Олег был именно таким. Не пил, не курил, не изменял. Помогал жене с посудой, выносил мусор и никогда не забывал про дни рождения.
На работе его ценили, начальник хлопал по плечу, коллеги завидовали.
У него была квартира, машина, дача и коллекция виниловых пластинок, которые он не то, что слушать, трогать никому не давал.
Все было правильно. Настолько правильно, что Олег сам себе надоел.
Его жена Лена тоже была правильной. Не пилила его, не тратила лишних денег, не смотрела сериалы, когда он хотел смотреть футбол.
Она всегда улыбалась, когда он приходил с работы, и целовала в щеку.
У них был правильный брак. Двадцать лет. Без скандалов, без измен, без развода. Они жили как по учебнику. Даже любовь у них был по расписанию – по вторникам и субботам, после новостей.
И вот однажды Олег понял, что он больше так не может.
Он сидел на кухне, пил утренний кофе и смотрел на жену. Она делала бутерброды. Аккуратные, ровные, с маслом и сыром, как всегда. Она даже масло намазывала одинаковым слоем – Олег как-то проверял микрометром, ради интереса замерил. Все было идеально. Все было правильно. И Олегу захотелось выть.
Он сказал:
– Лен, давай разведемся.
Лена оторвалась от бутерброда. Она смотрела на него три секунды. Потом спросила:
– Ты заболел?
– Нет, – ответил Олег. – Я просто хочу развестись.
– Глупости, – сказала Лена и продолжила мазать масло. – Ты просто не завтракал. Поешь.
Он поел. Бутерброд был вкусным. Все было вкусным. Все было правильным.
Олег пошел на работу. Начальник, как обычно, хлопнул его по плечу. Коллеги, как обычно, завидовали. Все было по расписанию. И Олег понял, что больше не выдерживает.
Он не поехал домой. Он зашел в бар. Первый раз за двадцать лет. В баре было темно, пахло пивом и свободой. Он сел за стойку и заказал виски. Бармен посмотрел на него с уважением.
– Что-то случилось? – спросил участливо.
– У меня идеальная жизнь, – сказал Олег, – и мне это надоело.
Бармен был мужик бывалый, с татуировкой на руке и сломанным носом. Он хмыкнул и налил Олегу вторую порцию.
– За идеальную жизнь, – бросил он.
Они выпили. Потом еще. Олег разговорился. Рассказал про жену, про бутерброды, про расписание по вторникам и субботам. Бармен слушал, кивал и наливал.
– Так ты хочешь приключений? – спросил он.
– Хочу, – кивнул Олег. – Любых. Пусть даже плохих.
– Ну, приключения – дело такое. У меня есть знакомый. Он может тебя устроить на работу.
– На какую работу? У меня есть работа.
– Настоящую, – сказал бармен. – Где ты будешь чувствовать себя живым.
Олег задумался. Он посмотрел на часы – было десять вечера. Он должен был быть дома. Жена ждала его к ужину. Суп. Второе. Компот. Все по расписанию. Он выпил третью порцию.
– Согласен, – сказал твердо Олег.
На следующее утро он проснулся в автобусе. Точнее, не в автобусе, а в микроавтобусе, который трясся по проселочной дороге. Рядом сидел мужик с татуировкой на лице и читал криминальную хронику.
– Ты кто? – спросил Олег.
– Я твой напарник, – сказал мужик. – Коля.
– А я?
– Ты Олег. Ты устроился на работу. Мы едем на объект.
– На какой объект?
– Сам увидишь.
Олег похмельно моргал, вспоминая вчерашний вечер. Он вспомнил бармена, виски, разговоры про свободу и сломанный нос. И понял, что это он сам себе устроил. Он сам захотел приключений. И вот они – тряслись по проселочной дороге, рядом сидел Коля с татуировкой на лице, и пахло чем-то кислым.
Приехали на стройку. Олег вышел из машины и понял, что он – разнорабочий. Он должен носить кирпичи. Кирпичи были тяжелые. Олег никогда не носил кирпичи. Он носил папки, документы, ручку с золотым пером. А теперь он носил кирпичи.
– Зачем я здесь? – спросил он Колю.
