Андрей разослал 47 резюме за две недели. Высшее образование, шестой разряд электрика, 62 года — и ноль ответов. В это же время завод в соседнем районе третий месяц не может закрыть вакансию сварщика, хотя предлагает 85 тысяч на руки. Парадокс? В 2026-м это норма: рынок труда окончательно раскололся на два параллельных мира, и попасть из одного в другой почти невозможно.
Кадровый голод никуда не делся — но он касается не всех. Пока одни отрасли задыхаются без людей, другие выстраивают соискателей в очередь на восемь этапов собеседований. Вячеслав Якубенко, доцент департамента экономики НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург, называет это «двумя параллельными рынками»:
«Работа есть, просто не там, где мы привыкли. Торговля, строительство — отрасли, где традиционно занято много работников, сейчас постепенно сокращаются. Конечно, это сказывается на зарплатах — они не то что сокращаются, просто не растут».
А пока эксперты рисуют схемы, реальные люди месяцами бьются о стену вакансий.
Синие воротнички в цене
Петербургский hhru выдает привычную картину: продажи (12% всех вакансий за май 2026-го), рабочий персонал (11%), производство и сервис (9%). Казалось бы, выбирай — не хочу. Но дьявол, как всегда, в деталях.
Ольга Попазова, кандидат экономических наук, делит рынок на «голодный» и «перегретый». В первом работодатели охотятся за сотрудниками — на одну вакансию три-четыре резюме. Сюда входят:
- Тяжелое машиностроение и энергетика (рост вакансий в полтора раза за год).
- Рабочие профессии: водители большегрузов, сварщики, слесари — остродефицитные позиции.
- Медицина: число предложений для врачей выросло на 20%.
- Продажи: до 12% всех запросов работодателей.
- Организация мероприятий: внезапно востребованы аниматоры и ведущие.
Во втором мире — избыток кандидатов и высокая конкуренция. Маркетинг, PR, финансы, бухгалтерия, административные позиции — здесь на одну вакансию приходит до 40 резюме.
«Если бы зарплаты были из графы медиана, то кадрового голода бы не было. А за 500 долларов работать — это зарплата из 2005 года», — пишет один из соискателей.
Другой добавляет:
«Более 50% вакансий висят на hhru годами, создавая видимость отсутствия безработицы».
Третий уточняет:
«Некоторые так создают видимость развития компании, пустить пыль в глаза. Типа — в связи с бурным ростом нам не хватает продажников! Ну или просто продвигают в поисковой выдаче».
Вакансии закрываются быстрее, но найти работу сложнее
Статистика выглядит обнадеживающе: в 2025-м вакансии закрывали за 19 дней, в 2026-м — за 16. Медианное время сократилось с 14 до 11 дней. Финансы закрывают за 7 дней, IT — за 10,4, образование и госслужба — за 8,6. Медленнее всего — транспорт и логистика (31 день), строительство (24 дня).
Но вот нюанс: быстрое закрытие вакансий не значит, что конкретный Андрей или Марина быстро находят работу. Наоборот.
«Вакансий стало меньше, а соискателей — больше. И хотя вакансии закрываются быстрее (благодаря технологиям и активности соискателей), каждый отдельный кандидат сталкивается с более жестким отбором и во многих случаях с более длительным поиском, чем год-полтора назад», — объясняет Ольга Попазова.
От 60 до 75% кандидатов отсеиваются на этапе просмотра резюме. Причины: нерелевантный опыт, завышенные зарплатные ожидания, несоответствие региона или формата занятости.
«Ваше резюме могут даже не прочитать до конца, если оно не соответствует жестким критериям. Это создает ощущение черной дыры, куда уходят отклики», — добавляет эксперт.
А еще хуже — когда обещают одно, а по факту дают другое:
«Еще хуже что щас везде пишут типа зп от 100 тыщ а по факту 60 минус налог».
Восемь собеседований и тест
Многоэтапный отбор стал нормой, особенно в крупных компаниях. В среднем офисного работника ждут три-четыре этапа, но бывает и восемь интервью. Чем больше корпорация, тем изощреннее процесс.
«И вакансий стало меньше, и системы отбора в некоторых компаниях усложняются настолько, что уже больше становятся похожи на Форт Боярд. Последнее на самом деле не снижает вероятность трудоустройства, просто делает весь процесс эмоционально тяжелее», — говорит Вячеслав Якубенко.
Он же добавляет с иронией:
«Но, может, я чего-то не понимаю, и в сложных многоуровневых системах отбора есть какой-то сакральный смысл».
Один из соискателей делится опытом:
«Есть ещё одна, нигде не приведённая, причина: некомпетентный эйчар. Некомпетентные собеседующие люди, от которых стал зависеть подбор. Пример — человек просидел 10 лет в компании и стал начальником, который стал участвовать в подборе и собеседованиях, но в знаниях он и остался как и 10 лет назад и естественно, амбиций много, знаний меньше... и он никогда не выходил на рынок труда самостоятельно, его либо по знакомству сделали начальником, либо случайно, так как пересидел всех».
