Она ехала домой в родительский посёлок на заднем сиденье автомобиля. Мужчина, которого она считала своим мужем, без лишних слов собрал все её пожитки в два огромных баула, сунул в руки пачку денег на первое время и приказал своему водителю доставить её по адресу, строго предупредив напоследок: «Не вздумай возвращаться или трепать моё имя где попало».
И вот теперь, глотая солёные слёзы, она смотрела в окно на проносящиеся мимо поля и думала о том, как переступит порог отчего дома. В голове навязчиво крутились слова матери: «Ведь говорила мама, что он наиграется и отправит меня восвояси. Почему всё, что она ни скажет, обязательно сбывается?»
Она начала вспоминать. Когда это началось? Кажется, лет в четырнадцать, с первым парнем. Вот тогда-то мама и начала ворчать. Она часто меняла кавалеров, а мать неизменно была недовольна. Хотя нет, иногда она молчала. Но у неё был какой-то извращённый вкус: если рядом с Кариной оказывался какой-нибудь тугодум или «тормоз», мать он почему-то приводил в восторг.
А полгода назад появился Эдик. Как же она тогда её ругала! Кричала, что он её бросит. Как мама могла это предвидеть? Ведь тогда Эдик носил её на руках, клялся в вечной любви и обещал жениться. Не женился. А теперь вот нашёл другую, а её просто выставил за порог, как ненужную вещь. «Что же теперь скажут родители?» — с ужасом думала она. Машина затормозила у ворот дома, где прошло её детство. Водитель молча выгрузил сумки во двор и уехал, оставив её одну.
На крыльцо вышла мать. Она окинула дочь внимательным, всё понимающим взглядом и, как и следовало ожидать, произнесла:
Ну что, я тебе не говорила?
Мам, ну не начинай сразу!
Говорила ведь! Говорила я тебе! — женщина вдруг сменила гнев на милость, крепко обняла дочь, и сама разрыдалась. — Карина, ну почему ты у меня такая непутёвая?
Мамочка, не ругайся!
Сколько уже месяцев-то?
Пять... — прошептала дочь, прижимаясь к материнскому плечу в поисках защиты.
И что теперь делать думаешь?
Рожать буду.
Ну всё, хватит на улице стоять! — мать решительно подхватила одну из сумок. — Иди в дом!
... На душе у Карины наконец-то воцарился покой. Пусть будущее рисовалось туманным и полным трудностей, но сейчас она была дома. В своей комнате, на своей кровати. Можно было просто лечь, закрыть глаза и позволить себе ни о чём не думать, растворяясь в привычной тишине. Разбудил её шум в сенях. «Папа вернулся, — сонно подумала она. — Зашёл на кухню, мама там... Обо мне, конечно, говорят». Карина встала и, накинув халат, поплелась на кухню.
Нагулялась? — голос отца прозвучал строго, но глаза смотрели с безграничной любовью.
Папка! — воскликнула она и бросилась ему на шею.
Садитесь за стол, — мать прервала их идиллию, ставя на клеёнку три глубокие тарелки с дымящимся борщом.
Рядом на блюде лежал свежий зелёный лук и укроп. Карина села на своё привычное место и принялась есть, бросая счастливые взгляды то на отца, то на мать. Вкус домашней еды казался божественным.
И какие у тебя планы? — нарушил молчание отец, вытирая усы.
Я буду помогать по дому! — Карина вскочила из-за стола, полная энтузиазма. — У меня же деньги есть!
Она метнулась в свою комнату, достала конверт и пересчитала купюры, которые дал ей друг. Двести тысяч. Отсчитав ровно половину, она вернулась на кухню.
Вот, мама, возьми! — она решительно положила пачку денег на стол рядом с хлебом.
... Как же всё изменилось. Мужчины в посёлке теперь смотрели сквозь неё, словно она стала невидимкой. А женщины за спиной шептались, обсуждая её неудачную попытку «удачно выскочить замуж», которая закончилась так бесславно.
Ходить становилось всё тяжелее, каждое движение давалось с трудом, всё вокруг раздражало, а в голову лезли мрачные мысли: «Ну вот, родится эта малышка. И что я с ней буду делать? Мне девятнадцать, а когда она вырастет, мне будет под сорок. Я же старухой стану! И как я её одна, без мужа, на ноги поставлю? Маме до пенсии ещё двадцать лет пахать... Незавидная судьба меня ждёт», — она горько усмехнулась. — Надо было маму слушать».
И вот этот день настал. Она назвала дочь Дашей — в честь бабушки. Теперь пусть только попробует отлынивать от воспитания внучки! Дедушка купил всё необходимое: коляску, кроватку. У самой Карины к этому моменту уже не осталось ни копейки.
