— Да отключи ты эту сирену, мать твою!
— Я не помню код! Валя, какой код?!
Вой охранной сигнализации бил по барабанным перепонкам так, что вибрировали стекла в кухонном гарнитуре. Игнат зажимал уши ладонями и метался по тесной прихожей, топчась прямо по брошенному у порога коврику.
— Валька, код скажи! — Серёга заполошно тыкал пальцами в мигающую красным панель над дверью.
— Она же сейчас весь дом на уши поднимет!
Валя стояла у входа в спальню, скрестив руки на груди. У неё противно дрожали колени от адреналина и внезапного испуга, но она прислонилась плечом к косяку, стараясь дышать ровно.
— Шесть, ноль, два, восемь, — громко, стараясь перекричать сирену, произнесла она.
Муж вбил цифры. Вой оборвался так резко, что в ушах зазвенело. В наступившей тишине было слышно только тяжелое, сиплое дыхание Игната.
— Ты совсем рехнулась?! — рявкнул свёкор, отнимая руки от ушей.
— Что это за фокусы?! Я чуть заикой не остался!
— Это не фокусы, Игнат Васильевич, — Валя опустила руки и шагнула ближе.
— Это охранная система. Я её на прошлой неделе поставила.
— Зачем?! От кого охранять-то?! У вас тут золотые слитки спрятаны?
— Валь, ну реально, — Серёга вытирал вспотевший лоб рукавом домашней кофты.
— Чего ты не предупредила? Батя вон пришел, а тут эта цветомузыка. У него же давление!
Валя перевела взгляд с мужа на свёкра. На Игнате была куртка нараспашку, в руках он сжимал связку ключей. С тех самых ботинок, в которых он привычно прошел дальше порога, на светлую плитку уже натекла грязная весенняя жижа.
Эта история с ключами тянулась ровно три года. С того самого дня, как они с Серёгой перетащили коробки в эту ипотечную двушку. Ипотека была полностью оформлена на Валю, первоначальный взнос — деньги её родителей от продажи дачи. Серёга вложился только покупкой телевизора и обещаниями делать ремонт своими руками. Но хозяином он чувствовал себя полноправным. А заодно — очень заботливым сыном.
Именно поэтому на второй день после переезда Игнат Васильевич торжественно получил от сына дубликат ключей. На всякий случай. Трубу прорвет, кота покормить, мало ли что.
Только трубы в новостройке не рвались, кота у них не было, а Игнат стал появляться с пугающей регулярностью.
— Я предупреждала, Сереж, — сухо ответила Валя.
— В четверг вечером. Сказала русским языком: в районе участились кражи, я вызвала мастеров. Установили панель.
— Ты не сказала, что она орать будет, если своим ключом открыть!
— А как работает сигнализация, по-твоему? — Валя приподняла бровь.
— Если дверь открывают, а код не вводят — система считает это взломом.
— Каким взломом! — снова заклокотал Игнат.
— Я к сыну родному пришел! В его дом! А ты тут ловушки ставишь, как на медведя!
— Вы пришли без звонка. Снова.
— А я должен записываться на прием?! — свёкор шагнул вперед, угрожающе надвигаясь на невестку.
— Я к себе домой прихожу! Я тут, между прочим, балкон стеклил!
— Вы на балконе один гвоздь вбили криво, а стеклили нанятые рабочие, которым я переводила деньги с кредитки, — парировала Валя, не отступая.
— И это не ваш дом.
— Серега! — Игнат возмущенно повернулся к сыну.
— Ты слышишь, как твоя мегера с отцом разговаривает?! Ты мужик или кто? Скажи ей!
Серёга привычно ссутулился. В любых конфликтах с отцом он мгновенно превращался из тридцатишестилетнего мужика в провинившегося школьника.
— Валь, ну прекращай, — заныл муж.
— Ну батя же. Ему скучно дома одному. Пришел проведать. Что такого-то? Извинись давай, видишь, расстроили человека.
