Автобус до райцентра ходил всего два раза в неделю, и Настя знала его расписание наизусть. Сегодня на остановке было людно. Местные бабы везли на рынок в город тяжелые ведра с антоновскими яблоками, свежий творог и банки с медом. Настя стояла чуть в сторонке, прижимая к себе потертую холщовую сумку с книгами. Она работала в сельской библиотеке уже три года — сразу после того, как окончила школу. Настя любила свою работу, тишину среди книжных стеллажей и запах старой бумаги. Но сегодня её мысли были совсем не о книгах.
— Настька! — окликнула её тетка Марья, тяжело опустив на скамейку корзину. — Опять в район за новинками? Дались тебе эти книжки, девка. Вон, лучше бы корову бабы Нюры помогла подоить, а то старуха совсем сдала.
— Я помогу вечером, теть Марь, — улыбнулась Настя, поправляя выбившуюся из длинной косы прядь волос. — А книги люди ждут. Председатель обещал три новых романа привезти из города.
— Романы у неё... — проворчая женщина, но без злобы. — Ты бы о замужестве думала, двадцать два года уже. Вон, Васька-тракторист на тебя так и смотрит каждый раз на клубе. Парень непьющий, работящий.
Настя лишь тихо вздохнула и ничего не ответила. Подруги давно вышли замуж, обзавелись детьми и домашним хозяйством. А она всё ждала чего-то другого. Чего-то, о чем часто читала на страницах тех самых библиотечных книг. И, кажется, в это лето её ожидание подошло к концу.
Три месяца назад в их деревню Сосновку приехал Артём. Он был городским, красивым, с открытой и доброй улыбкой. Его отец когда-то родился в этих местах, и парень приехал просто отдохнуть на лето от городской суеты, пожить в старом дедовском доме. Они познакомились случайно, прямо в библиотеке, куда Артём зашел от скуки. С тех пор они почти не расставались. Вечерние прогулки у реки, долгие разговоры обо всем на свете и тихий шепот под старыми ивами — Настя влюбилась так, что весь остальной мир просто перестал для неё существовать.
***
Автобус подошел с опозданием, громко чихая старым мотором. Настя запрыгнула в салон, устроившись у самого окна. Всю дорогу до района она смотрела на пробегающие мимо перелески и думала об Артёме. Вчера вечером он пришел к её дому и сказал то, от чего у Насти до сих пор сладко замирало сердце.
— Насть, лето кончается, — тихо сказал он тогда, держа её за руки. — Мне нужно возвращаться в город. Институт, дела у отца на фирме... Но я не могу уехать один. Я хочу, чтобы ты поехала со мной. Я познакомлю тебя с родителями. Мы поженимся, Настя.
Она тогда испугалась. Город казался ей огромным, чужим и опасным монстром. Но любовь к Артёму была сильнее любого страха. Она согласилась. И вот сегодня они должны были встретиться у автовокзала, чтобы вместе поехать в столицу на его машине.
Когда автобус наконец затормозил на городской площади, Настя первая выскочила на перрон. Артём уже ждал её у своей чистой, блестящей иномарки. Увидев её, он широко улыбнулся и пошел навстречу.
— Настя! Приехала! — он подхватил её на руки и закружил. — А я уже волноваться начал. Вдруг, думаю, передумала моя деревенская красавица.
— Ну что ты, Артём, — засмущалась она, заметив, как прохожие оборачиваются на них. — Поставь меня, люди же смотрят.
— Пусть смотрят, — рассмеялся парень, опуская её на землю и забирая сумку. — Вещей у тебя, конечно, немного. Ну ничего, в городе всё новое купим. Садись в машину, поехали. Нас мама с папой ждут, я им звонил.
— Артём... А они точно не будут против? — тихо спросила Настя, садясь на мягкое кожаное сиденье. — Ну, что я вот так, без предупреждения. Да и простая я...
— Глупости не говори, — отмахнулся Артём, заводя мотор. — Мама у меня, конечно, строгая, но она меня любит. А папе вообще всё равно, он постоянно в работе. Все будет хорошо, обещаю.
***
Дорога до столицы заняла около четырех часов. Чем ближе они подъезжали к мегаполису, тем сильнее Настя вжималась в сиденье. Высотные дома в тридцать этажей, огромные светящиеся вывески, бесконечные потоки машин — от всего этого у нее кружилась голова. Ей казалось, что она попала на другую планету.
Машина Артёма свернула в тихий, зеленый район в центре города и остановилась возле элитного многоэтажного дома с закрытым двором и охранником у ворот.
— Приехали, — бодро сказал Артём, глуша двигатель. — Наш этаж седьмой. Идем?
