Ворота базы в «Темной долине» захлопнулись за ним с лязгом, похожим на звук падающей могильной плиты. Курсант — так теперь его звали, и он сам настаивал на этом, отказываясь от своего старого имени — вздрогнул. Он стоял по стойке «смирно», боясь пошевелиться. Вокруг кипела жизнь: бойцы в черно-красной броне таскали ящики с патронами, чистили оружие у костров, тихо переговаривались. Для него же мир сузился до размеров бетонного плаца под ногами.
Он прибыл сюда три дня назад из бара Сидоровича, полный романтического бреда. Он читал устав «Долга» как священное писание. Зона — это болезнь. Мутанты — вирус. Мы — лекарство. Мы выжжем эту язву каленым железом. Он представлял себя героем, спасителем человечества в экзоскелете последней модели, шагающим сквозь аномалии к центру Зоны.
Его иллюзии начали рушиться через пять минут после прибытия.
— Ты не человек, — голос был сухим, скрипучим, словно песок на зубах. Рядом возник силуэт. Инструктор Скелет получил свое прозвище не зря. Он был худым до невозможности, кожа обтягивала череп так плотно, что казалось, вот-вот лопнет. Глаза были скрыты визором тактических очков. — Ты кусок мяса. Мусор. Тебя привезли сюда, чтобы сделать инструментом. Оружием. Забудь, кем ты был. Там, за забором, ты был никем. Здесь ты станешь либо солдатом «Долга», либо удобрением для местной травы.
Началась ломка.
Марш-бросок в полной выкладке по пересеченной местности Долины стал первым уроком. Рюкзак весил тонну. Броня «Булат», выданная ему со склада, казалась раскаленным панцирем. Курсанту приказали нести ящик с патронами весом в двадцать пять килограммов.
— Это твой хабар! — орал Скелет, шагая рядом легкой трусцой без видимых усилий. — Ты должен любить свой хабар! Должен хотеть его нести! Если бросишь — будешь бежать с бревном на плечах!
Курсант упал на колени через километр. Легкие горели огнем. Перед глазами плыли черные круги.
— Встать! — рявкнул инструктор, носком ботинка ударив по ящику. — Ты думаешь, мутанту есть дело до твоей усталости? Контролёру плевать на твои больные ноги! Поднимай свою з.....у, мясо! ВСТАТЬ!
Психологическое подавление было хуже физических нагрузок. На привале, когда Курсант жадно пил воду из фляги, Скелет присел перед ним на корточки.
— Как тебя зовут?
— Курсант... — выдохнул парень.
— Неправильно. У тебя нет имени. Я спрашиваю: кто ты?
— Боец клана...
— Громче!
— Боец клана «Долг»!
— Зачем ты здесь?
— Чтобы очистить мир от скверны Зоны!
— Что такое жалость?
— ...Слабость.
— Верно. А страх?
— Сигнал к действию.
Кульминацией подготовки стала операция «Логово». Отряду из десяти новобранцев под командованием ветеранов поручили зачистить старый овраг, где засела стая плотей. Задача была проста: уничтожить всех мутантов, потерь избегать.
Они шли цепью. Курсант шел четвертым. Его руки, сжимавшие АКСУ-74, вспотели так, что пластик цевья скользил. Запах гнили становился невыносимым. И тут они появились.
Плоти — нелепые горы гниющего мяса на тонких ногах. Они не были быстрыми или умными противниками. Но их было много. Десять... пятнадцать... Они вывалились из кустов с утробным хрюканьем.
Курсант увидел цель. Крупная особь повернулась к нему боком. Время замедлилось. Он услышал голос Скелета прямо над ухом, хотя тот стоял в пяти метрах позади:
— Огонь! Не думай! Механика! Ты — спусковой крючок! Нажми его!
Курсант нажал. Короткая очередь в три патрона. Пули вошли точно под лопатку мутанта. Плоть дернулась и рухнула в грязь, забившись в конвульсиях. Никакого удовлетворения. Никаких эмоций. Просто работа. Механическое действие: прицеливание, задержка дыхания, нажатие. Результат: прекращение функции биологической угрозы.
Он перевел ствол на следующую цель еще до того, как первая затихла. Он двигался синхронно с остальными, перезаряжаясь на ходу, меняя позицию. Он перестал быть Иваном Петровым, студентом, который мечтал о славе. Он был ячейкой в едином организме отряда. Функциональной единицей. Спусковым механизмом.
Через десять минут всё было кончено. Овраг заволокло пороховым дымом. Стояла тишина, нарушаемая лишь щелчками дозиметров.
Вернувшись на базу, Курсант сидел у стены арсенала и молча чистил свой автомат. Масло пахло металлом и порохом. Руки действовали сами, разбирая затворную раму, протирая газовую трубку. Он чувствовал пустоту внутри. Огромную, звенящую пустоту, которая раньше была заполнена сомнениями, мечтами и страхами. Теперь там было чисто. Стерильно.
Мимо прошел ветеран, хлопнув его по плечу тяжелой ладонью в перчатке.
— Молодец, брат. Чисто сработали.
Курсант поднял голову. Визоры его шлема отразили тусклый свет прожектора. Он посмотрел на ветерана абсолютно спокойным, мертвым взглядом.
— Так точно, командир. Служу человечеству.
Это больше не был испуганный мальчишка. Из кузницы «Долга» вышел готовый продукт. Безликий солдат в броне, чье единственное предназначение — смотреть на этот больной мир через перекрестие прицела и нажимать на спуск. Идеальное лекарство от вируса Зоны. Холодное, расчетливое и совершенно бесчеловечное.