Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
АиФ Крым

Тайны «рыбного садка». Как один очерк навсегда закрыл Куприну дорогу в Крым

Александр Куприн, чьи произведения знают и любят от Калининграда до Владивостока, повидал в своих путешествиях по России множество мест. Но одно из них стало для писателя настоящим откровением и вдохновило на создание шедевров. Это не столичные салоны и не шумные курорты, а пахнущий йодом и рыбой приморский городок. Разбираемся, почему Балаклава покорила сердце классика, какие морские тайны он раскрыл в повести «Листригоны» и как один дерзкий очерк навсегда закрыл для него въезд в этот «рыбный садок». В начале ноября, когда дни становятся холодными, разъезжалась из Балаклавы последняя публика, приехавшая «на винограды». Тогда в моду только вошло виноградолечение, и солнечную ягоду советовали употреблять свежайшую, только сорванную. Перед Куприным, успевшим стать в маленьком заштатном городе своим человеком, открывалась настоящая Балаклава. Крепко просоленная, с неистребимым запахом рыбы, вытащенными на берег перевернутыми лодками-кормилицами, которые хозяева осматривали, чинили, смолил
Оглавление
   Тайны «рыбного садка».
Тайны «рыбного садка».

Александр Куприн, чьи произведения знают и любят от Калининграда до Владивостока, повидал в своих путешествиях по России множество мест. Но одно из них стало для писателя настоящим откровением и вдохновило на создание шедевров. Это не столичные салоны и не шумные курорты, а пахнущий йодом и рыбой приморский городок. Разбираемся, почему Балаклава покорила сердце классика, какие морские тайны он раскрыл в повести «Листригоны» и как один дерзкий очерк навсегда закрыл для него въезд в этот «рыбный садок».

Просоленный город: вдохновение для повести «Листригоны»

В начале ноября, когда дни становятся холодными, разъезжалась из Балаклавы последняя публика, приехавшая «на винограды». Тогда в моду только вошло виноградолечение, и солнечную ягоду советовали употреблять свежайшую, только сорванную.

Перед Куприным, успевшим стать в маленьком заштатном городе своим человеком, открывалась настоящая Балаклава. Крепко просоленная, с неистребимым запахом рыбы, вытащенными на берег перевернутыми лодками-кормилицами, которые хозяева осматривали, чинили, смолили.

«В Балаклаве становится просторно, свежо, уютно и по-домашнему деловито, точно в комнатах после отъезда нашумевших, накуривших, насоривших непрошеных гостей. Выползает на улицу исконное, древнегреческое население, до сих пор прятавшееся по каким-то щелям и задним каморкам», — так начинается повествование о жителях городка, чье название с тюркского переводится как «рыбный садок».

Писателя в Балаклаве узнали, признали, полюбили. Он был высокий, шумный, с богатырской фигурой, запросто общавшийся с местными греками-рыбаками, «родословную» которых возвел к легендарным античным разбойникам-листригонам.

Деловитая и оживленная днем Балаклава покорила писателя и особенными своими ночами: «Выходишь на балкон — и весь поглощаешься мраком и молчанием. Черное небо, черная вода в заливе, черные горы. Вода так густа, так тяжела и так спокойна, что звезды отражаются в ней, не рябясь и не мигая. Тишина не нарушается ни одним звуком человеческого жилья. Изредка, раз в минуту, едва расслышишь, как хлюпнет маленькая волна о камень набережной».

«Листригоны», написанные очень живым, простым и каким-то прозрачным, как морская вода, языком, для любого могут стать первой любовью к творчеству Куприна. Мостиком, который переброшен от спокойного, но увлекательного повествования о рыбацкой жизни — до более сложных по сюжету и замыслу произведений.

Балаклава у Куприна собрала все: захватывающие описания, рыбацкие секреты и «авралы» при ловле макрели и ставриды, «портреты» разных рыб, морские трагедии, расследование тайны затонувшего британского судна «Черный принц».

Жизненный путь Александра Куприна: от военной службы до эмиграции

Куприн Александр Иванович родился в 1870 году в уездном городе Наровчат (сейчас Пензенская область) в семье чиновника. Рос в Москве, закончил Московскую Разумовскую школу, затем — Вторую Московскую военную гимназию. В 1887 году был зачислен в Александровское военное училище. В 1894 году поручик Куприн уволился из армии, решив посвятить себя литературе.

Много ездил по России, был репортером, управляющим при строительстве дома, пробовал себя в других профессиях.

