Казалось бы, судьба не сулила Екатерине ничего хорошего. Детский дом, отсутствие каких-либо сведений о родителях и полная самостоятельность с ранних лет. Однако к двадцати пяти годам она умудрилась достичь практически всего, о чём когда-либо мечтала, и это при том, что изначальные шансы на успех были ничтожно малы. Многие её сверстники из приюта, оказавшись предоставленными сами себе, сворачивали на скользкую дорожку, но Екатерина упорно шла вперёд. Она с детства усвоила главный урок: надеяться не на кого, кроме себя, а единственный верный путь к достойной жизни лежит через упорный труд и знания. И она действительно построила всё с чистого листа. Без чьей-либо поддержки ей удалось создать пусть и небольшой, но крепкий бизнес. Её кофейни, хоть и не были гигантами индустрии, быстро завоевали любовь горожан и стали популярным местом для встреч.
Никаких фантастических планов Екатерина никогда не строила, но в глубине души лелеяла надежду однажды стать известным в городе ресторатором. Не сразу, конечно, а постепенно, шаг за шагом приближаясь к этой цели. Бывшие учителя и воспитатели лишь удивлённо качали головами и шутили: «Наверное, у нашей Кати родители были не иначе как министрами, вот она и унаследовала их хватку». Но девочка, которая ни разу не видела своих родных, даже не задумывалась о подобных вещах. Она была твёрдо убеждена, что её характер закалили трудные обстоятельства и огромное желание вырваться из бедности к лучшей жизни.
Однако все эти достижения меркли перед её главной мечтой — мечтой о семье. О большой, сплочённой и дружной семье, которой у неё никогда не было. Именно это стремление к домашнему теплу и подтолкнуло её к довольно раннему замужеству. Пять лет назад она встретила Дмитрия и долго не раздумывала, когда он сделал ей предложение. Дело было не только в красивых ухаживаниях, огромных букетах и походах в рестораны и театры. Его слова о том, что он тоже одинок и мечтает о семье и детях, нашли в её душе самый живой отклик. Она сразу почувствовала в нём родственную душу.
У Дмитрия, правда, была мама, которую Екатерина знала как Ирину Викторовну, но она жила далеко, в другом городе. Сам он давно уехал оттуда, чтобы получить образование и построить карьеру в престижной компании, где теперь работал финансовым аналитиком и пользовался большим уважением руководства.
— Если честно, Кать, — признавался он, — я бы с радостью променял своё образование и должность на возможность стать настоящим мужем и отцом. Надоело до чёртиков жить одному в съёмной квартире.
Екатерина прекрасно его понимала, ведь она знала это чувство одиночества не понаслышке. Поэтому, когда Дмитрий попросил её руки, она согласилась практически не раздумывая. Они сыграли свадьбу и стали жить в её квартире.
Детей, однако, у них пока не было. Екатерина была готова родить сразу после свадьбы, но Дмитрий настоял на том, что нужно немного подождать, встать на ноги и создать для будущих детей надёжный тыл. Это казалось разумным, и она не спорила — она сама знала, как тяжело начинать жизнь с нуля. Время шло, они много работали. Её бизнес начал приносить ощутимый доход, и им даже удалось купить просторную трёхкомнатную квартир. Но даже когда финансовое положение значительно улучшилось, Дмитрий всё равно находил причины отложить рождение детей, говорил, что спешить некуда. Со временем любые разговоры на эту тему стали заканчиваться ссорами, его раздражением и её слезами. В конце концов Екатерина предпочла замолчать, решив про себя, что в один прекрасный день просто поставит мужа перед фактом своей беременности.
Однако неожиданно планы нарушились. Поведение Дмитрия резко изменилось: он стал мрачным, озабоченным и почти не разговаривал с ней по вечерам. На все её вопросы он лишь отмалчивался, пока однажды не выложил правду.
— Понимаешь, Кать, на нашей фирме какие-то серьёзные неприятности, — с тревогой в голосе признался он. — Я очень боюсь, что скоро ты станешь женой безработного.