– Ты хотел приключений, – ответил Коля. – Вот тебе приключения. Работай.
Олег работал. Два часа. Потом у него заболела спина. Он сидел на кирпичах и плакал. Не громко, тихо. Он вспоминал свою правильную жизнь, свою правильную жену, свои правильные бутерброды. Он думал о том, как хорошо было дома. Как пахло супом и порядком. Как жена мазала масло одинаковым слоем. И он плакал.
– Не нравится? – спросил Коля.
– Не нравится, – сказал Олег.
– Хочешь домой?
– Хочу.
– Я все понимаю, – сказал Коля. – Только у меня одна проблема. Мы в пятидесяти километрах от города. Автобус завтра утром. Но ты можешь позвонить жене, чтобы она тебя забрала.
Олег задумался. Он вспомнил, как вчера сказал ей про развод. Как она не поверила. Как она продолжала мазать масло. Ему было стыдно. Ему было страшно. Но ему хотелось домой. Сильно. Так сильно, что он забыл про гордость.
Он набрал номер. Трубку взяли сразу.
– Алло, – сказала Лена.
– Лен, – сказал Олег. – Забери меня.
– Где ты?
– Я на стройке. За городом.
– Олег, ты пьян?
– Нет. Я работаю. Разнорабочим.
В трубке повисла тишина. Потом Лена засмеялась. Она смеялась долго, так, что Олег обиделся.
– Ты смеешься?
– Смеюсь, – наконец, отозвалась Лена. – Ты, мой муж, правильный мужчина, разнорабочий на стройке. Это смешно.
– Лен, забери меня отсюда. Пожалуйста.
– Заберу. Если ты пообещаешь, что больше никогда не предложишь развестись.
– Обещаю.
– И что ты купишь мне шубу.
– Куплю.
– И что будешь мыть посуду каждый день.
– Буду.
– И что перестанешь мерить масло микрометром.
– Перестану.
– Тогда жди.
Она приехала через два часа. На своей правильной машине, в своем правильном плаще, с правильной улыбкой. Олег сидел на кирпичах и ждал. Когда она подошла, он встал, отряхнулся и сказал:
– Лен, я тебя люблю.
– Я знаю, – сказала она. – Садись в машину.
Он сел. Они поехали домой. По дороге Лена спросила:
– Ну, как твои приключения?
Олег молчал. Он смотрел в окно и думал о том, что приключения – это переоценено. Что дом – это лучше. Что жена, которая мажет масло ровным слоем, – это счастье. Что правильная жизнь – она и есть правильная. Потому что в ней есть порядок, уют и тот самый суп.
– Нормально, – сказал он. – Но больше не хочу.
– Молодец, – улыбнулась Лена. – Я тебя накормлю.
Дома пахло супом. Олег сел за стол, Лена поставила перед ним тарелку. Он ел и чувствовал, как к нему возвращается жизнь. Настоящая. Правильная. Та, которую он хотел разрушить, но не разрушил.
Он доел суп, вымыл посуду, поцеловал жену и пошел смотреть футбол. Все было правильно. Он больше не хотел приключений. У него было все, что нужно. И он понял: чтобы оценить правильную жизнь, иногда нужно проснуться с похмелья в микроавтобусе с мужиком с татуировкой на лице.
Он больше не пил виски. Он больше не ходил в бары. Он просто жил. Аккуратно, ровно, правильно. Он мазал масло на бутерброды, мерил их микрометром и улыбался. Он был счастлив. Потому что понял: идеальная жизнь – это не когда все есть, а когда ты это ценишь.
А еще он понял, что бармен с накачанными бицепсами и сломанным носом, оказывается, был другом его начальника.
Начальник специально нанял его, чтобы тот устроил Олега на стройку, потому что у каждого второго офисного работника бывает такой кризис. Им просто нужно поработать руками.
Олег узнал это через месяц, когда начальник пришел к нему и сказал:
– Ну что, ты все понял?
Олег кивнул:
– Понял.
– Иди работай, – улыбнулся начальник.
Олег пошел работать. Он больше не мечтал о приключениях. Он мечтал о супе, который ждал его дома
И это правильно.
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал