник следующий вопрос.
— А от кого ты это слышала?
— Да от неё же самой и слышала.
— От тёщи моей, что ли?
— От неё.
— Когда?
— Вчера. Я приезжала к ней вчера вечером.
— А зачем приезжала?
— Поддержать её хотела.
— Тебе её действительно жаль?
Маргарита тяжело вздохнула и продолжила, не обращая внимания на последний вопрос сына.
— И я у неё поинтересовалась.
— Насчёт её квартиры?
— Насчёт её здоровья. А насчёт квартиры она сама сказала.
— И что сказала тёща насчёт квартиры?
— Сказала, что квартиру оформит на твоего сына.
Никанор поморщился, пытаясь понять услышанное, а немного подумав, схватился за голову.
— Ах, мама, — воскликнул Никанор, — но что толку, что она оставит квартиру сыну? Не мне же! Вот если бы она оставила квартиру мне, тогда другое дело. Почему ты ей не сказала, чтобы она оформила её на меня?
— Я сказала.
— А она?
— А она ответила, что будет лучше, если она оформит её на твоего сына. Но ты не расстраивайся. Всё не так плохо, как кажется.
— Да что ты такое говоришь, мама? Как неплохо? Ведь квартира уйдёт к нему. К моему сыну. А ему всего три года.
— Глупый. Ведь ты будешь его опекуном.
— Опекуном?
— Ну да.
— А опекуном — это хорошо быть?
— Конечно, хорошо.
— А что значит быть опекуном?
— Это значит, что ты сможешь распоряжаться имуществом сына очень долгое время.
— И я смогу продать квартиру тёщи, а деньги вложить в серьёзное предприятие?
— Продать не сможешь.
— Ну во-о-от. Здрасьте-приехали. Продать не смогу. Спасибо большое. Всю жизнь мечтал иметь квартиру, которую не могу продать. Скажи честно, мама, ты сейчас насмехаешься надо мной? Так, что ли?
— Почему насмехаюсь, сынок?
— Так ведь я не смогу её продать, вот почему?
— Зато ты сможешь её выгодно сдавать. И будешь получать каждый месяц тысяч по триста. Понимаешь?
— Триста тысяч?
— Может, и больше.
— Каждый месяц?
— В течение долгого времени.
— Ух ты.
— Вот тебе и «ух ты».
Никанор посмотрел куда-то вдаль.
— Чего задумался, сынок? — спросила Маргарита.
— А Лена? — осторожно поинтересовался Никанор.
— А что Лена?
— Она ведь моя жена. И мать. Вдруг не я, а она станет опекуном сына?
— Не станет.
— Почему ты так уверена, что Лена не станет?
— Потому что! Когда твоя тёща оформит квартиру на внука, я сделаю так, что Лену привлекут к строгой ответственности за серьёзные упущения, и она уедет очень далеко и надолго.
— А как ты это сделаешь?
— А тебе не всё равно?
— Нет, мама, мне не всё равно. Мне интересно.
— Меньше будешь знать, крепче будешь спать.
— Ты такая наивная, мама. Спать я буду крепче. Как же! Размечталась! Да я теперь вообще не усну, пока не узнаю, как ты это сделаешь.
— Ах ты, господи. Ну что за ребёнок. Ладно, слушай.
— Слушаю внимательно.
— Твоя жена работает главным бухгалтером, так?
— Работает, — осторожно согласился Никанор. — И что?
— И с помощью опытных людей я её подставлю.
— Как подставишь?
— Как главного бухгалтера.
— И что это значит?
— Это значит, что в её работе будут найдены серьёзные ошибки. И твою жену отправят далеко и надолго. Лет на десять. А может, и больше.
— Ух ты.
— Вот тебе и «ух ты». Опекуном скоро будешь. Можешь не сомневаться.
— Значит, я могу быть спокоен?
— Можешь.
— В таком случае я поехал домой? К жене и к сыну?