— Неужели всё настолько плохо? — удивилась она.
— Ещё как, — вздохнул он. — Похоже, начальство само не справится с этим кризисом.
Екатерина, подумав мгновение, решительно предложила:
— А зачем ждать? Давай ты уволишься и перейдёшь ко мне. Мне как раз нужен надёжный управляющий, а кому мне доверять, как не собственному мужу?
Дмитрий согласился и уже через неделю подал заявление об уходе, перейдя к ней в качестве управляющего. Так они стали не просто супругами, но и деловыми партнёрами, и Екатерина была искренне рада этому повороту — она полностью ему доверяла.
Прошло полгода, и Дмитрий как-то вечером сообщил тревожную новость: его мама серьёзно заболела. Екатерина видела свою свекровь всего один раз — на свадьбе. Та произвела впечатление приятной женщины, но из-за суеты и большого количества гостей близко познакомиться им тогда не удалось. Ирина Викторовна приехала, поздравила молодых и вскоре уехала. Однако Екатерина помнила, что для крепкого брака важно поддерживать отношения не только с мужем, но и с его семьёй. Искренне пожалев одинокую женщину, она тут же предложила:
— Надо съездить проведать её в ближайшие выходные. Что у неё случилось?
— Да что-то с ногами и спиной, ходит с трудом, — озабоченно ответил Дмитрий. — Вот думаю, то ли сиделку нанимать, но это очень дорого, всю зарплату уйдёт, то ли что-то другое придумать.
Екатерина покачала головой:
— Нет, доверять заботу о родной матери постороннему человеку — это не дело. Давай лучше перевезём её к нам. Места у нас много, и для неё будет спокойнее, и нам легче, ведь мы будем знать, что она под присмотром.
Дмитрий поддержал её идею, и в ближайшие выходные они отправились к его матери. Ирина Викторовна, к удивлению Екатерины, долго не раздумывала и с готовностью согласилась переехать. Казалось, она даже обрадовалась такому предложению.
В квартире Екатерины для свекрови выделили уютную отдельную комнату, окружили её заботой и вниманием. Свекровь, в свою очередь, отвечала искренней благодарностью. Из дома она почти не выходила, оправдывая это больными ногами, хотя по квартире передвигалась вполне свободно и старалась помогать по хозяйству. Она даже завела новую привычку — каждое утро готовить для невестки специальный чай.
— Это не просто чай, Катенька, а лечебный, — с мягкой улыбкой объясняла Ирина Викторовна. — Попробуй, он тебе обязательно понравится. Он бодрит и укрепляет организм. Сама пью каждое утро и чувствую себя гораздо лучше.
Екатерина благодарила свекровь, хотя чувствовала себя совершенно здоровой.
— Я и не болею, спасибо, — отвечала она. — Но профилактика, конечно, лишней не будет.
— Вот именно, — кивала свекровь. — О здоровье нужно заботиться смолоду.
Однако в последнее время Екатерина стала ощущать странную слабость, которая накатывала совершенно неожиданно. Она стала быстрее уставать, на работе уже к обеду чувствовала себя вымотанной, а днём её одолевала непривычная сонливость. Она даже закралась мысль, не беременна ли она, но тест показал отрицательный результат. «Видимо, просто перерабатываю», — подумала она, списывая всё на хроническую усталость. Но вскоре она заметила ещё одну странность. Каждое утро под входную дверь кто-то подкладывал конверты из плотной серой бумаги без обратного адреса. На них был написан только адрес и имя мужа, без какой-либо другой информации. Самое удивительное, что свекровь, несмотря на свои «больные» ноги, каждый раз оказывалась у двери первой, быстро забирала конверты и тут же уносила их. Похоже, она показывала их Дмитрию, потому что после этих утренних «находок» муж становился ещё более мрачным и подавленным, чем обычно. Екатерина пыталась выведать у него, что происходит и что написано в тех письмах, но Дмитрий упорно молчал. «Видимо, придётся последить за ними, — с растущим беспокойством подумала она. — Тайны внутри семьи мне совсем не нравятся».
