Отпуск
Незаметно пролетел очередной отпуск. «Все хорошее проходит быстро" - подумал я и вдруг увидел в зале аэропорта своего однополчанина майора Анаталия Ивановича Малинина -заместителя начальника штаба полка. Мы тепло встретились. Он с радостью поведал мне что прилетел на отдых в военный санаторий в Подмосковье, а я не без грусти сообщил ему что лечу в Батуми и завтра с утра приступаю к служебным обязанностям.
Конечно поинтересовался как у нас дела в полку и что нового произошло. Все-таки сорок пять дней не был на службе.
"Да все как обычно"-со счастливой улыбкой отпускника ответил Малинин.
Новость
"Последнюю новость могу сообщить. Вот не знаю, обрадует ли она вас. К нам прибыл новый начальник клуба полка "Варяг «из высокогорной вьючной роты. А вместе с ним пришла сопроводиловка о том, чтобы ни в коем случае не давать ему оружия и освободить от несения службы в нарядах и посещении полигона и стрельбища. Не хотел вам рассказывать. Сами завтра узнаете..."
В зале раздался голос диктора, извещающий о посадке на рейс Москва-Батуми и мы расстались.
Варягами у нас в полку было принято называть прибывших из других округов и соединений выдвиженцев по протекции старших начальников или банальных залётчиков, от которых пытались избавиться путем перевода в другую часть.
Начальник клуба
На другой день я познакомился с начальником клуба полка Александром Кривякиным. Он произвел приятное впечатление. Открытый собеседник . Не торопя ход событий, попросил его рассказать о себе. Выпускник Минского Высшего военно -политического училища. Из семьи потомственных военных. Отец служит в Москве -полковник, мать учительница. После окончания училища был направлен в Закавказский военный округ. Службу начал в горно-вьючной роте в Армении. Оказывается, и такие были у нас подразделения в 7-й гвардейской Ереванской армии. Рота обеспечивала доставку грузов в труднодоступные горные районы и осуществляла патрулирование вдоль границы. Укомплектовывалась она основном солдатами горцами кавказских национальностей, владеющих верховой ездой.
Основной вид перемещения по горным тропам лошади и даже ишаки.
Служба в роте была не простая. Не случайно район был льготным один год за полтора и финансовые надбавки за особые высокогорные условия.
Рота взаимодействовала с укреплёнными районами и горными погранзаставами и периодически выходила на патрулирование с полным боевым комплектом.
В одну из ночей поступил сигнал о массовом нарушении госграницы. Замполит пришел поднимать роту по тревоге для выхода на блокирование границы.
Накануне группа старослужащих солдат, узнавших о выходе приказа Министра об увольнении их призыва, отметила это событие и когда Александр объявил тревогу, они демонстративно отказались вставать с кроватей. Посыпались словесные оскорбления. Чтобы добиться выполнения приказа замполит выпустил из своего автомата очередь над кроватями отказчиков.
Сказать, что они испугались — это значит ничего не сказать. Часть из них спряталась под кроватями. Некоторые обмочились от страха. Двое выпрыгнули из окна второго этажа. Позднее одного из них доставили в госпиталь с переломом ноги, другого с сотрясением головного мозга.
И тем не менее задачи выхода роты на границу были выполнены.
На другой день по факту происшествия Александр проходил как главный фигурант у Армейского руководства, Особого отдела армии и военной Прокуратуры Закавказского округа.
От роты он был отстранен и рекомендован на должность не связанную с подчиненным личным составом.
Так началась служба старшего лейтенанта Кривякина Александра в нашем полку....
Прошло несколько месяцев . Александр быстро освоился в новой должности начальника клуба. Обвинения военной Прокуратуры были сняты. Однажды у дежурного по полку раздался телефонный звонок из Батумского Пограничного отряда. Просили передать приглашение старшему лейтенанту Кривякину на празднование Дня пограничника для вручения ему почётной грамоты и Знака "За отличие в охране Государственной границы СССР"
Через год мы провожали нашего Варяга из Горно- вьючной роты на новое место службы в Краснознамённый Дальневосточный военный округ.