Другой добавляет:
«У меня лично есть два примера беспредела в компании, когда начальники приходили по знакомству и их тащили за собой знакомые. И они устраивали ад на работе неугодным людям просто тем, что им стало с тобой "некомфортно". Также лет 10 уже есть новинка — привлечение ИТ-бизнес-партнёра к принуждению к увольнению людей не по-людски... устраивают такой же ад людям».
Скрытые сокращения и марафоны увольнений
Компании научились избавляться от неугодных без официальных сокращений. Выплатить два-три оклада не хотят — начинают «коридоры позора» и «марафоны с давлением».
«Также есть скрытые сокращения персонала... и там устраивают тоже Форт Боярд с подпевалами... выплатить 2-3 оклада не хотят. Начинают устраивать коридоры позора и марафон с давлением и нервотрёпкой... На госуслугах уже должна быть возможность о том, чтобы можно было заявить о принуждении к увольнению, чтобы компании штрафовали за это по 1 миллиону рублей..., так как они доказать не могут ничего, но внутри устраивают секту из приближённых, у которых настроение с утра не то... и вот ты уже негодник».
А технологии добавляют абсурда. Специалистов технической поддержки заменили ИИ-агентами — и клиенты в ярости:
«Эти ИИ очень ограниченные, могут помочь только в самом простейшем, а до специалиста не добраться, не получить помощь по существу. Хочется сразу разорвать отношения с такой организацией, которая не уважает клиентов, просто издевается над ними. В итоге, проблема не решается, а потом ещё "робот" перезванивает и говорит "мы решили ваш вопрос, оцените, насколько быстро вы получили помощь". Да не получил я ничего, помощи не было!»
Зарплатные вилки и реальность
Верхняя граница для молодого специалиста сегодня — 95 000 рублей. В среднем на входе предлагают 50 000–70 000. Но вилки часто обманчивы.
«Да да, расскажите про вилку манагеров от 80 до 200, все еще хохот сбить не смогу. Вне зависимости от отрасли там максимум 70-75, и то это с опытом а не с улицы, плюс куча отбитых вакансий с окладом в 40к и 500 звонков в день как машинка. 150 это максимум для крупного опта и то если у тебя есть контакты, без 100к. А все остальное проценты и там тоже от мало до мало, еще и хитровыдуманные, благо хоть большинство убрало слово "план"», — делится опытом один из соискателей.
В условиях избытка кандидатов люди соглашаются на меньшие деньги. Зарплатные предложения при переходе в новую компанию снизились на 10–20%. Многие вынуждены мириться с тем, что есть, несмотря на высокие ожидания.
Кому лучше не увольняться в 2026-м
Ольга Попазова выделяет «красную зону» — те профессии, где найти работу крайне сложно:
- Финансы, бухгалтерия, юриспруденция — конкуренция выше предложения.
- Маркетинг, PR, реклама — огромный избыток кадров, многие функции заменяются искусственным интеллектом (генерация контента, SMM-постинг), до 40 резюме на вакансию.
- HR, административный персонал — автоматизация.
- Джуниоры в IT — на одну позицию в крупной компании доходит 300–400 откликов.
- Копирайтеры, контент-менеджеры, переводчики — профессии практически уничтожены генеративными нейросетями.
- Банковский сектор и страхование (ретейловый сегмент) — закрытие физических отделений банков и перевод услуг в онлайн сокращают потребность в операционистах и консультантах.
Есть и «серая зона» — те, кому лучше держаться за свое место. Главный индикатор: вы работаете в массовой сервисной или производственной отрасли, зарплата средняя по рынку, а навыки крепкие, но не уникальные. Вас не уволят, но если уйдете сами, придется конкурировать с толпой таких же за худшие условия.
Сюда входят:
- Продавцы, кассиры, официанты — дефицит есть, но зарплаты не растут, а требования к эффективности повышаются.
- Курьеры, комплектовщики, грузчики — внедрение роботизации на складах и насыщение рынка мигрантами снижают ценность конкретного сотрудника.
- Менеджеры по продажам (товарные направления) — рынок B2C сжимается, компании экономят на бонусах.
- Автодилеры, машиностроение — сектор в глубокой трансформации, сокращения штатов и переход на трехдневку.
Один из комментаторов резюмирует:
«По моему всё очень логично, что работы нет! Бизнес в конец стали теснить, аренда, налоги, акцизы, НДС, откуда хорошо то быть? Естественно компании на грани или уже закрылись!»
Так держаться за место или все-таки рисковать?
Вячеслав Якубенко дает сдержанно-оптимистичный прогноз:
«Важно понимать, что поиск работы сегодня будет занимать больше времени, причём практически везде. Помимо замедляющейся экономики это и усложнение практик найма. Но мне кажется, что всё не настолько плохо, так что совсем уж отчаянно держаться за нелюбимое место не стоит: пока вакансии ещё всё-таки есть».
А вот Андрей, электрик с шестым разрядом, так и не получил ответа ни на одно из своих резюме. В это время завод в соседнем районе повесил объявление: «Требуется электромонтажник. Высшее образование приветствуется. 62 года — не помеха». Вот только Андрей его не увидел — он искал в другом сегменте рынка.
А вы сталкивались с ситуацией, когда вакансий вроде много, но устроиться невозможно? Или, может, работодатели здесь — поделитесь, что действительно мешает найти нужного человека?