Но когда она начала присматриваться, ей открылось совершенно другое, гораздо более шокирующее откровение. Она случайно услышала разговор между мужем и его «матерью». Вместо того чтобы раскрыть тайну конвертов, она поняла, что её муж и свекровь ведут двойную игру. Голос Дмитрия был полон злости и раздражения.
— Света, когда это уже кончится? — возмущённо говорил он той, кого Екатерина знала как Ирину Викторовну. — Пять лет я терплю, и всё без толку! Ни на шаг не продвинулся к цели.
— Дима, прекрати истерику, — холодно ответила Светлана. — Ты не терпел, ты жил в своё удовольствие с красивой молодой женщиной. И если ты ничего не смог с неё получить, то я здесь при чём?
Екатерина была поражена — даже имя свекрови было ненастоящим. Судя по всему, эта женщина не была ему матерью. Дмитрий продолжал возмущаться:
— Ну, поначалу ещё было терпимо, поэтому я не торопился, но всему же есть предел! Она отказывается подписывать документы на передачу мне полного контроля над бизнесом. Без этого я ничего не могу сделать по-настоящему. Твой «чаёк» не работает — голова у неё ясная, как у здорового человека.
— Прекрасно работает, — парировала Светлана. — Просто нужно немного увеличить дозу. Мы ведь не хотим ей ничего по-настоящему плохого, правда? А ты мог бы надавить на неё, пригрозить чем-то. Мне самой надоело играть роль больной матери, и я уже не знаю, что за это получу.
— Ну, ты хотя бы не получаешь каждое утро угрозы в письмах, — огрызнулся Дмитрий. — А у меня уже нервы на пределе.
— Так убеги, если боишься, — презрительно бросила Светлана. — А с твоей женой я справлюсь сама. Думаешь, вы оба меня не достали?
Екатерина оцепенела от услышанного. Теперь она поняла: эта женщина не была его матерью. И, хуже того, они планировали разобраться с ней, возможно, даже с помощью отравы, которую подсыпали в её утренний чай. Но что она могла сделать? Пойти в полицию с голословными обвинениями? У неё не было никаких доказательств. Они обсуждали её отравление, но это были лишь слова, которые никто не слышал. «Придётся перехватить того, кто приносит эти угрозы», — решила она.
В пятницу утром Екатерина проснулась, как обычно. Она поблагодарила Ирину Викторовну за чай, но, оставшись одна, вылила его в раковину.
— Я сегодня выйду на работу пораньше, нужно разобраться с некоторыми делами, — сказала она и вышла из квартиры.
Однако вместо того чтобы идти в кофейню, она поднялась этажом выше и затаилась в ожидании таинственного курьера.
Долго ждать не пришлось. Вскоре у их двери появилась молодая девушка, лицо которой показалось Екатерине смутно знакомым. Она ловко положила конверт под дверь и быстро направилась к выходу. Екатерина бесшумно выскользнула из своего укрытия и бросилась за ней. На улице она схватила девушку за руку и, развернув к себе лицом, требовательно спросила:
— Зачем вы подбрасываете эти письма?
Девушка сначала растерялась, но затем, внимательно посмотрев на Екатерину, застыла в изумлении. Екатерина тоже не сразу поняла, что так её поразило, а когда осознала, у неё перехватило дыхание. Она смотрела на это лицо, как в зеркало. Перед ней стояла её точная копия.
— Вы кто? — одновременно вырвалось у обеих, и они на мгновение замолчали, всё ещё не в силах прийти в себя от шока.
— Так дело не пойдёт, — первой опомнилась Екатерина, оглядываясь по сторонам. — Давайте отойдём куда-нибудь в сторону, чтобы нас не увидели из окон. Мне нужно понять, кто вы и почему мы так похожи друг на друга.
