Несколько лет назад учёные провели странный эксперимент в южноафриканском национальном парке Крюгера. Они поставили колонки у водопоя и поочерёдно воспроизводили разные звуки: рычание льва, выстрелы, лай собак и в конце обычную человеческую речь. Просто разговор двух людей.
Животные - слоны, носороги, жирафы, зебры - убегали от человеческих голосов вдвое чаще и покидали водопой вдвое быстрее, чем при звуках льва.
Лев. Царь зверей. А люди напугали больше.
Я долго изучал эти данные и пытался понять - как вообще такое возможно? Мы же без когтей, без клыков, без особой скорости. Почему всё живое разбегается при нашем появлении?
История, которую не рассказывают в школе
Чтобы понять страх животных перед людьми, нужно сначала понять, что этого страха когда-то не существовало.
Птица додо жила на острове Маврикий в изоляции от хищников. Когда голландские моряки впервые высадились на берег, птицы сами с интересом шли к ним навстречу, не подозревая об опасности. Не убегали. Не прятались.
Подходили посмотреть на странных двуногих существ. Такая доверчивость сыграла для них фатальную роль. Додо вымерли меньше чем за сто лет после первого контакта с людьми.
Похожая история на Галапагосских островах. Там птицы до сих пор подпускают людей почти вплотную, потому что эволюция просто не успела выработать у них страх перед нами. Хищников на островах не было, страх не формировался.
А вот материковые животные его выработали. И не за одно поколение.
Почему именно мы?
В Африке и на юге Азии представители рода Homo пересекались с местной фауной на протяжении почти двух миллионов лет. И животные постепенно научились бояться человека, вырабатывая недоверчивость и осторожность.
Два миллиона лет охоты - это очень серьёзный аргумент для эволюции. За это время те, кто убегал при виде человека, выживали. Те, кто оставался - нет. Поколение за поколением, и вот перед нами животное, которое нервничает уже от запаха или звука человека.
При этом учёные называют нас "суперхищниками" и не для красного словца. Обычные хищники, вроде волков или львов, убивают жертву, чтобы съесть. Люди убивают животных ради меха, спорта, развлечения или просто разрушают среду их обитания. Мы убиваем их с оружием на расстоянии, которое им непонятно. Мы непредсказуемы. Мы появляемся неожиданно. Мы не ведём себя как обычный хищник и это делает нас особенно пугающими.
Почти все 19 видов млекопитающих, за которыми наблюдали в экспериментах в парке Крюгера, вдвое чаще покидали водопои, когда слышали человеческий разговор, чем рычание льва или звуки охоты. Носороги. Слоны. Гиены. Жирафы. Все. Исключение составили только сами львы - они не реагировали ни на какие звуки.
Страх, который буквально меняет мозг
Вот что меня поразило сильнее всего.
Страх, внушаемый хищниками, оставляет долговременные следы в нейронных сетях мозга диких животных. Он вызывает поведение, один в один похожее на поведение людей с ПТСР.
Постравматический стресс. У диких животных. Из-за людей.
Это уже не просто "убегают от охотника". Это хроническое тревожное состояние, которое меняет, как животное ест, спаривается, двигается по территории. Страх сам по себе имеет огромные последствия для популяций животных: побег от предполагаемой угрозы часто происходит за счёт воды и еды. Животное слышит голос человека и уходит от водопоя. Ищет другое место. Тратит энергию. Ест меньше.
В ходе экспериментов выяснилось, что страх, который внушает человек, может сократить численность диких животных вдвое всего за четыре года.
Не охота. Не вырубка леса. Просто страх.
Охотник или турист - для них нет разницы
Тут есть важный и немного неудобный момент. Исследователи отметили, что наиболее опасным кажется животным сам человек, а не звуки стрельбы или собачий лай. Значит, туристы с фотографами могут напугать зверей так же, как и охотники.
То есть мы приезжаем в заповедник с камерой, полные добрых намерений, а носорог всё равно убегает. Потому что для него нет разницы между туристом и охотником. Двуногий существо с непонятными намерениями = убегай.
Но бывает иначе
Страх перед людьми не абсолютный. Там, где часто бывают охотники, звери постоянно начеку - меньше едят, больше оглядываются. А вот на путешественников или исследователей реакция слабее, а иногда и вовсе никакая.
Городские вороны, лисы, кабаны - они не боятся людей, потому что уже несколько поколений живут рядом и убедились: мы не нападаем. Животные адаптируются. Учатся различать: вот этот человек в парке безопасен, а вот тот с ружьём - нет.
Этот спасительный страх быстро пропадает при прекращении преследований и возвращается при их возобновлении. Белки, зайцы, косули и многие птицы учатся по опыту, своему и сородичей, что в городском парке им не грозят капканы.
Страх перед людьми не инстинкт, вшитый намертво. Это живая память о том, что происходит рядом с нами. Там, где мы перестаём быть угрозой - животные это замечают и запоминают.
Додо не успел. А вот все остальные - ещё успевают.