- Вы вообще в курсе, что игнорировать клиентов - это непрофессионально?
Анна отняла телефон от уха и посмотрела на экран. Ровно семь утра. Номер не определился. Она только что открыла глаза от резкого звонка, и в голове еще стоял вязкий утренний туман.
- Алло? Вы кто? - голос спросонья прозвучал хрипло.
- Я Маргарита Вадимовна. Вы шьете мне постельное белье. Сатин, цвет пыльной розы. Я жду ответа с двух часов ночи, между прочим! Вы почему трубку не берете?
Анна медленно села на кровати, спустив ноги на пол. Рядом недовольно заворочался муж, натянув одеяло на голову.
- Маргарита Вадимовна, - Анна постаралась говорить ровно, хотя сердце от неожиданного пробуждения забилось тяжело и часто. - Сейчас семь утра. Я спала. Мой рабочий день начинается в десять.
- Какой еще рабочий день? - в трубке фыркнули, словно Анна сморозила несусветную глупость. - Вы на себя работаете, дома сидите. Я вам деньги плачу. Я ночью поняла, что пыльная роза мне не подойдет к обоям. Нужно менять на изумрудный. Я вам везде написала. Вы хоть понимаете, что мы время теряем?
- Я заказала и оплатила ткань вчера вечером, как только вы перевели аванс. Рулон уже едет со склада.
- Ну так отмените! - раздраженно бросила клиентка. - Или перезакажите. Это ваши проблемы. Я клиент, я передумала. Жду ответа по срокам. И впредь будьте на связи, если хотите, чтобы вам платили.
Звонок резко оборвался.
Анна положила телефон на тумбочку. В комнате было тихо, только тикали настенные часы. Она встала, накинула халат и пошла на кухню.
Включила чайник. Пока вода закипала, она открыла мессенджер. От Маргариты висело восемь сообщений. Первое пришло в 2:15. «Я подумала, роза будет бледнить спальню». В 2:40: «Давайте изумруд». В 3:15: «Ау, вы где?». В 4:30: «Я не поняла, вы спите что ли? У нас заказ горит». И последнее, в 6:50: «Ответьте немедленно, или я требую возврат».
Чайник щелкнул и выключился. Анна насыпала растворимый кофе в кружку, залила кипятком. Посмотрела на темную жидкость. Внутри ворочалось тяжелое, липкое чувство вины, смешанное с глухим раздражением. Она работает на себя уже два года, с тех пор как в ее отделе на заводе прошло сокращение. В сорок восемь лет найти нормальную работу в их городе оказалось сложнее, чем она думала. Шитье, которое раньше было просто хобби, стало единственным источником ее личного дохода.
На кухню вошел Виктор. Почесал грудь под растянутой футболкой, налил себе воды из графина.
- Кто звонил в такую рань? - спросил он, морщась. - Ты почему звук не выключаешь?
- Клиентка. Маргарита Вадимовна. Заказ на семейный комплект из сатина.
- И что ей надо в семь утра?
- Она писала мне с двух ночи. Хочет поменять цвет ткани. А я ткань вчера уже оплатила поставщику. Она отрезная, ее не вернуть.
Виктор сел за стол, пододвинул к себе сахарницу.
- Ну так перезакажи. В чем проблема?
- В том, что отрез розового сатина обошелся мне в семь тысяч. Если я закажу изумрудный, это еще семь. Аванс она дала десять. Я уйду в минус. И мне некуда девать десять метров розовой ткани, это специфический цвет, его редко берут.
- Аня, - Виктор посмотрел на нее с тем снисходительным выражением, которое она ненавидела. Так взрослые смотрят на неразумных детей. - Ты сама виновата. Ты сервис предоставляешь. Человек платит тебе хорошие деньги. Комплект стоит пятнадцать тысяч. Ты должна была быть на связи.
- В три часа ночи, Витя? - Анна поставила кружку на стол. - Я должна не спать, потому что ей обои приснились?
- Не утрируй. Просто извинись, скажи, что не услышала, и реши вопрос. Продай кому-нибудь эту свою розу. Сделай скидку. Это бизнес, Аня. Клиент всегда прав. А ты из-за своей гордыни сейчас заказ потеряешь. Нам за квартиру платить через неделю, если ты забыла. Моей зарплаты на все твои хотелки не хватит.
Он встал и ушел в ванную. Шум воды заглушил его последние слова, но они и так уже прочно осели в голове. «Твои хотелки». Коммуналка, продукты, лекарства для ее мамы - это, оказывается, ее хотелки.
Анна подошла к окну. На улице дворник лениво мел асфальт. Обычное серое утро. Она достала телефон и набрала номер поставщика. Никто не ответил - база открывалась только в девять.
В 9:15 она дозвонилась до менеджера склада.
