Спустя полтора часа она поднялась на свой этаж. Достала ключи, вставила в замок — безрезультатно. Она попробовала снова. И только сейчас заметила, что накладка на замке новая, а на ручке висит плотный конверт.
Дрожащими руками она оторвала конверт и вскрыла его. Внутри лежало уведомление: «Квартира продана и является собственностью ООО "Ресурс Трейд". Бывшим жильцам предписано освободить помещение. Замки заменены». Ниже — копия договора. В графе продавца стояла подпись Станислава по доверенности от её имени.
Женя вспомнила, как пару месяцев назад он подсунул ей стопку пустых бланков с подписями под предлогом оформления бумаг для налоговой. Она доверяла ему, и он этим воспользовался. Евгения медленно сползла по стене и села на холодный кафельный пол. Слёз не было. Внутри образовалась пустота — такая глубокая, что даже слёзы перестали приходить.
Спустя время она поднялась, вышла из подъезда и побрела по улице. Город жил своей жизнью — ехали машины, смеялись люди в летних кафе, а она шла, не разбирая дороги. По щекам катились крупные беззвучные слёзы.
Внезапно рядом остановился чёрный автомобиль. Тонированное стекло медленно опустилось.
— Женечка, господи, девочка моя, это ты? — раздался из машины голос Валентины Петровны.
Евгения остановилась. На заднем сиденье сидела та самая женщина из аэропорта. Водитель вышел и открыл дверь.
— Садись! — скомандовала Валентина Петровна, и в голосе её послышалась тревога. — На тебе лица нет. Что случилось?
Женя, совершенно обессилев, опустилась на мягкое сиденье. Дверь захлопнулась.
— Валентина Петровна, — прошептала она. — Вы же улетели...
— Мой рейс задержали, потом перенесли на завтра. Я решила вернуться домой, отдохнуть. А ты почему плачешь? Ты ведь должна была быть далеко.
— Я не полетела, — всхлипнула Женя, прижимая к лицу белоснежный платок, который та протянула ей. — Я всё потеряла. Муж предал, украл бизнес, деньги, продал квартиру по поддельной доверенности. Я осталась на улице.
Валентина Петровна слушала внимательно, и её лицо становилось всё решительнее.
— Вот негодяй, — ахнула она, всплеснув руками. — Но слезами горю не поможешь. Знаешь, Женя, я верю в знаки. Мне сегодня сон приснился: иду по тёмному лесу, тяжело, а мне навстречу девушка выходит и говорит: «Давайте помогу». А потом сама в яму падает. Проснулась и подумала: к чему бы это? А потом ты в аэропорту помогла мне, и вот вижу тебя в слезах. Это судьба. Я буду твоей защитой.
— Спасибо, но мне уже не помочь. У мужа всё продумано: офшоры, подставные фирмы...
— Это мы ещё посмотрим, — гордо выпрямилась бабушка. — Завтра я улечу к внукам, буду месяц. А в центре у меня есть пустующая квартира. Поезжай туда. Живи сколько нужно.
— Как? Я не могу! Я чужой человек.
— Молчи и слушай старших, — мягко перебила Валентина Петровна, открывая сумочку и доставая связку ключей и визитку. — Держи. Это от квартиры, адрес на брелоке. А это самое главное.
Женя взяла визитку. На ней было выбито: «Михаил Сергеевич Орлов. Адвокат. Защита прав собственности, экономические преступления».
— Мой сын, — с гордостью сказала Валентина Петровна. — Один из лучших юристов в городе. Он специализируется как раз на таких умниках. Я позвоню ему, а ты завтра съезди в офис. Он порвёт твоего Станислава и всё вернёт. Поняла?
— Я даже не знаю, как вас благодарить...
— Не надо. Добро возвращается. Ты не бросила меня в беде — и я не брошу тебя.
Машина притормозила у исторического здания.
— Приехали, — улыбнулась Валентина Петровна. — Квартира на третьем этаже. Примешь душ, поешь, ляжешь спать. А завтра начнётся новая жизнь.
Евгения вышла, сжимая в руке ключи, и смотрела вслед уезжающей машине. В сердце появилась надежда.
На следующее утро она стояла перед стеклянными дверями бизнес-центра «Цветущий квартал». Вдохнув глубже, она толкнула дверь своего офиса. Ей нужно было забрать чертежи и поговорить с командой.
— Всем доброе утро, — негромко начала она.
Офис, обычно гудящий как улей, встретил её тишиной. Сотрудники опустили головы, делая вид, что заняты.
— Женя, какими судьбами? — раздался знакомый голос.
Она подняла глаза и замерла. В её кресле сидела Маргарита Лазарева.
— Что вы здесь делаете? — стараясь говорить ровно, спросила Евгения. — Это моё рабочее место. Покиньте его. Где мой муж?
— Твой бывший муж занят важными делами нашей новой компании, — сладко улыбнулась Маргарита, постукивая маникюром по столу. — А насчёт твоего места... ты забыла? Вот, освежи память.
Она брезгливо пододвинула к краю стола лист с синей печатью. Женя опустила взгляд.