Настя вышла из машины, поправляя свое простенькое ситцевое платье в мелкий цветочек. На ногах у нее были обычные матерчатые туфли, а волосы были уложены в ту самую длинную косу. Рядом с этим роскошным домом она чувствовала себя совершенно чужой.
Они поднялись на бесшумном лифте и остановились перед тяжелой дубовой дверью. Артём повернул ключ и пропустил Настю вперед.
— Мама, папа, мы дома! — громко крикнул он с порога.
Квартира была огромной. Белые стены, дорогая мебель, огромные картины и зеркала во весь рост. Настя побоялась сделать шаг, чтобы не оставить следы на идеально чистом, светлом паркете.
Из глубины коридора послышался стук каблуков. К ним вышла высокая, ухоженная женщина лет пятидесяти. На ней был дорогой домашний костюм, идеальная укладка, а на шее поблескивала нить жемчуга. Это была Маргарита Павловна, мать Артёма. Она остановилась в паре шагов и окинула Настю таким холодным, оценивающим взглядом, что у девушки по спине пробежали мурашки.
— Добрый день, — тихо произнесла Настя, слегка поклонившись по деревенской привычке.
Маргарита Павловна даже не кивнула в ответ. Она перевела взгляд на сына.
— Артём, это и есть та самая... гостья, о которой ты говорил по телефону? — голос матери прозвучал сухо и резко.
— Мама, знакомься, это Настя, — улыбнулся парень, пытаясь разрядить обстановку. — Она из Сосновки. Я же рассказывал тебе про неё.
— Да, рассказывал, — женщина прищурилась, разглядывая холщовую сумку в руках Насти. — Что же ты на пороге её держишь, проводи в гостевую комнату. Пусть приведет себя в порядок. Через час будем обедать. Отец скоро подойдет.
***
Гостевая комната оказалась больше, чем вся библиотека в Сосновке. Настя присела на край огромной кровати, боясь пошевелиться. Ей хотелось плакать и бежать обратно на вокзал, но мысль об Артёме удерживала её. Она зашел в ванную, умылась холодной водой и попыталась пригладить волосы.
Через час её позвали к столу. Обед проходил в просторной столовой. Отец Артёма, Игорь Владимирович, оказался неразговорчивым мужчиной. Он коротко кивнул Насте, уткнулся в свой планшет и быстро поел, сославшись на важные звонки. А вот Маргарита Павловна уходить не собиралась.
На столе стояли странные приборы, и Настя совершенно не знала, за какую вилку браться. Она взяла обычную ложку, чтобы набрать немного салата.
Раздался тяжелый вздох Маргариты Павловны.
— Девушка, у нас для салата используют специальные щипцы. Впрочем, откуда вам знать. Артём говорил, вы в деревне книги выдаете?
— Да, я библиотекарь, — тихо ответила Настя, опуская ложку. — У нас хорошая библиотека, много классики.
— Классика — это прекрасно, — усмехнулась женщина, пригубив вино из бокала. — Но в большом городе одной классикой сыт не будешь. Здесь нужны манеры, образование, происхождение. Артёму скоро принимать дела отца. Ему нужна супруга, которая сможет достойно принять гостей, поддержать беседу на рауте. А вы... скажите, Настя, вы хоть раз были в театре? В настоящем театре?
Настя покраснела до корней волос.
— Нет. В городе не была. У нас в клубе иногда ставили спектакли...
Маргарита Павловна тихо, снисходительно рассмеялась.
— Спектакли в клубе. Боже мой, Артём, где ты её только нашел. Это же просто прошлый век.
— Мама, хватит! — не выдержал Артём, грохнув вилкой по тарелке. — Настя хорошая, добрая и честная. И я люблю её. Мы решили пожениться, и твое мнение тут ничего не изменит.
Маргарита Павловна ничуть не смутилась от вспышки сына. Она лишь спокойно вытерла губы салфеткой и поднялась со стула.
— Любовь проходит, Артём. А глупость остается на всю жизнь. Разговаривать с тобой сейчас бесполезно. Я пойду к себе, у меня разболелась контора от этого абсурда.
Когда мать ушла, Артём пересел к Насте и обнял её за плечи.
— Прости её, Насть. Она всегда такая, когда всё идет не по её плану. Не принимай близко к сердцу. Завтра я уеду на один день в район по делам фирмы, а ты отдохни тут, погуляй. Все наладится, вот увидишь.
***
На следующий день Артём уехал рано утром, пока Настя ещё спала. Она проснулась от непривычной тишины огромной квартиры. Ей не хотелось выходить из своей комнаты, но ближе к вечеру сильный голод заставил её пойти на кухню, чтобы просто выпить стакан воды.
