Я расскажу про деревню, которая росла сама. И дам тебе правило, как её распознать. Если попадёшь, оно тебя спасёт. Меня спасло, почти.
Я фотограф, снимаю заброшки, мёртвые деревни, для альбома. Эту нашёл по старой карте, в глуши, конец просёлка. Приехал под вечер, решил переночевать в машине, поснимать на рассвете в хорошем свете.
Деревня была мёртвая. Я обошёл её перед закатом, посчитал дома, по привычке, чтобы знать масштаб для съёмки. Восемь дворов. Все заброшенные, заколоченные, вросшие в бурьян. Покосившиеся, чёрные, с провалившимися крышами. Обычная мёртвая деревня, каких я снял десятки.
Восемь домов. Я запомнил, потому что фотографировал каждый, пронумеровал кадры.
Заночевал в машине на въезде. Спал плохо, было душно.
Утром я вышел снимать. Прошёл по улице с рассветным светом. И на дальнем конце, за восьмым домом, где вчера был пустой бурьян, стоял девятый.
Я остановился. Дом стоял там, где вчера ничего не было. Я точно помнил, восемь домов, дальше пустырь, я там стоял, снимал закат над пустым полем.
А теперь там дом. Девятый. И не такой как остальные. Остальные мёртвые, чёрные, гнилые. А этот целый. Крыша ровная, окна с занавесками, стены крепкие. Жилой на вид. Новый.
Я подумал, заблудился, не с той стороны зашёл, перепутал. Обошёл деревню заново, пересчитал. Восемь старых, гнилых. И один новый, девятый, на дальнем конце. Девять.
Этого не могло быть. Дом не появляется за ночь. Я снимал тот пустырь вчера, у меня были кадры. Я проверил камеру. На вчерашних снимках за восьмым домом пустое поле, бурьян. А сейчас там дом.
Я подошёл к девятому. Целый, аккуратный, занавески на окнах чистые. Но что-то было не так. Он был слишком новый для этой деревни, и при этом неживой. Тихий. Я заглянул в окно. Внутри обстановка, стол, стулья, всё как в жилом доме. Но пыльно, застыло, и пусто. Никого.
Я отступил. Мне стало нехорошо. Я решил уезжать. Но любопытство фотографа держало. Дом, выросший за ночь, это кадр всей жизни. Я решил остаться ещё на ночь, снять, как это происходит.
Я провёл день, снимая деревню. И приглядываясь к девятому дому.
К вечеру я заметил странность. Девятый дом за день изменился. Утром он был просто новый и пустой. А к вечеру в нём появились детали. На подоконнике горшок с цветком, которого утром не было. Бельё на верёвке во дворе. Дрова сложены у стены. Дом обрастал признаками жизни, сам, в течение дня. Будто кто-то невидимый его обживал.
И ещё. Утром он был самый дальний, девятый. А к вечеру за ним, в бурьяне, я разглядел разметку. Колышки, натянутая верёвка, очерченный прямоугольник на земле. Фундамент. Место под десятый дом. Будто деревня размечала себе следующий.
Я понял, холодея, что деревня растёт. Достраивает себя. По дому за ночь. Расширяется в пустое поле, дом за домом, и каждый новый сначала пустой, потом обживается сам.
Ночью я не спал. Сидел в машине и смотрел на девятый дом и на размеченный пустырь за ним. В темноте там что-то происходило. Не стук, не стройка. Тихое шевеление, будто из земли само поднималось. К рассвету на размеченном месте стоял десятый дом. Целый. А девятый, вчера новый, за ночь стал чуть старее, обжитее, и в его окне горел свет.
В окне девятого дома кто-то сидел.
Я подошёл ближе, осторожно, в рассветных сумерках. В окне девятого дома, за занавеской, сидел человек. Силуэт. Неподвижный. Вчера дом был пустой. Сегодня в нём кто-то был.
Я понял механику, и она меня ужаснула. Деревня не просто строит дома. Она их заселяет. Новый дом стоит сутки пустой, обживается, а потом в нём появляется житель. Откуда, я не знал. Деревня его достраивала, как достраивала дом. Из ничего, из земли, из бурьяна. Сначала дом, потом тот кто в нём живёт.
Я навёл камеру на окно, на силуэт. И силуэт повернул голову. Ко мне. Медленно. И я разглядел лицо за занавеской.
Это было моё лицо.
Не совсем. Набросок моего лица, незаконченный, как лепят из глины и ещё не доделали. Похожий на меня, но пустой, неживой, обживающийся. Деревня лепила в девятом доме жильца. И лепила его с меня. Единственного живого человека рядом. С образца.