- Анечка, доброе утро. Нет, отменить нельзя. Ткань нарезали еще вчера вечером, в ночную смену укомплектовали. Курьер уже забрал ваш пакет, будет у вас после обеда.
Анна поблагодарила и положила трубку. Она открыла чат с Маргаритой. Пальцы зависли над клавиатурой. Написать, что замена невозможна? Клиентка начнет скандалить. Написать, что замена возможна за ее счет? Скандал будет еще больше.
Телефон в руке завибрировал. Снова Маргарита.
- Да, Маргарита Вадимовна.
- Вы узнали насчет изумруда? - голос был требовательным, без тени приветствия.
- Я связалась со складом. Ткань уже отрезана и передана курьеру. Возврату она не подлежит. Мы можем сшить комплект из нее, как договаривались вчера, либо я могу заказать изумрудный сатин, но вам придется оплатить стоимость новой ткани.
На том конце повисла пауза. Затем раздался короткий, злой смешок.
- Вы в своем уме? Я буду платить дважды за вашу ошибку?
- Это не моя ошибка. Вы утвердили цвет вчера днем.
- Я написала вам ночью! Если бы вы нормально работали и читали сообщения, вы бы утром отменили доставку. Это ваш недосмотр. Значит так. Вы шьете мне изумрудный. За свой счет. А эту розовую тряпку можете оставить себе. Если нет - возвращайте аванс, и я напишу везде, какая вы мошенница. В группе нашего ЖК, на форумах. Посмотрим, кто у вас после этого хоть наволочку закажет.
Маргарита бросила трубку.
Анна сидела на стуле, глядя на выключенный экран. В груди разливалась тупая, тянущая боль. Не от страха перед угрозами, а от абсолютного, непробиваемого ощущения собственного бессилия. Она знала таких женщин. Для них люди из сферы услуг были чем-то вроде обслуги, бессловесными функциями, обязанными выполнять прихоти по первому щелчку.
В дверь позвонили. Курьер привез ткань.
Анна расписалась в накладной, занесла тяжелый пакет в комнату, которую называла мастерской. Разрезала скотч. Внутри лежал плотный, тяжелый рулон сатина идеального оттенка припыленной розы. Ткань переливалась на свету, гладкая и прохладная. Семь тысяч рублей. Почти четверть ее месячного заработка чистыми.
***
Вечером вернулся Виктор. Он разулся, прошел на кухню, заглянул в кастрюлю на плите.
- А мясо где? Одни макароны? - спросил он, закрывая крышку.
- Мясо в морозилке. Я не успела приготовить.
Виктор обернулся. Посмотрел на ее лицо, на темные круги под глазами.
- Опять из-за своей клиентки страдаешь? Решила проблему?
- Она требует сшить из другой ткани за мой счет. Или грозится прославить меня на весь город.
Виктор сел за стол, скрестив руки на груди.
- Ну так сшей. Господи, Аня, проблема выеденного яйца. Ну потеряешь ты на этом заказе пару тысяч. Зато репутацию сохранишь. Извинись, скажи, что недопоняла.
- Витя. Она звонила мне в семь утра. Она оскорбляла меня. Она требует, чтобы я платила за то, что она передумала ночью. Почему я должна извиняться?
- Потому что ты продавец! - Виктор повысил голос. - Потому что ты сидишь дома, в тепле, и шьешь тряпочки, пока другие люди работают. Ты выбрала этот путь, так умей прогибаться. Никому твои принципы не нужны. Тебе деньги нужны или правота?
Анна посмотрела на мужа. Она смотрела на него так, словно видела впервые. Двадцать лет брака. Двадцать лет он пил чай из кружек, которые она мыла, спал на белье, которое она гладила. И теперь он сидел здесь и абсолютно искренне считал, что об нее можно вытирать ноги, потому что «ты сидишь дома и шьешь тряпочки». Он не был на стороне справедливости. Он был на стороне того, у кого громче голос и толще кошелек.
Она ничего не ответила. Просто развернулась и ушла в мастерскую. Закрыла за собой дверь.
Села за рабочий стол. Открыла банковское приложение. На счету было двенадцать тысяч рублей. Десять из них - аванс Маргариты.
«Ну потеряешь пару тысяч», - прозвучал в голове голос мужа.
«Посмотрим, кто у вас закажет», - провизжал голос Маргариты.
Анна ввела номер телефона клиентки в поле для перевода. Вбила сумму: 10 000. Нажала кнопку «Перевести». Зеленая галочка на экране подтвердила операцию. Деньги ушли.
Затем она открыла чат в мессенджере. Напечатала ровно, без эмоций:
«Маргарита Вадимовна, ваш аванс возвращен в полном объеме. Заказ отменен. Я не работаю в ночные часы и не оплачиваю из своего кармана изменения в утвержденном заказе. Всего доброго».
