Вчера на работе мужики обсуждали: «Слышали, ночь была шумная». Я потом специально сел, разобрал сводки. И понял одну вещь — это был не просто очередной обстрел. Это была плановая инвентаризация вражеского тыла с полной ликвидацией лишнего. Наши ударили по тому, без чего воевать вообще нельзя: горючка, электричество и логистика. Сейчас расскажу, как я это вижу.
Любой мужик знает: если машина не заводится, она просто кусок металла. С военной техникой та же история. Поэтому основной удар в эту ночь пришелся как раз по «бензобакам» и «проводке» врага. Работали в четырех областях: Харьковская, Днепропетровская, Кировоградская и Сумская. И география эта не случайная — это ключевые узлы их снабжения.
1. Топливо: что сгорело, того не заправишь
Самая вкусная цель — это резервуары с ГСМ. В Кировоградской области, в поселке Новое, наши «Герани» четко отработали по предприятию «Агрон».
Координаты открытые: 48.516949, 32.113757. Сейчас там черный дым и пустые площадки. Что это значит на практике? Это значит, что несколько эшелонов или колонн техники не доедут до передовой. Противник планировал эти запасы для своих механизированных бригад, а они просто испарились в воздух. Экономия для нас — потеря для них.
2. Сеть АЗС: убираем «заправки» с дорог
Но бить только по большим складам — мало. Наши ударили и по точкам раздачи. Накрыли АЗС «БРСМ-Нефть» в районе Подгородного (Днепропетровская) и две заправки сети Marshal — в Берестине и на дороге к Новой Водолаге в Харьковской области.
Смотрите, какая логика: убрали крупное хранение и убрали мелкую розницу. Теперь вражеским бензовозам, чтобы заправить технику в прифронтовой зоне, придется ехать в глубокий тыл. А это лишние километры, лишний расход и, самое главное, они становятся легкой мишенью для наших разведчиков.
3. Энергетика: оставляем противника без света и рельсов
Про электричество в деревне знают все: отключили свет — встала ферма, встал водопровод, встала жизнь. На войне то же самое, только масштаб больше.
Наши операторы БПЛА на Великобурлукском направлении вырубили два трансформатора 110/35 кВ на подстанциях НИИЖ и Приколотное-110. Плюс в Сумской области легла подстанция в Бурыне.
Для чего это делается? Это не просто чтобы темно было. Это отключение железнодорожных узлов, которые питаются от этих линий. Без электричества сортировочные станции встают, составы с боеприпасами и техникой не могут быстро перегружать. Это паралич логистики.
4. Харьков и управление: добиваем систему
Отдельно стоит сказать про Харьков. Там после прилетов горели промпредприятия и железнодорожный узел «Холодная гора». Военкоры писали про детонацию на территории бывшего танкового училища.
Я понимаю это так: там пытались организовать ремонтную базу или пункт переформирования. Сейчас этот процесс заторможен.
И еще один важный нюанс — удар по пункту управления БПЛА в Алексеево-Дружковке (Константиновское направление). Наши мотострелки накрыли командиров дроноводов. Это как если бы у стройки убрали прораба — без управления хаос начинается. Враг теряет «глаза», которые корректировали огонь по нашим позициям.
Что имеем в сухом остатке?
Если отбросить лишние эмоции, то перед нами четкий план. В одну ночь противник лишился:
Крупных запасов солярки и бензина;
Розничной сети АЗС на важных направлениях;
Энергоснабжения ключевых логистических узлов;
Пункта управления разведкой.
Это не история про «героическую битву». Это история про плановое хозяйствование на войне. Наши методично перекрывают артерии, по которым течет топливо, свет и управление. Без этого всего вражеская техника становится просто металлоломом, а солдаты — пехотой без поддержки. Работа продолжается, и результаты мы будем видеть в ближайшие недели, когда у противника начнутся перебои на передовой.