Я до сих пор помню запах того зала: смесь резины, пыли и чуть-чуть сырости. В Берёзовске секции тенниса не было, зато в соседнем городке тренировали ребят в старом спорткомплексе. Туда ходил автобус, и мама каждый раз провожала меня до остановки, проверяя, не забыла ли я бутылку воды. В тот день я впервые пришла на пробную тренировку. И сразу почувствовала себя чужой. Другие ребята уже знали, куда бежать, как держать ракетку, как подавать. Они перекидывались мячами, будто это была какая-то тайная игра, в которую меня не взяли. Я встала в угол, прижимая ракетку к груди, как щит. Она была та самая — старая, с облупившейся наклейкой, которую дядя Петя где-то достал. Я так крепко сжимала ручку, что пальцы побелели. Тренер подошёл не сразу. Сначала он поправил сетку, потом что-то сказал старшему парню, и только потом посмотрел на меня. Не оценивающе, а спокойно, будто уже знал, что я волнуюсь. — Ты хочешь научиться играть или хочешь сразу быть лучшей? — спросил он. Я даже не сразу поняла в