В 21:40 домофон пискнул три раза. Ольга нажала кнопку.
— Открывайте, я привезла вещи Игоря, — сказал молодой женский голос.
Проблема заключалась в том, что муж Ольги уехал в длительную командировку в Тюмень. Уехал на целых две недели. И вещей у него с собой была только одна черная спортивная сумка. А женских голосов в командировках у него быть не должно.
Ольга молча нажала на кнопку открытия двери.
Через две минуты на лестничной клетке загорелся свет. Из лифта вышла молодая девушка. На вид ей было не больше двадцати двух лет. Девушка тащила за собой четыре огромных чемодана.
— Вы кто? — спросила Ольга.
— Я Клавдия, — радостно сообщила гостья. — А вы, значит, та самая Олька?
— Какая еще Олька? Я Ольга Николаевна. Что вам нужно в моей квартире?
— В вашей? — рассмеялась Клава. — А Игорёк сказал, вы уже вещи собираете.
Ольга не стала отвечать. Она смотрела на чемоданы. Все четыре были ярко-красного цвета. А Ольге этот цвет никогда не нравился. И всё из-за того, что красный цвет раздражал нервную систему. Но сейчас её нервную систему раздражали не чемоданы. Её раздражала наглая девица.
Клавдия без приглашения шагнула в прихожую. Она сбросила сапоги прямо на дорогой светлый ламинат. Ламинат Ольга покупала сама два года назад. Один квадратный метр стоил три тысячи рублей.
— Хороший коридор, — оценила Клавдия Ивановна. — Только темновато. Игорь Сергеевич обещал мне тут лампы поменять.
— Девушка, вы ошиблись дверью, — сухо сказала Ольга. — Выметайтесь отсюда. Вместе с вашим барахлом.
— Никуда я не пойду, — уверенно ответила Клавка. Она прошла на кухню и села на стул. — Я беременная. Мне волноваться нельзя. А Игорёк сказал, что с завтрашнего дня это моя жилплощадь.
Взбесили Ольгу даже не эти слова. Взбесило то, как уверенно девица открыла кухонный шкафчик. Клавдия достала оттуда чайные пакетики. Затем она взяла любимую зеленую кружку Ольги.
Ольга достала телефон из кармана халата. Она быстро набрала номер мужа. Гудки шли долго.
— Да? — недовольно ответил Игорь. — Я же просил не звонить. У меня важное совещание с партнерами.
— Какое совещание в десять вечера? — закричала Оля. — У нас на кухне сидит какая-то Клавдия. Она пьет чай из моей кружки. И у нее четыре чемодана!
— А, она уже приехала, — спокойно ответил муж. — Очень хорошо. Значит так, Оля. Нам надо расстаться.
— Что ты сказал?
— Что слышала, — отрезал Игорь. — Я встретил настоящую женщину. Она ждет ребенка. А ты за семь лет брака так ничего и не родила. Только работаешь и нервы мне треплешь.
— И поэтому ты прислал свою любовницу ко мне домой? — повысила голос Ольга.
— Это не твой дом, — спокойно поправил Игорь Сергеевич. — Это дом моей мамы. Квартира оформлена на Лидию Павловну. А мама разрешила Клавдии там жить.
Ольга прислонилась к стене. Дышать стало тяжело. Но она не привыкла сдаваться.
— Игорь, ты в своем уме? — спросила жена. — Какая мама? Какая квартира? Мы здесь ремонт делали! Я в эту коробку вложила миллион восемьсот тысяч! Мои родители дачу продали, чтобы мы мебель купили!
— А кто тебя просил? — усмехнулся Игоряша. — Тебе хотелось дорогие итальянские обои. Мне и со старыми было нормально. Сама инициативу проявила. Теперь собирай манатки и уезжай.
— Я никуда не поеду! — крикнула Оленька.
— Поедешь. Или я полицию вызову, — процедил муж. — Ты там никто. Прописки у тебя нет. Вещи можешь забрать. Но только личные. Технику оставишь. Это компенсация за твое проживание на чужих квадратных метрах.
Игорь сбросил вызов.
Ольга стояла с телефоном в руках. Она не могла поверить в происходящее. Логически безупречные доводы мужа окончательно выбили почву из-под ног.
А тут выяснилось, что и свекровь была в курсе дела. Экран смартфона загорелся. Звонила Лидия Павловна.