— Поезжай. Лене привет передавай. Скажи, что я скоро к ней приеду.
— А зачем ты к ней приедешь? — настороженно спросил Никанор.
— Да ну тебя к лешему, сын. Твоё любопытство тебя когда-нибудь погубит.
— Моё любопытство меня прославит, мама. Или ты забыла, что я учусь на следователя? Заведующий нашей кафедры так прямо и говорит, что хороший следователь — это любопытный следователь, который именно благодаря своему любопытству раскрывает самые сложные дела. А ты говоришь, что любопытство меня погубит.
— А ты ничего не путаешь, сынок? — спросила Маргарита.
— Чего это я путаю?
— Может быть, ваш заведующий кафедрой имел в виду пытливость?
Никанор задумался?
— А это разве не одно и то же? — спросил он.
Маргарита тяжело вздохнула и махнула рукой. И Никанор поехал к жене и к сыну. А поздно вечером, когда Никанор уже собирался идти ложиться спать, ему позвонила Маргарита.
— Что случилось, мама? — спросил Никанор.
— Неслыханная наглость, сынок, твоя тёща не собирается оформлять свою квартиру на внука, — кричала Маргарита. — Её надо усмирить. Она же не в себе.
— Почему не в себе?
— Замуж собралась.
— Как замуж? Ты же говорила, что она одной ногой уже там?
— Это не я говорила, а специалисты, будь они трижды прокляты. Оказывается, они ошиблись. Перепутали там что-то. И твоя тёща проживёт ещё лет пятьдесят минимум.
А узнав это, она сразу позвонила своему возлюбленному и сказала, что согласна выйти за него замуж. Она не в себе, сынок. Её надо срочно сдать куда-нибудь.
Но ты не расстраивайся. У меня есть знакомые, и я её скоро куда-нибудь пристрою. А после твоей женой займусь. Ой, — Маргарита тяжело вздохнула, — столько дел, столько дел.
— А мне что делать, мама?
— Ничего не делай.
— Как ничего, мама? Ты меня огорчила. Мне грустно.
— Грустно если, то сходи куда-нибудь и повеселись.
— Может, к Ларисе съездить?
— Съезди. Только смотри, чтобы Лена твоя ничего не узнала.
— А как мне это сделать?
— Скажи ей, что я нехорошо себя чувствую, — посоветовала Маргарита, — а ты ко мне поехал.
— На всю ночь, что ли? — не понял Никанор.
— Ну разумеется, на всю ночь.
Никанор так и сделал.
Сначала он позвонил Ларисе и сказал, что едет к ней. Потом сказал Лене, что мама плохо себя чувствует. А затем вызвал по телефону такси и уехал.
А телефон свой в прихожей забыл.
Хватился телефона только через час, когда подъехал к дому Ларисы. Хотел сообщить ей, что приехал, а телефона-то нет. Ну и сообразил, что оставил телефон в квартире Лены.
И тогда Никанор поднялся к Ларисе и попросил её вызвать ему такси. И уже через пять минут ехал обратно домой.
А когда приехал домой, чтобы забрать телефон, в квартиру попасть не смог. Лена его не пустила. Сказала, чтобы он ехал к своей Ларисе, которая ему каждые десять минут названивала.
И Никанор поехал к маме. Маргарита, конечно же, сразу позвонила невестке. Пыталась доказать ей, что между Никанором и Ларисой ничего не было. А Лена сказала, что дело не только в Ларисе.
— А в чём ещё? — не поняла Маргарита.
— В том, что вы хотели меня подставить и посадить на долгий срок.
— Что за вздор?
— Не вздор. А я прослушала ваш разговор с Никанором. И всё про вас узнала.
— Наш разговор? Где ты его могла прослушать?
— В телефоне Никанора, — ответила Лена и выключила свой телефон.
Маргарита испуганно посмотрела на сына. ©Михаил Лекс (До встречи ⬇)