Валя не успела ответить. В подъезде тяжело грохнули шаги, дверь, которую Игнат так и не закрыл, распахнулась шире.
На пороге выросли двое рослых парней в форме частного охранного предприятия, в бронежилетах и с дубинками на поясах.
— Группа быстрого реагирования, — громко объявил старший, оценивающе оглядывая компанию в прихожей.
— Сработала тревожная кнопка. Кто вызывал?
— Никто не вызывал! — выскочил вперед Серёга, замахав руками.
— Ребята, отбой! Ошибка вышла!
— Ошибок не бывает, — охранник шагнул в квартиру, оттесняя Серёгу плечом.
— Сработал датчик на открытие без снятия с охраны. Проверка документов. Кто собственник помещения?
— Я собственник! — выпалил Игнат, выпятив грудь.
— А вы пошли вон отсюда! Развели тут цирк!
Охранник даже не моргнул. Он перевел тяжелый взгляд на пенсионера.
— Паспорт покажите, гражданин собственник. И документы на квартиру.
— Какие тебе документы, щегол?! — взвился свёкор.
— Мой сын тут живет!
Второй охранник неуловимым движением оказался сбоку от Игната и жестко взял его за локоть.
— Гражданин, без резких движений. Руки на виду держим.
— Вы чего удумали, ироды?! — заорал Игнат, пытаясь выдернуть руку.
— Серега, звони в полицию! Меня в моем доме прессуют!
— Ребята, отпустите отца, пожалуйста! — Серёга заметался между охранниками.
— Он правда мой отец! Просто ключом открыл, а код не знал!
— Кто собственник? — с нажимом повторил старший.
Валя сделала глубокий вдох, успокаивая бешено бьющееся сердце.
— Я собственник, — она подошла к тумбе у зеркала и достала из сумки паспорт.
— Вот прописка. Квартира оформлена на меня.
Охранник внимательно изучил документ, сверил фотографию. Хватку на локте Игната второй боец не ослабил.
— Эти граждане вам знакомы?
— Знакомы, — ровно ответила Валя.
— Муж и его отец.
— Претензии к проникновению есть? Будем оформлять задержание?
— Валя, ты с ума сошла?! — взвизгнул Серёга.
— Скажи им, пусть идут!
— Претензий нет, — Валя забрала паспорт.
— Это ложное срабатывание. Мой недосмотр, не предупредила родственника о правилах входа. Штраф за ложный вызов я оплачу.
Охранник кивнул, что-то отметил в планшете. Боец отпустил локоть тяжело дышащего Игната.
— В следующий раз, — старший обернулся к свёкру.
— Не стоит махать руками и кричать про собственность, если в паспорте прописки нет. Хорошего вечера.
Дверь за ними закрылась. В прихожей запахло валидолом и застарелым потом.
Игнат потер покрасневший локоть. Лицо его пошло некрасивыми пятнами.
— Довольна? — прошипел он, глядя на Валю с нескрываемой ненавистью.
— Опозорила отца перед мужиками? Чуть в кутузку не закатала?
— Я вас никуда не катала, — Валя убрала паспорт обратно в сумку.
— Система работает автоматически.
— Ты специально эту хреновину повесила! — заорал свёкор, брызгая слюной.
— Чтобы меня выжить! Чтобы я к сыну не ходил!
— Чтобы вы не ходили сюда как к себе домой в наше отсутствие, — отрезала Валя, глядя ему прямо в глаза.
— Да, Игнат Васильевич. Специально.
Серёга ахнул и отшатнулся от стены, словно его ударили.
— Валь... Ты чего несешь? Ты из-за бати сигналку поставила? За тридцать тысяч?!
— За сорок две, — поправила она.
— Вместе с монтажом. И да, из-за него. Потому что я устала.
— Устала она! — взвизгнул Игнат.
— От чего ты устала, фифа?! От того, что родной человек в гости зашел?!
— В гости приходят по приглашению, — голос Вали стал ледяным, хотя внутри всё дрожало.
— А вы приходите с инспекцией.
— Я проверяю, как мой сын живет!
