Национальный код: ресторан «Притча» в Москве

Дизайн-бюро Елены Крыловой оформило интерьер ресторана, переосмыслив элементы русского стиля — без вычурности и излишней пестроты. Генеральная идея: национальная кухня и отсылки к традициям, когда пространство и еда работают в унисон, создавая ту самую магию, ради которой гости приходят в заведение — эмоции и вкус настоящей русской еды в современном прочтении.

Фото: Михаил Степанов

Новая точка притяжения в столичной гастрономии — ресторан «Притча», расположенный в центре Москвы, на Смоленской площади, напротив высотки МИД России. Сама локация требовала особого подхода к оформлению пространства.

Руководитель проекта Елена Крылова.

«Заказчики — молодые рестораторы Garanizade Project (Гаранизаде Проджект) стремились создать современный, свежий ресторан русской кухни: яркий, но без перегиба в этнической стилизации, с обилием света и максимально используемыми окнами, — рассказывает Елена Крылова, автор проекта и основатель дизайн-бюро. — При этом интерьер должен был включать элементы люксового дизайна: ресторан является частью отеля, и его посетителями бывают как постояльцы, так и жители Москвы. Концепция — сочетание нового и старого, переосмысленная этника и современные элементы в блюдах и дизайне — одним словом, эклектика с элементами национального стиля».

«Нам хотелось отразить элементы русского стиля, но без вычурности и яркой пестроты — это было и пожеланием заказчиков, и задачей студии, — комментирует замысел Елена. — Мы стремились сохранить фирменный почерк, одновременно переосмыслив народные мотивы — направление, которым в последние годы активно занимаемся. Для меня важно, чтобы в ресторане гармонировала современная русская кухня и интерьер с отсылками к традиции».

Ключевой художественный приём — декоративные панели на стенах, выполненные в технике 3Д-рельефа. Они имитируют пиксельную сетку, в которой угадываются мотивы традиционной русской вышивки и резьбы, но сведенные к абстрактной геометрии. Решение работает как тактильный и визуальный якорь: чем ближе смотришь, тем больше «картинка» распадается на модули. В свою очередь, самый запоминающийся элемент интерьера — ставни на окнах. Они выполняют декоративную функцию и, играя на просвет, создают ощущение нахождения в традиционной русской избе.

Еще один дизайнерский прием — шарики: вместо привычных деревянных перегородок дизайнеры сделали конструкции из шаров, а ножки стульев также стилизовали под шарики — модный ход, который органично вписался в этническую русскую стилистику.

Продолжение интерьера — кухня ресторана. Шеф-повар Ярослав Иншаков (экс SEPTA) следует той же логике «перевода»: знакомые текстуры и вкусы (сало, форшмак, оливье, пельмени с судаком, щучья котлета де-воляй) собираются в неожиданные конструкции. Даже медовый торт подается с мороженым из квасного сусла, балансируя на грани памяти и эксперимента. Вареники из черемуховой муки, пирожки с трюфелем и грибным бульоном в кружке, чебуреки с тигровыми креветками, здесь нет «музея советской кухни», есть аккуратная работа с кодами. Здесь русская гастрономия существует в новой «оптике» без пафоса и ностальгии, но с вниманием к текстуре, материалу и памяти вкуса.

Телячьи щечки и свекольник в новой подаче.

Интерьер «Притчи» строится на контрасте природных текстур и геометрической строгости. В палитре доминируют темное дерево, мягкий беж и приглушенный серо-зеленый — цвета северной природы, лишенные этнографической пестроты.

Зеркала выполнены в форме кокошников, на потолке — кессоны в виде «косичек», отсылающие к народной традиции.

Предметная среда спроектирована специально для проекта: стулья с резными ножками, повторяющими форму округлых бусин («чёток») — нарушение стереотипа о массивной русской мебели. Диваны терракотового оттенка, единственный цветовой всплеск, отсылают к кирпичной кладке и печным изразцам. Каплевидные зеркала в резной раме с мягкой скрытой подсветкой работают как арт-объекты, меняющие масштаб помещения.

В основном зале внимание привлекают ставни на окнах. Они создают ощущение, будто находишься в деревянном доме.

Ключевым моментом стала планировка — важно было разместить в заведении как можно больше посадочных мест. «Ресторан находится рядом с метро, поэтому ожидается большой поток гостей, при этом места должны оставаться удобными, — вспоминает Елена. — В самом конце проекта, когда основная работа уже была выполнена, структуру пространства мы слегка пересмотрели и условно разделили зал на две зоны: первая — у окон, более открытая и светлая, для тех, кто любит смотреть на улицу; вторая — более закрытая, отделённая перегородкой, с креслами и баром, где приглушённый свет создаёт более интимную атмосферу».

Зал ресторана разделен на две части — более приватную зону и светлую приоконную часть.

Отдельная роль отведена большим панорамным окнам, выходящим на Смоленскую площадь. Вместо стандартных штор или жалюзи специалисты дизайн-бюро Елены Крыловой установили резные ставни-экраны. Их орнамент не только защищает от солнца, но и создает движущуюся тень, меняющую восприятие комнаты в течение дня: от прозрачной — утром, до камерной — вечером. «Это прямая отсылка к традиционной русской архитектуре, но очищенная от фольклорной театральности», — поясняет автор проекта.

Потолок ресторана украшают кессоны с орнаментом «косичка» и свисающими светильниками из натуральной кожи необычной формы, отсылающие к народной русской традиции.

Отдельного упоминания заслуживают санузлы: в них установлен центральный умывальник, стены отделаны тёмными панелями, имитирующими дерево, а двери украшены коваными чёрными элементами — отсылкой к дворцовому декору времён Ивана Грозного. Эти детали и приёмы задают концепцию проекта и создают целостный образ.

«С интересной историей связана раковина в санузле, — рассказывает Елена. — Изначально её планировали сделать из камня, но сроки изготовления оказались неприемлемо длинными, а ресторан уже готовился к открытию. Наши партнёры по мебельному производству предложили альтернативу: расписать поверхность и покрыть её прозрачным лаком — они гарантировали, что результат будет визуально неотличим от камня и надёжен в эксплуатации. Мы относились к этому с некоторой долей скепсиса, но заказчик согласился, и в итоге раковина действительно выглядит как произведение искусства — возможно, даже ярче и выразительнее, чем натуральный камень. Эта деталь отсылает к приёмам ампира — к традиции имитации мрамора и лёгким лепным украшениям. Приём оказался впечатляющим, и мы непременно возьмём его на заметку для будущих проектов, когда потребуется быстрое решение без потери качества».

«Мы не стремились воспроизвести «русский стиль» в привычном понимании этого образа, скорее вдохновлялись самой идеей, мотивами, ассоциациями, — подводит итог Елена Крылова. — Так, например, взяли орнаментальную структуру, разложили ее на пиксели и собрали заново (резные ставни — это не декор, а инструмент управления светом и тенью, который возвращает пространству архитектурную сложность), потолок оформили кессонами с орнаментом «косичка» со светильниками из кожи, а стены — зеркалами в виде кокошников… Нам было важно создать приглушенную, неспешную атмосферу: интерьер должен цеплять не яркими цветами, а неожиданными деталями».