Ольга немедленно взяла трубку.
— Звонишь жаловаться мужу, Оленька? — ласково спросила свекровь. — Не стоит. Я всё знаю. Я с Игорем полностью согласна.
— Лидия Павловна, вы же говорили, что мы семья! — возмутилась Оля.
— Говорила, — подтвердила Лидка. — Только зачем мне такая невестка? Борщи ты не варишь. Рубашки сыну не гладишь. Только карьеру строишь. А нам наследник нужен.
— Я на ваш ремонт потратила огромные деньги! — перебила её Ольга. — Верните мне миллион восемьсот тысяч!
Свекровь звонко рассмеялась в трубку.
— А документы у тебя есть? Чеки сохранила? — издевательским тоном спросила Лидия Павловна. — Конечно же, это было не так. Чеков у тебя нет. А значит, это был твой добровольный подарок семье мужа.
— Это воровство! — закричала Ольга Николаевна.
— Это жизнь, милочка, — ответила свекровь-стратег. — Клавдия девочка хорошая. Простая. Из деревни. Многого не требует. Я её одобрила. А тебе даю два часа на сборы. В полночь приедет брат Клавдии. Он парень крепкий. Если сама не уйдешь, он тебе поможет.
Свекровь повесила трубку.
Ольга опустила руки. Она медленно пошла на кухню. Клава в этот момент доедала кусок сыра из холодильника.
— Вы еще не собираетесь? — спросила разлучница. — Я спать хочу. Мне в женскую консультацию завтра к девяти утра. И пол тут протрите. Лидочка говорила, что вы плохая хозяйка. Натоптано у вас в коридоре.
В этот момент Оля поняла, что спорить с ними бесполезно. И истерики тоже не помогут. Нужен был другой план.
— Я сейчас соберу вещи, — спокойно сказала Ольга.
Она пошла в спальню. Закрыла за собой дверь. И открыла банковское приложение на телефоне.
Дело в том, что Игорь был жадным, но невероятно глупым человеком. Два месяца назад он захотел новую машину. Он взял автокредит на три миллиона двести тысяч рублей. Машину оформил на себя. Документы спрятал.
А вот семейные накопления Игорь хранил иначе. Деньги от продажи его старой добрачной дачи лежали на специальном банковском вкладе. На вкладе Ольги. И всё из-за того, что у неё был зарплатный премиум-статус на работе. Банк давал ей повышенный процент.
Игорь Сергеевич тогда посчитал, что переплачивать банку он не будет. Он сам перевел жене два миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей. Одним платежом. С пометкой «на сохранение».
Ольга смотрела на баланс своего счета. Сумма приятно радовала глаз. Два миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей.
В браке всё имущество считается общим. И деньги на счету тоже. Но был нюанс. Кредит Игорь брал наличными и втайне от жены. Он подделал согласие супруги. И доказать теперь, что эти два миллиона принадлежат именно ему, будет очень сложно. Особенно, если они исчезнут.
Ольга Николаевна сделала ровно три касания по экрану смартфона.
Она перевела всю сумму на закрытый накопительный счет своей мамы. Без права досрочного снятия третьими лицами.
Баланс стал нулевым. Ноль рублей. Ноль копеек. Теперь Игорь остался с кредитом в три миллиона и без копейки накоплений.
Но Ольге этого показалось мало. Она вспомнила про миллион восемьсот тысяч, которые вложила в ремонт. В ремонт чужой квартиры.
А тут выяснилось, что на балконе лежал тяжелый строительный молоток. Игорь принес его месяц назад, когда чинил полку. Полку он так и не починил. Зато молоток остался.
Ольга взяла инструмент в правую руку. Молоток приятно оттягивал ладонь. Жена глубоко выдохнула. Она вышла из спальни в коридор.
Клавдия Ивановна как раз расстегивала первый красный чемодан.
— Вы долго еще? — зыркнула Клава на законную жену.
— Нет. Я уже почти закончила, — спокойно ответила Ольга.
Она подошла к большому панорамному зеркалу в прихожей. Зеркало стоило сорок восемь тысяч рублей. Ольга покупала его на свою премию с работы.
Ольга размахнулась. Она ударила молотком прямо в центр стекла.