После начала Первой мировой войны открыл в своем доме военный госпиталь и агитировал в газетах граждан брать военные займы. Служил в ополчении в Финляндии командиром пехотной роты.

Во время Гражданской войны поступил в чине поручика в Северо-Западную армию, работал редактором армейской газеты, в 1920 году эмигрировал во Францию. В 1937 по приглашению правительства СССР Куприн вернулся на родину, сотрудничал с газетами, планировал сценарий экранизации своих рассказов.

Умер в августе 1938 года от онкозаболевания.

Несбывшаяся мечта: как очерк о восстании изменил жизнь Куприна

Балаклава могла бы стать домом для писателя, или хотя бы местом, где он жил бы подолгу. О своем доме в «рыбном садке» Александр Иванович мечтал, и даже купил участок на склоне балки Кефало-Вриси (с греческого переводится как «голова источника»). И первым делом начал разбивать сад. Благо в скупой на пресную воду Балаклаве все-таки были родники.

Куприн сам рисовал проект дома и сада, разбивал дорожки, покупал и заказывал саженцы, следил за возводящими подпорные стены рабочими. Он ходил по будущему саду, осматривая молоденькие абрикосы, вишни, грецкие орехи, виноградные лозы. Но не сложилось. Дом так и не был построен, а участок писатель после развода передал первой жене.

Большая трагедия, о которой честно рассказал Александр Куприн, стала причиной запрета для него на въезд в Балаклаву. Вряд ли он думал, что так его накажут за очерк о пожаре на мятежном крейсере «Очаков» в 1905 году. Но, наверное, если бы знал, все равно не смог бы молчать.

Взбунтовавшиеся из-за тяжелых условий службы моряки «Очакова» стали участниками восстания, которое возглавил лейтенант Шмидт. 15 ноября 1905 года, во время артобстрела корабля, возник пожар, спасать команду не стали. Очерк Куприна о гибнущем «Очакове» не мог не затронуть всех, кто его читал:

«Мы услыхали, что оттуда, среди мрака и тишины ночи, несется протяжный высокий крик: — Бра-а-тцы!.. И еще, и еще раз. Вспыхивали снопы пламени, и мы опять видели четкие черные фигуры людей... Тут в толпе многое узналось. Что в начале пожара предлагали "Очакову" шлюпки, а что матросы отказались. О том, что по катеру с ранеными, отвалившему от "Очакова", стреляли картечью. Что бросавшихся вплавь расстреливали пулеметами. Что людей, карабкавшихся на берег, солдаты приканчивали штыками».

В следующем году писатель, как всегда, приехал в Балаклаву с женой. И только семейство расположилось в номере, пообедало, как на пороге появился полицейский. Хозяин гостиницы успел сообщить о прибытии «нежелательного лица». А в отношении Куприна, оказывается, уже было предписание: не пускать.

Пришлось уехать. Эту историю писатель запечатлел в грустном и забавном стихотворении:

В Балаклаву, словно в щелку,

В середине сентября

Я приехал зря.

Не успел кусок кефали

С помидором проглотить,

Как меня уж увидали

И мгновенно — фить!

Что еще связывает Куприна и Крым: от бродячих артистов до малой планеты

  • Александр Куприн работал в Крыму над повестью «Поединок», очерком «Памяти Чехова». Здесь он написал произведения «Штабс-капитан Рыбников», «Сны», «Тост», «В цирке», «Трус» и «На покое». И почерпнул сюжеты для таких сочинений как «В Крыму», «Легкие нравы», «Рассказ о рыбке «раскасс», «Гусеница».
  • Сюжет рассказа «Белый пудель» был взят Куприным из жизни. В 1903 году, когда он жил с семьей в Мисхоре, к дому подходили бродячие артисты — старик, мальчик и собака. Куприны звали их обедать, но те стеснялись садиться за стол с «барами», и ели в саду. На собаку действительно позарилась соседка-дачница, но в жизни маленькая труппа поспешила покинуть Мисхор в полном составе.
  • В Балаклаве есть улица Куприна, установлена мемориальная доска в честь писателя, а также названа библиотека. В 2009 году на набережной был установлен памятник Куприну. Фигура во весь рост обращена лицом к морю.
  • В 1979 году астроном Крымской астрофизической обсерватории Николай Черных открыл малую планету в Главном поясе астероидов — между Марсом и Юпитером. В 1992 г. Международным астрономическим союзом было утверждено ее название: Куприн.