— Я сама не понимаю, — растерянно пробормотала девушка, всё ещё не сводя с неё широко раскрытых глаз. — Получается, вы моя сестра? Мне когда-то говорили, что у меня есть сестра, но я не верила, думала, это просто сказки.
— Кто же вам это говорил? — настороженно спросила Екатерина.
— Наши родители, — просто ответила девушка.
— Но я же сирота, я выросла в детском доме, — с недоумением возразила Екатерина.
— Я тоже жила в детском доме до шести лет, — пояснила девушка. — А потом меня удочерили. Приёмные родители никогда не рассказывали мне о кровных родственниках, и я даже не искала никого. Но недавно меня разыскала одна женщина. Она сказала, что моя сестра живёт в этом городе и что она очень злая и жадная. — Девушка помедлила, как бы собираясь с мыслями. — Представляешь, эта женщина — твоя свекровь. По её словам, наши настоящие родители были очень богатыми людьми, а ты завладела всем наследством, которое по праву принадлежит нам обеим. Поэтому она и наняла меня подбрасывать тебе письма — чтобы запугать твоего мужа, дескать, он мошенник похуже тебя.
— А как тебя зовут? — спросила Екатерина, всё ещё не веря своим глазам.
— Мария, — представилась та.
Екатерина от такой новости схватилась за голову.
— Какое ещё наследство? — воскликнула она в полном смятении. — Я вообще понятия не имею, кто мои родители, и никогда не слышала о наследстве! И потом, зачем ей пугать Дмитрия, если они действуют сообща? Я уже поняла, что они оба мошенники, но это вообще не укладывается в голове. Или же эта женщина играет в свои собственные игры и пытается обмануть не только меня, но и своего якобы сына.
Девушки, почувствовав внезапное и полное доверие друг к другу, присели на скамейку в ближайшем сквере, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и придумать, как выпутаться из этой опасной истории.
— Знаешь, Катя, — задумчиво произнесла Маша, — раз мы с тобой такие похожие, почему бы нам не использовать это в своих интересах?
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Екатерина.
— Давай поменяемся местами, — оживилась Мария, и в глазах её заплясали озорные искорки. — Ты пока поживёшь у меня, присмотришься, а я вместо тебя вернусь в вашу квартиру и попробую выяснить, что на самом деле задумали эти двое. Заодно, может быть, мне удастся разузнать что-то о наших настоящих родителях и о том, почему нас разлучили в детстве.
Девушкам идея показалась блестящей. Они быстро обменялись одеждой, подробно проинструктировали друг друга о привычках и особенностях поведения, и Мария отправилась в квартиру Екатерины изображать сестру, а сама Екатерина, переодевшись в вещи Маши, поехала в тот самый детский дом, где прошло её детство.
В приюте многое изменилось, но заведующая, Надежда Петровна, оказалась прежней — той самой воспитательницей, которая когда-то заменила девочке мать. Узнав свою бывшую воспитанницу, она очень удивилась.
— Катенька, ты ли это? — всплеснула она руками. — Сколько лет, сколько зим! А зачем ты к нам пожаловала?
— Надежда Петровна, у меня к вам очень важное дело, — решительно сказала Екатерина. — Мне нужно найти сведения о моих родителях. Понимаете, я нашла сестру, мы очень похожи, и я хочу понять, что же случилось с нашей семьёй.
— Странно, что ты об этом вспомнила спустя столько лет, — покачала головой заведующая. — Твои родители, кажется, погибли. Да и документов тех лет вряд ли можно отыскать, мы уже несколько раз переезжали, архивы частично утеряны.
— Пожалуйста, Надежда Петровна, — умоляюще произнесла Екатерина. — Это очень важно для меня. У меня нашлась сестра-близнец, я просто обязана знать правду о нашей семье.
Надежда Петровна, тронутая этой просьбой, сжалилась над девушкой. Она отправилась в старый архивный шкаф и долго копалась в пыльных папках, пока наконец не вынесла тонкую, пожелтевшую от времени папку.