Раздался оглушительный грохот. Зеркало брызнуло во все стороны сотней острых осколков. Клава с визгом отскочила к стене.
— Ты что творишь, ненормальная?! — закричала беременная разлучница.
— Забираю свои вложения, — ледяным тоном ответила Олька.
Она сделала два шага на кухню. Встроенная варочная панель фирмы «Bosch». Шестьдесят тысяч рублей. Оплачена с карты Ольги.
Удар. Стеклокерамика покрылась мелкой паутиной трещин и провалилась внутрь.
— А-а-а! Помогите! — завизжала Клавка. Она бросилась к телефону. — Игорёк! Она тут всё крушит! Бегом сюда!
— Вызывай, вызывай своего Игорька, — улыбнулась Оленька.
Она перешла к итальянским обоям. Их клеили нанятые мастера. За работу Ольга отдала сто двадцать тысяч.
Ольга подцепила край обоев тяжелым концом молотка. Она с силой рванула кусок вниз. Дорогие фактурные обои с треском оторвались от стены, оголяя серый бетон. Жена методично прошлась по всему коридору, срывая покрытия длинными полосами.
Телевизор в гостиной за сто восемьдесят тысяч был следующим. Удар пришелся точно в центр экрана. Матрица потекла черными полосами.
Клавдия забилась в угол на кухне. Она плакала и непрерывно кричала в трубку.
Ольга действовала без лишних эмоций. Ломать оказалось гораздо быстрее, чем строить. За десять минут она превратила роскошную дизайнерскую квартиру в декорации для фильма ужасов.
Дверцы кухонного гарнитура были выломаны с петлями. Дорогая немецкая сантехника в ванной расколота на две части. Розетки вырваны из стен вместе с проводами. Идеально ровный ламинат зиял дырами от ударов металла.
Ольга швырнула молоток на пол. Она стряхнула пыль с рук. Зашла в спальню, взяла свой небольшой чемодан и пальто.
В этот момент входная дверь резко распахнулась. На пороге стоял запыхавшийся Игорь Сергеевич. Никакой Тюмени, конечно же, не было. Муж всё это время сидел в машине в соседнем дворе и ждал, пока жена послушно соберет вещи и уйдет в ночь.
Игорь замер. Он смотрел на разгромленную прихожую. Его лицо стремительно краснело.
— Ты что наделала?! — заорал Игоряша, перешагивая через битое стекло. — Я тебя засужу! Ты мне имущество испортила!
— Имущество твоей мамы, Игорь, — спокойно поправила мужа Оля. — А ремонт мой. Я за него платила. Могу портить, что хочу. Я вам бетонную коробку оставляю. Как раз для молодой семьи.
— Да я на ремонт с нашего счета все деньги сейчас сниму! — процедил муж, сжимая кулаки. — Ты мне до копейки всё возместишь! Мама тебя по судам затаскает!
— С какого счета? — удивилась Ольга.
Она достала из кармана телефон. Разблокировала экран и молча сунула мужу под нос.
Игорь уставился на цифры в банковском приложении.
— Где деньги? — прохрипел Игорь Сергеевич. Его глаза расширились. — Где мои два миллиона восемьсот тысяч?!
— Это были мои деньги, Игорёк, — ласково ответила Ольга. — В браке всё общее. Я их сняла. Удалила приложение. И перевела на безопасный счет. Можешь попытаться их отсудить при разводе. Через годик. Если докажешь, что они не были моим личным доходом.
— Верни мои деньги, стерва! — закричал муж. — Мне кредит платить! У меня долг три миллиона двести тысяч! Я в тюрьму сяду!
— Кредит брал ты. Без моего согласия. Вот сам и плати, — подвела итог Ольга. — Удачи вам с Клавой. Завтра ей в консультацию к девяти. Не проспите.
Ольга Николаевна изящно обошла стоящего в ступоре мужа. Она перешагнула через валяющийся на полу кусок итальянских обоев. Вышла на лестничную клетку и нажала кнопку лифта.
Игорь остался стоять посреди разрушенного коридора. В углу кухни громко рыдала Клавдия. А в кармане куртки Игоря лежал график платежей по кредиту, который он теперь никогда не сможет погасить.
А вы бы тоже разнесли квартиру молотком и забрали все деньги, или Ольге нужно было просто молча уйти с вещами?