— «Приказ об увольнении Соболевой Е.С. по собственному желанию», — прочитала она. — Что за бред? Я не писала заявления.
— Но там стоит твоя подпись, — рассмеялась Маргарита. — Ты устала, решила отдохнуть. Мы пошли тебе навстречу. Забирай кружку, цветок и проваливай. Охрана!
Сотрудники молчали.
— Вы знаете, что это неправда! — крикнула Женя. — Маша, Витя, вы знаете меня пять лет! Я бы не бросила студию!
Тишина. И вдруг в дальнем углу скрипнул стул. Поднялся Константин Громов — тихий чертёжник, которого все считали странноватым чудаком. Он почти ни с кем не общался, но именно он решился выступить.
— Этот приказ — фальшивка, — громко сказал Константин, глядя на Маргариту.
— Что ты вякнул, Громов? — прищурилась она.
— Я сказал, что подпись подделана, — он вышел из-за стола и стал рядом с Женей. — Я работаю с её правками каждый день. У неё другой нажим и другой наклон. Это мошенничество.
— Защитничек нашёлся, — лицо Маргариты пошло красными пятнами. — Ты уволен. Пошёл вон вместе с ней.
— С превеликим удовольствием, — спокойно ответил Константин, беря куртку и потёртый портфель. — Пойдёмте, Евгения Сергеевна. Нам здесь нечего делать.
Они молча спустились на лифте и вышли на улицу.
— Константин, зачем вы это сделали? — тихо спросила Женя. — У вас ипотека, работа нужна...
— Найду другую, — он назвал её по имени. — Смотреть, как гадюка вас уничтожает, я не мог. К тому же я не с пустыми руками ушёл.
— О чём вы?
— Я давно подозревал Станислава Андреевича, — Константин похлопал по портфелю. — Я не просто чертёжник — я люблю цифры. Я видел нестыковки в сметах, странные переводы. Последние полгода я вёл параллельный учёт и копировал документы на диск.
— Вы копировали? — остановилась поражённая Женя. — Но почему не говорили?
— Вы так смотрели на мужа, что ни за что бы не поверили, — вздохнул он. — Сказали бы, что я сумасшедший завистник. Но теперь всё иначе. У вас есть где посмотреть файлы?
— Да, у меня временная квартира. Поехали.
Через час они сидели на кухне у Валентины Петровны. Константин открыл ноутбук.
— Вот акты передачи техники на баланс «Флора Инвест», — водил он пальцем. — А это страшнее. Взгляните на договор залога.
— Залога? — Женя наклонилась. — Это же кадастровый номер участка моих родителей!
— Да. Муж оформил доверенность не только на квартиру. Он заложил дом ваших родителей, чтобы получить капитал для компании Маргариты.
Слёзы брызнули из глаз.
— Он забрал даже память о маме и папе, — прошептала она.
Константин неловко, но бережно приобнял её за плечи.
— Мы постараемся всё вернуть, — сказал он. — Я обещаю, вы не одна.
Михаил Сергеевич Орлов оказался высоким, подтянутым мужчиной с цепким взглядом. Он выслушал Женю, изучил распечатки и тяжело вздохнул.
— Моя мама была права. Вы в серьёзном переплёте, — сказал адвокат.
— Есть шансы? — спросила Женя.
— Есть. Сделка по продаже квартиры — фикция. Покупатель — фирма-однодневка, зарегистрированная на Маргариту Лазареву. Суд мы выиграем, сделку аннулируем.
— Слава богу, — Женя сжала руку Константина.
— Но не спешите радоваться, — нахмурился юрист. — Процесс займёт месяцы.
В кабинет вошла секретарь с папкой.
— Михаил Сергеевич, пришёл ответ на запрос по кредитной истории Соболевой.
Орлов взял бумаги, пробежал глазами, и лицо его помрачнело.
— Евгения Сергеевна, вы вчера утром подписывали кредитные договоры?
— Нет! А что там?
— На вас числится огромный нецелевой кредит под залог имущества студии. Оформлен за час до вашего прихода в офис. Станислав выжал из вашей репутации всё.
— Это конец, — прошептала Женя. — Меня посадят...
— Никто не посадит, — возразил Орлов. — Мы подадим встречный иск. Но вам нужны деньги на жизнь: счета заморожены, ближайшие полгода вы будете жить на то, что заработаете сами.
Они вышли от адвоката в тишине.
— Женя, — Константин взял её за руку. — Орлов делает свою работу, а нам — свою.
— Какую? — горько усмехнулась она. — Кто наймёт человека с долгами? У меня даже ноутбука нет.
— У вас есть талант, — уверенно сказал он. — И я. У меня в гараже стоит «Газель», есть инструменты, удобрения. Мы откроем новое дело — «Зелёный маяк». Вы — дизайнер, я — водитель и рабочий. Всё оформим на меня, чтобы приставы не докопались. Согласны?
Евгения посмотрела в его глаза и поняла: в них не было фальши.
— Вы сумасшедший, — сквозь слёзы улыбнулась она. — Я согласна.
ПРОДОЛЖЕНИЕ :