— Вот всё, что мне удалось найти, — вздохнула она, кладя её перед Екатериной. — Дальше уже сама разбирайся. Либо ищи правду, либо живи спокойно и ни о чём не жалей.
Екатерина с радостью ухватилась бы за второй вариант, но теперь, когда она знала, что у неё есть сестра, а её собственная жизнь оказалась опутана паутиной лжи, она не могла остановиться. В папке она нашла имена родителей и узнала, что они погибли в автокатастрофе. Больше никаких подробностей в документах не было.
Тогда она начала собственное расследование и вскоре была шокирована известием: её отец, Владимир Сергеевич, был жив. Они с супругой действительно попали в аварию, мама погибла на месте, а вот отцу удалось выжить. Найти его по имени и фамилии оказалось на удивление легко: он был известным в регионе промышленным магнатом. Екатерина немедленно захотела встретиться с ним, чтобы спросить, почему же он сам не воспитывал своих дочерей. Но оказалось, что встреча эта практически невозможна. Последние два года Владимир Сергеевич находился в закрытой частной клинике, где лечился от тяжёлого неврологического расстройства, и посетителей туда не пускали. Связаться с пациентами было строжайше запрещено.
— Странно, что за клиника такая, — поразилась Екатерина. — Какая-то тюрьма, а не лечебница.
Обходными путями, через общих знакомых, ей удалось связаться с одним из старых друзей отца. Тот, понизив голос до шёпота, рассказал ей правду:
— Это даже хуже, чем тюрьма, Катя. Клиника принадлежит одной крупной фирме, которая специально держит там состоятельных людей, накачивая их сильнодействующими препаратами, чтобы иметь доступ к их капиталам и управлять ими. Компания очень богатая и влиятельная, так что бороться с ней практически невозможно.
Когда он назвал название этой фирмы, Екатерина ахнула. Именно там, в этой самой компании, работал её муж Дмитрий.
— Как же всё запутано, — с горечью подумала она. — Но я должна спасти отца, чего бы мне это ни стоило, и какой бы ни была причина его отказа от нас с сестрой.
В глубине души она подозревала, что дело вовсе не в том, что отец не хотел их воспитывать. Скорее всего, он сам был обманут и введён в заблуждение после той страшной аварии.
В юности, выбирая между бизнесом и медициной, Екатерина даже окончила медицинское училище, хотя в итоге пошла по другому пути. Решив действовать, она устроилась в эту самую клинику санитаркой, благо имела необходимые навыки. В первый же день в отделении её остановил молодой врач, который, внимательно вглядевшись в неё, изумлённо воскликнул:
— Екатерина?
— Андрей? — она тоже узнала его. Это был её бывший одноклассник, герой её первого ещё детского романа. Приютские дети учились в обычной школе вместе со всеми, и именно там она с ним и познакомилась. У них даже были свои отношения, они были влюблены друг в друга, но потом поссорились, расстались и больше не виделись после окончания школы.
Теперь они разговорились, и Екатерина, решив положиться на старого друга, рассказала ему, зачем на самом деле устроилась в эту клинику.
— Ну надо же, — удивился Андрей, выслушав её историю. — А я здесь тоже не просто так. Я давно подозреваю, что руководство ведёт какую-то опасную игру, поэтому на свой страх и риск подменяю опасные препараты на обычные витамины. И вот, кстати, Владимир Сергеевич уже с неделю находится в ясном уме. Он только притворяется больным, чтобы не вызывать лишних подозрений.
— А можно мне с ним поговорить? — с надеждой спросила Екатерина.
— Да, конечно, — согласился Андрей и проводил её в палату к отцу.
Однако, встретившись с ним, девушка на мгновение усомнилась в его здоровье. Взглянув на неё, мужчина побледнел и еле слышно прошептал:
— Наташенька? Ты жива?
Он принял дочь за покойную жену, на которую Екатерина была очень похожа.
— Нет, я не мама, — мягко сказала она. — Я ваша дочь, Екатерина. Вы совсем не помните меня?