— Ваш сын живет отлично. А я живу в постоянном напряжении! — Валю наконец-то прорвало, она сделала шаг к свёкру.
— Вы приходите в субботу в восемь утра и идете на кухню греметь кастрюлями! Вы перекладываете мои вещи в ванной, потому что считаете, что шампуни стоят не по фен-шую! Месяц назад вы выкинули из холодильника контейнер с моей едой на работу, решив, что она испортилась!
— Там воняло чесноком! — огрызнулся Игнат, но чуть сдал назад.
— Это был соус! Мой соус! — Валя повернулась к мужу.
— Сереж, я просила тебя забрать у него ключи. Просила по-хорошему. Раз десять. Что ты мне отвечал?
Серёга отвел глаза и принялся ковырять пальцем шов на обоях.
— Ну я же говорил... батя старый, ему внимание нужно.
— Внимание можно оказывать по выходным, в парке. Или у него дома. А не в моей спальне, когда он заходит без стука, потому что «я думал, вы уже встали»!
— Ах вот как запела! — Игнат гордо вскинул голову.
— Моя спальня! Мой соус! Моя квартира! Вышвыриваешь отца на улицу, Серега?!
— Бать, ну погоди, ну Валя просто на эмоциях... — муж попытался взять отца за плечо, но тот брезгливо сбросил его руку.
— Не трогай меня, подкаблучник! — выплюнул Игнат.
— Разрешил бабе командовать! Она тебя ни во что не ставит, а ты и рад стелиться!
— Игнат Васильевич, — Валя устало потерла виски.
— Никто никого не вышвыривает. Я просто установила границы. Хотите в гости — звоните. Договариваемся о времени, я готовлю ужин, мы вас ждем. Всё.
— Границы она установила! — передразнил свёкор.
— Да подавись ты своими границами! Ноги моей здесь не будет, пока эта... эта сигнализация висит!
Он с силой швырнул связку ключей на полку для обуви. Металл звякнул о пластик. Игнат резко развернулся, дернул дверную ручку и выскочил на площадку.
Серёга дернулся было за ним, но остановился в дверях. Потоптался на месте. Потом медленно закрыл дверь и повернул фиксатор.
В квартире стало очень тихо.
— Ну и зачем ты так? — с горечью спросил муж, не глядя на Валю.
— Унизила человека. Отца моего унизила. Он же теперь реально не придет.
— Это его выбор, Сереж, — Валя подошла к полке и забрала ключи.
— Я просила предупреждать о визитах. Это нормальная просьба взрослых людей.
— Ты могла бы просто сказать! Без этих охранников и мигалок!
— Я говорила. Три года говорила. Ты не слушал, он не слушал. Вы оба считали, что я просто ворчу, а право имеете вы. Теперь право имеет охранное предприятие.
Серёга зло пнул чужой коврик у порога.
— Класс. Просто класс. Жить как на зоне. По коду!
— Шаг влево, шаг вправо — расстрел!
— Не утрируй, — Валя сунула ключи в карман домашней кофты.
— Твой код я тебе продиктовала. Набираешь и заходишь. А чужим людям в нашем доме делать нечего. Иди мой плитку, Сережа. Там жижа натекла.
Она развернулась и пошла на кухню — ставить чайник.
Серёга еще пару минут стоял в прихожей, тяжело сопя и бормоча себе под нос что-то про уважение к старшим. Валя знала, что характер мужа не изменится. Он еще месяц будет припоминать ей этот вечер, вздыхать и театрально страдать по изгнанному отцу. Будет жаловаться друзьям на жену-мегеру.
Но также Валя знала, что за тряпкой он сейчас все-таки пойдет.
Через пару недель, как раз к майским праздникам, Серёга действительно немного успокоился. Даже сам позвонил отцу, чтобы поздравить с наступающим, и получил в ответ сухое «спасибо, жив пока».
В гости Игнат Васильевич больше не рвался. А Валя, на всякий случай, просто удалила его профиль из приложения охраны. Так было надежнее.