В первый месяц всё шло гладко. Бабушка взяла отпуск и полностью посвятила себя внучке. Карина получила единовременное пособие от государства, но эти деньги испарились буквально за один день, растворившись в пелёнках и смесях. Прошёл месяц. Бабушка вышла на работу. Денег у Карины не было совсем. Маленькая дочь постоянно плакала, не давая ни минуты покоя: «Ну почему она с бабушкой такая спокойная, а со мной постоянно хнычет? Хоть самой плачь».
... Прошёл год. Карина катила коляску с дочерью по знакомым улицам посёлка. Денег в семье, как водится, не хватало, но осеннее солнце светило по-летнему щедро, и от этого тепла вдруг нестерпимо захотелось мороженого. Взгляд сам собой зацепился за знакомый ларёк.
Здравствуй, Карина! — раздался рядом мужской голос.
Она обернулась. Это был Федя. Он был старше неё лет на пять. В деревне его всегда считали странным, «не от мира сего». В детстве над ним смеялись все, и она с подружками не была исключением. Но сейчас перед ней стоял вполне обычный, повзрослевший парень.
Привет, Фёдор, — спокойно ответила она.
Парень расплылся в широкой, искренней улыбке. Карина окинула его оценивающим взглядом и, кивнув в сторону ларька, перешла сразу к делу:
Угости мороженым.
Конечно! С радостью! — воскликнул он, и его лицо засветилось от счастья ещё ярче.
Через несколько минут они уже шли рядом по тротуару. Карина ела вкуснейшее эскимо, и ей было удивительно легко. Она не могла сдержать улыбки, глядя на совершенно счастливое лицо своего спутника.
Внезапно она заметила, что происходит что-то странное. Её годовалая дочка, сидевшая в коляске, перестала вертеться и во все глаза смотрела на этого большого дядю. А на личике малышки играла ответная улыбка. «Они что, улыбаются друг другу?» — промелькнула в голове удивлённая мысль.
Так они и шли до самого дома — три человека, объединённые простым человеческим теплом.
Пока, Фёдор, — кивнула Карина у калитки.
До свидания, — тихо ответил парень.
Мать вышла на крыльцо встретить их и, забрав внучку на руки, строго посмотрела на дочь:
А это что за кавалер с тобой под ручку шёл?
Да так, Федя. Угостил нас и проводил до дома, — пожала плечами Карина.
Ох, Карина, Карина! — только и смогла произнести мама добрым голосом и понесла смеющуюся внучку в дом.
На следующий день заметно похолодало. Осень вступала в свои права, но, к счастью, дождя не было. Леонид Алексеевич, поёживаясь от пронизывающего ветра, вернулся с работы:
Ну и погодка сегодня собачья!
С утра так же было, — отозвалась супруга, глядя в окно.
Что-то за стеклом привлекло её внимание.
Даша, мы ужинать-то будем? Что ты там высматриваешь? — спросил муж, снимая куртку.
Сейчас, — она быстро налила ему тарелку горячего супа и крикнула в сторону комнаты дочери: — Карина, сходила бы в магазин за конфетами. Вечером чайку попьём.
Давай схожу! — дочь тут же появилась в дверях, переводя вопросительный взгляд с отца на мать.
Сходить в магазин она была не против, вот только карманных денег, как обычно, не было ни копейки. Мать, словно прочитав её мысли, достала из кошелька купюру:
На, держи.
Карина быстро сунула ноги в кроссовки и уже потянулась к ручке двери, но голос матери остановил её:
Куда в таком виде? Надень куртку, там дубак, и шапку не забудь.
Дочь удивлённо вскинула брови — обычно мама не была такой заботливой, — но спорить не стала и послушно оделась. Выйдя на улицу, она тут же столкнулась с Фёдором. Парень, заметив её, тут же шагнул навстречу:
Привет, Карина!
Ты откуда здесь?
Да вот, в магазин собрался. А тут ты идёшь.
Я тоже за покупками. Пойдём вместе, — она удивлённо пожала плечами про себя: «Странно. От его дома до магазина прямая дорога идёт. Зачем он свернул в наш проулок?»
В магазине они набрали конфет почти на пятьсот рублей. Карина для вида попыталась возразить и достать свои деньги, но Фёдор решительно расплатился сам.
Обратно они шли медленно. Парень увлечённо рассказывал о своей жизни, а Карина слушала его вполуха, сопоставляя факты в голове:
Сейчас в строительной бригаде работаю. Сто тысяч в месяц выходит стабильно, бывает и больше.
«Когда я с Эдиком в городе жила, я на одни свои ногти и шмотки двести тысяч спускала. А тут для нашего посёлка сто тысяч — это очень даже неплохо. Папка у меня не всегда столько приносит».