Кухня была пуста, но как только Настя налила воду, в дверях появилась Маргарита Павловна. Она была в шелковом халате, с тем же холодным и высокомерным выражением лица.
— Не спится, Настенька? — спросила она, проходя к столу.
— Да вот, воды зашла выпить. Извините, если помешала.
— Сели бы вы, Настя. Нам нужно поговорить. Серьезно поговорить, пока Артёма нет дома.
Настя послушно присела на стул, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.
Маргарита Павловна достала из кармана халата толстый кожаный конверт и аккуратно положила его на стол прямо перед Настей.
— Что это? — тихо спросила девушка.
— Здесь деньги, — спокойно ответила женщина. — Очень много денег. Для вас и вашей бабушки в деревне это огромная сумма. На них вы сможете купить себе приличный дом, жить безбедно много лет и никогда больше не работать в своей копеечной библиотеке.
Настя посмотрела на конверт, потом в холодные глаза будущей свекрови.
— Зачем вы мне их даете?
— За то, чтобы завтра утром тебя здесь не было, — Маргарита Павловна перешла на «ты», и её голос стал ледяным. — Ты не пара моему сыну, девочка. Ты испортишь ему жизнь. Он поиграет в эту твою деревенскую романтику еще месяц-другой и бросит тебя. Но зачем доводить до греха? Бери деньги, собирай свои вещички и уезжай обратно в свою Сосновку. Тихо, без скандалов. Скажешь ему, что город не для тебя, что ты соскучилась по дому. Так будет лучше для всех.
— А если я не возьму? — Настя выпрямилась, чувствуя, как в ней просыпается гордость. — Если я действительно люблю Артёма и деньги мне ваши не нужны?
Лицо Маргариты Павловны исказилось от злости. Она наклонилась к Насте почти вплотную.
— Тогда я сделаю так, что ты уедешь отсюда с позором. Я найду способ доказать Артёму, что ты воровка или спишь с кем-то ради денег. Мой муж имеет связи во всех структурах этого города. Твоя жизнь превратится в ад, Настя. Выбирай: или ты уходит сейчас с деньгами и чистой совестью, или завтра я уничтожу тебя и твою репутацию так, что Артём сам выставит тебя за дверь и будет презирать до конца дней. Время у тебя до утра. Подумай хорошенько.
Женщина круто повернулась и вышла с кухни, оставив Настю один на один с толстым конвертом, полным денег.
***
Настя сидела недвижимо. Слезы душили её, сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ей никогда в жизни никто не угрожал. Она не знала, как бороться с такими людьми, как Маргарита Павловна. У неё не было здесь ни единого знакомого, никого, кто мог бы защитить.
Она вернулась в свою комнату, упала на кровать и разрыдалась. Что делать? Рассказать всё Артёму? Но поверит ли он ей, своей деревенской девушке, против родной матери? А если Маргарита Павловна действительно исполнит свои угрозы и обвинит её в чем-то страшном?
Время шло к полуночи. Настя поднялась, вытерла слезы и начала медленно складывать свои немногие вещи обратно в холщовую сумку. Она приняла решение. Оставлять здесь свою гордость и позволять мешать себя с грязью она не хотела.
Она уже застегивала сумку, когда в коридоре раздался резкий, настойчивый звонок в дверь. Настя вздрогнула. Время было слишком позднее для гостей. Звонок повторился снова и снова, уже более тревожно.
Из своей спальни выскочила напуганная Маргарита Павловна.
— Кто там еще в такое время? — проворчала она, направляясь к двери. — Настя, стой в комнате, не выходи.
Настя всё равно приоткрыла дверь своей комнаты и заглянула в прихожую. Маргарита Павловна посмотрела в глазок, нахмурилась и повернула замок.
На пороге стояли двое мужчин в строгих темных костюмах. Лица у них были серьезными и непроницаемыми. Один из них достал из кармана красное удостоверение и предъявил его бледнеющей женщине.
— Маргарита Павловна? — спросил мужчина твердым голосом.
— Да, я. А в чем дело? Мой муж...
— Нам нужен ваш сын, Артём Игоревич. И ваш супруг, Игорь Владимирович. Нам поступил срочный ордер на обыск вашей квартиры и задержание по делу о крупных финансовых махинациях на фирме. Пожалуйста, отойдите от двери и не мешайте работе следственной группы.
Маргарита Павловна охнула и начала медленно оседать на floor, хватаясь за сердце. Из комнат послышался топот других людей в форме, которые начали заходить в квартиру. Настя замерла у двери своей комнаты, крепко сжимая в руках холщовую сумку. Она поняла, что уехать тихо и просто в свою деревню у неё уже точно не получится...
Продолжение следует...