Она нажала «Отправить». Подождала, пока появятся две синие галочки - прочитано. И сразу же заблокировала номер. Заблокировала в мессенджере, в телефоне, везде.
Она выключила телефон, положила его на стол. В комнате было очень тихо. Анна подошла к рулону розовой ткани, погладила плотный край. Руки больше не дрожали. Внутри вместо тревоги появилась странная, звенящая пустота. Она сделала то, что должна была.
***
Ночью она спала плохо. Виктор, узнав, что она вернула деньги, устроил скандал. Он кричал, что она безответственная, что не думает о семье, что с таким характером ей только подъезды мыть. Анна молчала. Она слушала его крики и понимала, что дело не в деньгах. Дело в том, что он испугался. Испугался того, что она посмела сказать «нет». Что она оказалась сильнее, чем он думал.
Утром Виктор ушел на работу молча, громко хлопнув дверью.
Анна сделала себе чай. Включила телефон. Сразу же пришло уведомление о новом сообщении с незнакомого номера.
«Анна, это Маргарита. Вы что себе позволяете? Какой возврат? У меня сроки горят, мне на подарок надо! Я согласна на розовый цвет. Жду заказ к пятнице, как договаривались. И за ваши фокусы с блокировкой вы сделаете мне скидку 20%».
Анна прочитала сообщение. Усмехнулась. Никакого страха не было. Человек, который вчера угрожал и унижал, сегодня пытался диктовать условия с позиции силы, но за этой силой стояла паника. Маргарита поняла, что за такие деньги никто в городе не сошьет ей индивидуальный комплект за три дня.
Анна удалила сообщение и заблокировала этот номер тоже.
Ближе к обеду пришло уведомление из ВКонтакте. Написала незнакомая женщина.
«Здравствуйте, Анна. Я из ЖК "Солнечный", соседка Маргариты Смирновой. Она сегодня утром в домовом чате выложила гневный пост про вас. Написала, что вы неадекватная и сорвали ей заказ. Но она прикрепила скрины ваших работ из профиля, чтобы показать, кого надо избегать. Я посмотрела фотографии... У вас идеальные строчки. И французский шов. Я давно ищу мастера, который шьет по нестандартным размерам. У меня матрас высокий, простыни из магазина не подходят. Скажите, у вас есть сейчас свободное время? Я бы хотела заказать два комплекта. И еще вопрос - нет ли у вас в наличии ткани цвета пыльной розы? Очень люблю этот оттенок».
Анна перечитала сообщение трижды. Буквы плыли перед глазами. Она медленно выдохнула.
Она написала ответ: «Здравствуйте. Да, свободное время есть. И ткань цвета пыльной розы как раз в наличии. Премиум-сатин».
Вечером пришел Виктор. Он снял куртку, заглянул на кухню. Анна стояла у плиты, жарила котлеты.
- Ну что, успокоилась? - спросил он, усаживаясь за стол. - Извинилась перед клиенткой?
- Нет, - Анна перевернула котлету на сковородке. Масло тихо зашипело. - Я взяла новый заказ. На два комплекта. От женщины, которая увидела гневный пост Маргариты в интернете и решила, что ей нужны именно мои услуги.
Виктор замер.
- И сколько она платит?
- Тридцать тысяч. И она внесла стопроцентную предоплату.
Анна выключила конфорку. Сняла фартук и положила его на стул. Она посмотрела на мужа прямо, без привычной виноватой сутулости.
- А теперь послушай меня, Витя. Я работаю дома. Это моя работа. Мои клиенты, мои деньги и мои правила. Если кто-то звонит мне в семь утра с хамством, он идет лесом. И если кто-то в этом доме считает, что моя работа - это «шить тряпочки», и что ради копеек я должна позволять вытирать об себя ноги... - она сделала паузу. - То этот кто-то может сам готовить себе ужин, стирать свои вещи и оплачивать свои хотелки. Ты меня понял?
Виктор смотрел на нее, приоткрыв рот. Он хотел что-то сказать, привычно возмутиться, осадить ее. Но слова застряли в горле. Он увидел перед собой не ту удобную, безотказную Аню, которой можно было управлять чувством вины. Перед ним стояла женщина, которая знала себе цену.
Он молча кивнул.
В дверь мастерской тихо постучал сквозняк. Анна прошла в комнату, включила настольную лампу над швейной машинкой. Достала рулон сатина. Развернула плотную ткань. Пыльная роза мягко светилась под электрическим светом.
Телефон на столе мигнул экраном. Пришла СМС с еще одного незнакомого номера.
«Аня, это Маргарита Вадимовна. Пожалуйста, сшейте розовый. Я заплачу полную сумму без скидок. Мне очень нужно».
Анна смахнула уведомление влево. Кнопка «Удалить».
Она взяла портновские ножницы, приложила линейку к ткани и сделала первый, ровный и уверенный надрез. Завтра будет новый день, и это будет хороший день.