Владимир Сергеевич закрыл лицо руками, и по его щекам потекли слёзы.
— Жива... Я надеялся, — выдохнул он. — Я всегда верил, что мои девочки не могли погибнуть. А Машенька, где она?
— Я думаю, вы скоро увидитесь, — пообещала Екатерина. — Но скажите мне, как так получилось, что мы обе попали в детские дома, да ещё и в разные? Мы сами совсем недавно нашли друг друга.
— Это всё Светлана, — с горечью сказал Владимир Сергеевич. — Моя бывшая секретарша, та самая, что теперь притворяется твоей свекровью. Сначала она надеялась, что я уйду от жены и женюсь на ней. Но когда она узнала, что Наташа ждёт ребёнка, она поняла, что её планам не суждено сбыться. Тогда она решила развести меня на деньги. Я поймал её на махинациях и выгнал с позором. А когда мы с женой попали в ту страшную аварию и я лежал в больнице, она воспользовалась моментом. Светлана похитила вас с сестрой и отдала в разные приюты, а мне соврала, что вы обе погибли.
Девушка была потрясена до глубины души. Всё оказалось запутано даже сильнее, чем она могла предположить.
— Теперь я понимаю, что эта женщина оказалась здесь не случайно, — сказала она отцу. — Она знает эту историю и, видимо, не теряет надежды добраться до ваших денег.
— Возможно, — задумчиво ответил Владимир Сергеевич. — Но у неё ничего не выйдет. Всё надёжно спрятано в трастовом фонде, до него так просто не добраться. Эх, мне бы вторую дочь увидеть, Машеньку...
— Обязательно увидишь, — твёрдо пообещала Екатерина. — Думаю, у неё всё хорошо.
Тем временем в квартире обстановка накалялась. Светлана, пристально наблюдая за девушкой, которая изображала её невестку, начала подозревать, что это не та Екатерина. Уж слишком бодрой и уверенной была Мария. И главное — она наотрез отказывалась пить чай.
— Ну что, Димочка, — обратилась Светлана к Дмитрию, — кажется, нашу игру пора заканчивать. Похоже, она что-то пронюхала. Давай брать то, что есть, и бежать, как мы это делали раньше.
— Ты о чём? — возмутился Дмитрий. — Бросить всё на полпути? Мы же почти ничего не получим!
— А я говорю — можем получить тюремный срок, — перебила его Светлана. — Неужели не понимаешь?
Да, она была более опытной мошенницей и знала, что говорит. Но Дмитрий был слишком самоуверен и решил довести дело до конца. А для этого ему нужно было избавиться от своей сообщницы, ведь она могла его выдать.
Пользуясь своими старыми связями в клинике, Дмитрий подделал документы и вызвал санитаров, чтобы они забрали Светлану, якобы сошедшую с ума. Мария понимала, что Дмитрий избавился от Светланы, чтобы облегчить себе жизнь, но она не питала иллюзий — теперь ей нужно было быть вдвойне осторожной.
Когда Дмитрий сказал, что им нужно срочно съездить на дачу, где у него якобы спрятаны наличные деньги, Мария, почувствовав неладное, незаметно отослала сестре короткое сообщение с координатами этого места. Екатерина сразу же вызвала полицию. Через час наряд прибыл на дачу. Дмитрия арестовали, как и его подельницу. Они оба пытались переложить ответственность друг на друга, однако всем было понятно, что они действовали сообща.
Екатерина же, вернувшись к своей привычной жизни, поняла, что их детская ссора с Андреем была глупой ошибкой молодости. Они на самом деле искренне любят друг друга. После всего пережитого их старая дружба переросла в нечто большее. Спустя полгода молодой врач сделал ей предложение, и она с радостью согласилась. На их свадьбе был и папа Екатерины, и, конечно, сестра, которая познакомилась там с другом Андрея. Ну а спустя год, когда Екатерина уже собиралась в роддом, Мария вовсю готовилась к собственной свадьбе.