Ольга стояла посреди комнаты, плотно запахнув свое дорогое кашемировое пальто. Ее лицо покрылось красными пятнами от возмущения, а голос звенел на высоких нотах, заполняя каждый угол старой, но уютной квартиры. Нина Павловна сидела за обеденным столом, сложив руки на коленях, и молча слушала тираду дочери. На столе лежала развернутая папка с документами, из-за которой и разгорелся этот тяжелый разговор.
— Вы решили квартиру брату завещать? Пусть тогда он вам и помогает в старости, я умываю руки! — громко заявила Оля, чеканя каждое слово.
Она резко развернулась на каблуках, схватила свою кожаную сумку с кресла и решительным шагом направилась в коридор. Хлопнула входная дверь. Звук этот эхом отдался в ушах Нины Павловны, но она даже не шелохнулась. Женщина продолжала смотреть на оставленную на столе бумагу. Это был черновик, простая копия, которую она принесла от юриста. Оля случайно увидела этот лист, когда зашла проверить, почему мать не отвечает на звонки.
Нина Павловна перевела взгляд на окно. Там, за стеклом, медленно опускались осенние сумерки. Ветер раскачивал голые ветви деревьев, и желтые листья кружились в холодном воздухе. В квартире повисла густая, звенящая тишина. Только старые настенные часы мерно отсчитывали секунды: тик-так, тик-так.
Женщина тяжело поднялась со стула. В свои шестьдесят пять лет она чувствовала себя сильной и крепкой, всю жизнь проработав на местном телефонном узле, обеспечивая связь для целого района. Она никогда не боялась трудностей. Муж оставил семью очень давно, уехав на заработки на север и просто перестав выходить на связь. Нина Павловна вырастила двоих детей одна. Она старалась дать им всё поровну. Одинаковое внимание, одинаковую заботу, одинаковые возможности для получения образования. Но дети выросли совершенно разными людьми.
Ольга всегда была требовательной. Ей хотелось большего. Она устроилась в туристическое агентство, быстро нашла обеспеченного мужа Игоря, стала ездить на хорошей машине и носить брендовые вещи. Оля любила комфорт и считала, что мир должен крутиться вокруг ее желаний. Виктор же рос тихим и спокойным мальчиком. Он отучился в техникуме и пошел работать водителем трамвая. Виктор женился, потом развелся по обоюдному согласию, оставил бывшей жене все накопленные средства, а сам перебрался в скромную однокомнатную квартиру на окраине города. Он никогда ничего не просил у матери. Наоборот, всегда старался принести то пакет продуктов, то новые лампочки, то просто заходил помочь по хозяйству.
Несколько недель назад поведение Виктора резко изменилось. Он перестал звонить каждый день. Когда Нина Павловна набирала его номер, он отвечал коротко, голос звучал глухо и устало. Он ссылался на дополнительные смены в депо, на усталость, на срочные дела. Материнское чутье подсказывало Нине Павловне: у сына случилась беда.
Она вспомнила, как недавно Оля пришла к ней в гости и начала издалека заводить разговоры о будущем. Дочь говорила о том, что квартира Нины Павловны находится в отличном районе, что это прекрасное вложение. Оля жаловалась на мужа, говорила, что Игорь потерпел убытки в своем деле, и им срочно нужна финансовая подушка безопасности. Именно тогда Нина Павловна впервые задумалась о том, чтобы официально оформить свои метры на Виктора. Она видела, что Оля и так живет в достатке, несмотря на временные трудности Игоря. А вот Витя всегда был слишком добрым и безотказным, ему нужна была твердая опора в виде собственного надежного жилья.
Нина Павловна подошла к телефону и набрала номер сына. Гудки шли один за другим, но трубку никто не брал. Женщина положила аппарат на базу. Тревога внутри нарастала с каждой минутой. Она решила, что больше не может сидеть в неведении. Если Виктор не хочет говорить по телефону, она поедет к нему сама. Прямо сейчас.
Она надела теплое драповое пальто, повязала на шею шерстяной платок и вышла из квартиры. На улице было зябко. Нина Павловна дошла до остановки и села в полупустой автобус. Город за окном сверкал огнями фонарей и витрин. Женщина смотрела на проплывающие мимо улицы и думала о своих детях. Почему между самыми близкими людьми возникает такая пропасть? Почему жажда наживы затмевает родственные чувства?
Дорога до окраины заняла около часа. Автобус остановился у старых панельных домов. Здесь было тихо, почти безлюдно. Нина Павловна уверенно направилась к третьему подъезду. Она знала код от домофона наизусть. Поднявшись на второй этаж, она подошла к знакомой металлической двери и нажала на кнопку звонка.
За дверью послышались шаги. Но это были легкие, быстрые шаги, совсем не похожие на тяжелую поступь Виктора. Замок щелкнул, и дверь приоткрылась. На пороге стояла незнакомая женщина средних лет в домашнем халате.
— Вы к кому? — удивленно спросила незнакомка, оглядывая Нину Павловну.
— Здравствуйте. А Виктор Николаевич дома? Я его мама, — ответила Нина Павловна, чувствуя, как внутри все холодеет.
Женщина нахмурилась и шире открыла дверь.
— Какой Виктор Николаевич? Вы, наверное, ошиблись адресом. Мы эту квартиру месяц назад купили.
— Как купили? — голос Нины Павловны дрогнул. — Это квартира моего сына. Он здесь жил последние пять лет.
Незнакомка сочувственно посмотрела на пожилую женщину.
— Простите, но мы купили ее на абсолютно законных основаниях. Мы оформляли сделку через агентство. Предыдущей собственницей была женщина по имени Ольга Николаевна. Она сказала, что это жилье досталось ей после раздела имущества, и она срочно продает его, чтобы расширить свой загородный дом.
Нина Павловна отшатнулась, словно ее ударили. Ольга Николаевна. Ее дочь. Оля продала квартиру Виктора? Но как она могла стать собственницей?
— Вы уверены, что собственницей была Ольга? — переспросила Нина Павловна, едва шевеля губами.
— Абсолютно. Высокая такая, темноволосая, очень уверенная в себе. Приезжала на черном внедорожнике. Она нам еще скидку сделала за срочность. Извините, я не могу вам ничем помочь. Всего доброго.
Дверь закрылась. Нина Павловна осталась стоять на слабо освещенной лестничной клетке. В голове шумело. Сложилась страшная, непостижимая картина. Оля не просто просила наследство. Оля уже лишила родного брата единственной крыши над головой. А теперь пришла к матери, чтобы забрать последнее.
Где же сейчас Виктор? Куда он пошел, лишившись своего дома? Нина Павловна медленно спустилась по ступенькам, опираясь на холодные перила. Осенний вечер вдруг показался ей невыносимо морозным. Ей нужно было найти сына во что бы то ни стало. И она точно знала, куда ей следует поехать прямо сейчас...