Я отшатнулся. Понял всё разом. Деревня растёт, достраивает дома и жителей. А жителей лепит с того кто рядом, с живого образца. Я приехал, единственный живой, и она взяла меня за образец для нового жильца. Она копировала меня в тот дом. И когда копия дойдёт, обживётся, станет готова, я ей буду больше не нужен. Или стану лишним оригиналом при готовой копии.
Я кинулся к машине. Надо было бежать, немедленно.
Машина не завелась. Стартер крутил вхолостую. Как держат тебя такие места, чтобы ты остался, пока копия не доделается.
Я заставил себя думать, через панику. Деревня растёт в одну сторону, в пустое поле, дом за домом, от старого края к новому. Девятый, десятый, размечает одиннадцатый. Она тянется в поле. А с другой стороны, откуда я въехал, старый край, восемь гнилых домов, и дальше просёлок, дорога прочь.
Она строит вперёд, в поле. Назад, к дороге, она не растёт, там уже готовое, старое, мёртвое. Значит уходить надо назад, через старую деревню, к въезду, на просёлок. Не в ту сторону куда она тянется, а в обратную, откуда я пришёл.
И ещё я понял про копию. Она лепит жильца с меня, пока я рядом, пока я образец. Копия незакончена, лицо ещё набросок. Если я уйду, исчезну как образец, копию не с кого будет доделывать. Она останется пустой, незавершённой. Я должен уйти раньше, чем она дойдёт.
Я бросил машину. Раз она не пускает, пешком. Пошёл назад, через старую деревню, к въезду, к просёлку, прочь от растущего края.
Идти через старую деревню было тяжело. Гнилые дома стояли по сторонам, и в их тёмных окнах, я теперь видел, тоже сидели силуэты. Старые жители. Те, кого деревня слепила давным-давно, с тех кто приезжал до меня. Целая деревня копий, снятых с заезжих, за десятилетия. Фотографы, путники, грибники. Каждого деревня взяла за образец и слепила жильца, а оригинал, наверное, остался лишним. Я не хотел думать что стало с оригиналами.
Силуэты в старых окнах поворачивали головы за мной, пока я шёл. Лица у всех были разные, человеческие, снятые с разных людей. Деревня росла людьми, которых копировала.
Я шёл к въезду, не оглядываясь на девятый дом, где доделывали меня. Чувствовал спиной, что копия смотрит мне вслед, тянется до меня, недоделанная.
Я дошёл до края старой деревни, до просёлка. И тут за спиной, в девятом доме, раздался звук. Скрип двери. Копия вышла из дома. Я не обернулся. Я знал, она пойдёт за мной, чтобы добрать с образца недостающее, доснять моё лицо, мою походку, чтобы доделаться.
Я побежал по просёлку, прочь, не оглядываясь.
Я бежал по просёлку километра три, до трассы. За спиной всё время было ощущение, что меня догоняют, тянутся, недоделанные. Я не оглядывался. На трассе поймал попутку, уехал.
Я выжил. Ушёл раньше, чем копия с меня доделалась. Бросил машину, ушёл пешком в обратную от растущего края сторону, к дороге. Деревня не успела меня скопировать до конца.
Я думал на этом всё.
Но копия осталась недоделанной. С моим лицом. Незавершённая, в девятом доме, в той деревне.
И я понял потом, чем это грозит.
Деревня лепит жильца с образца, пока образец рядом. Я ушёл, и копия застыла недоделанной. Но она снята с меня. Она это я, незаконченный. И между нами связь, как между наброском и натурой.
Я стал это чувствовать через недели. Иногда я будто на миг оказываюсь не здесь. Вижу комнату того девятого дома, изнутри, глазами той копии, что сидит там у окна с моим лицом и ждёт. Она ждёт меня. Ей надо чтобы я вернулся и дал доделать себя. Тогда она станет полной, а я стану лишним.
И меня тянет вернуться. Туда. Доделать её. Сесть напротив, дать ей добрать моё лицо до конца. Деревня недоработала, и недоработка зовёт меня закрыть гештальт, дорисовать себя в той деревне.
Я держусь. Не еду. Но копия сидит там, у окна, с моим недоделанным лицом, и ждёт. И зов крепнет.
Так что если попадёшь в мёртвую деревню, и наутро в ней окажется на один дом больше, чем ты вчера насчитал, не оставайся.
Считай дома. Если их стало больше, беги.
И не подходи к новому дому. Не смотри в его окно.
Потому что деревня растёт. Она достраивает себя домами и жителями. А жителей лепит с того кто рядом.
И если в окне нового дома ты увидишь своё лицо, ещё не доделанное, знай.
Это деревня строит тебе замену.
Уходи, пока она не дошла. В обратную сторону, к дороге, откуда пришёл.
И не возвращайся. Что бы потом тебя ни тянуло.
Там, в окне, сидишь ты. И ждёшь себя.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#страшныеистории #мистика #заброшки #деревенскиебыли