Дом решил строить. Сначала одноэтажный хотел, теперь думаю два этажа сделать. Может, женюсь скоро... — он замолчал и многозначительно посмотрел на неё.
«Дом — это статус. Но представляю, сколько там уборки будет. У нас дом тоже большой, одноэтажный. Так мама с утра до вечера как белка в колесе крутится. Если бы домработница была...»
Ты такая красивая стала. Раньше ты мне тоже нравилась, но я думал, ты ещё совсем девчонка.
«Ого, разговор принимает интересный оборот. Нормальные парни меня салагой никогда не считали. А этот, от которого все местные девки шарахались как от чумы, значит, считал. Ну что ж, поиграем».
Они подошли к её калитке. Сумерки уже опустились на посёлок плотным покрывалом, а густая тень от разросшегося дерева делала пространство у ворот совсем непроглядным.
Кажется, пришли, — произнесла Карина низким, томным голосом.
Ну... я тогда... наверное... пойду... — замялся Фёдор.
Федь... а поцелуй? — она сделала шаг к нему.
Парень растерялся на секунду, но быстро взял себя в руки. Он неуклюже обхватил её руками и так же неловко коснулся губами её щеки.
Федя! Ты совсем целоваться не умеешь? Давай научу.
«Урок» затянулся минут на пятнадцать. Почувствовав, что парень уже совсем «поплыл» и пора заканчивать этот эксперимент, Карина резко отстранилась:
Всё, Федя, хватит. Сейчас родители увидят из окна.
Она ловко вывернулась из его объятий и направилась к крыльцу. У ворот остановилась и помахала ему рукой на прощание. К её удивлению, вернувшись домой, мать даже не спросила, где она так долго пропадала. Даша просто выложила конфеты в вазу и поставила чайник. Семейный вечер продолжался своим чередом.
... Прошло ещё полгода. Маленькой Даше исполнилось полтора, и Карина, скрепя сердце, отдала её в ясли. Садик находился в двух шагах от дома, а девочка росла смышлёной и развитой не по годам — вся в мать. Сама же Карина всё чаще ловила себя на мысли, что пора брать судьбу в свои руки. Да и по городской суете, шуму и возможностям она невыносимо скучала.
Ты куда это намылилась? — мать, словно почуяв неладное, пристально посмотрела на дочь.
Мама, я не могу вечно жить с вами под одной крышей. Мне уже двадцать один год. Пора устраивать свою собственную жизнь.
Так устраивай её здесь! В посёлке. Чем тебе тут не жизнь?
Мама, что я здесь буду делать? — дочь посмотрела на неё с искренним недоумением.
Фёдору всю зиму голову морочила, а как весна пришла — она, видите ли, в город собралась! И кто же тебя там ждёт, интересно?
Ну...
Что «ну»? — голос матери стал стальным. — А с Дашей кто сидеть будет? Мне до пенсии ещё семнадцать лет вкалывать.
Я просто съезжу завтра утром, разведаю обстановку и к вечеру вернусь. Честно!
Дочь вернулась на следующий день уже затемно. По её хмурому лицу было ясно: поездка не принесла ничего хорошего.
Карина, ну что там? — не выдержала мать.
Всё, мама. Я решила. Выхожу замуж за Фёдора.
А он-то об этом знает? Он тебя звал?
— Нет ещё... — Карина мельком взглянула на часы. — Сегодня уже поздно, темно. Завтра позовёт.
В этот момент из детской комнаты выбежала маленькая Даша и с радостным визгом бросилась к матери:
Мама!
Следующим вечером всё решилось. К ним в гости Фёдор пришёл не один, а с твёрдым намерением. Он вежливо поклонился будущей тёще, крепко пожал руку тестю и, собравшись с духом, выпалил:
Леонид Алексеевич, Дарья Павловна... Мы с Кариной любим друг друга. Я прошу руки вашей дочери.
Будущая тёща лишь кивнула на свободный стул:
Садись, Федя. Поужинаем для начала, а там и поговорим, — она начала накрывать на стол, выставляя всё самое лучшее для серьёзного мужского разговора.
Спустя месяц сыграли свадьбу. Фёдор привёл молодую жену в новый дом, который построил своими руками. Фёдор был безмерно счастлив от того, что рядом с ним такая красивая женщина. Карина же наконец-то обрела покой: у неё появился надёжный тыл, мужчина, который не предаст и не выгонит на улицу. Он удочерил её малышку, и девочка быстро привыкла звать его папой.
Еще истории:
«Полюбил другую, но никогда тебя не брошу и не уйду из семьи!» Но жена дала неожиданный ответ
- Я мечтала о другой невестке и ее приплод мне нужен! – Или ты принимаешь ее, или ты мне не мать
- Решила я уступить тебе своего благоверного. Со всем скарбом, в комплекте два сына