Солнечный летний день, и в университетском кампусе царит та особенная, слегка нервная суета, что бывает только перед вступительными экзаменами.
Лекционная аудитория залита светом — он льётся через высокие окна тёплыми, почти осязаемыми потоками. Студенты сосредоточенно склонились над тестами: все серьёзны, все понимают, что нельзя допустить ни единой ошибки, от которой зависит целый год жизни.
Среди них — парень, который вдруг привлекает внимание Леры. Он сидит в одном из последних рядов, в лёгкой льняной рубашке и джинсах-скини, с сосредоточенным, но при этом каким-то расслабленным взглядом, будто экзамен для него — необходимая формальность, а не испытание. Высокий, стройный, с аккуратно подстриженными волосами, он выглядит уверенно и спокойно — так, словно любые преграды на его пути существуют лишь для того, чтобы быть пройденными без особых усилий.
Лера сидит не рядом, но глаза сами то и дело скользят в его сторону. Она замечает, как он периодически поднимает взгляд, хмурясь в задумчивости, и тут же возвращается к тесту. И вдруг их взгляды пересекаются. Он улыбается — легко, будто они давно знакомы. Лера чувствует, как сердце сжимается на долю секунды, а следом — рой бабочек, начинающих беспокойно танцевать где-то в животе.
Это странное, почти забытое ощущение — нервное возбуждение, от которого сердце начинает биться быстрее, а мысли становятся непослушными. Она даже не знает его имени и уж тем более не догадывается, что этот парень станет кем-то важным в её жизни. Но в этот момент всё, чего ей хочется, — узнать его получше.
Экзамен заканчивается, и Лера медленно собирает вещи, стараясь не думать о том, что между ними только что произошло. Но он снова оказывается рядом. Она не сразу замечает, как он подошёл, — его голос неожиданно разрезает тишину коридора:
— Как тебе экзамен?
Он спрашивает с лёгкой улыбкой, от которой Лера смущается ещё сильнее.
Она не может ответить сразу — мысли сбиваются, голос звучит едва слышно.
— Ну, не так сложно, думаю... — отвечает она, пытаясь не выдать волнения.
— А я думал, будет труднее, — говорит он с усмешкой, и его лицо освещает по-настоящему искренняя улыбка. — У меня почему-то не получилось сосредоточиться. Наверное, всё дело в жаре.
Смущение Леры только растёт. Она не знает, что ответить, но всё же находит в себе силы продолжить разговор.
— Ты... выбрал маркетинг? — спрашивает она, поняв, что он с того же факультета.
— Да. И ты тоже, да? — говорит он, как бы между прочим, но с тем особым тоном, который будто спрашивает разрешения продолжить разговор.
Эти слова цепляют Леру сильнее, чем она готова признать. Она кивает, чувствуя, как сердце продолжает частить. Внутри всё волнуется, но одновременно ей становится необъяснимо приятно от одного факта, что он рядом.
Он вдруг делает шаг ближе и, будто не замечая её замешательства, предлагает с лукавым прищуром:
— Может, выпьем кофе где-то поблизости?
Лера долго не может подобрать слов. В голове всё путается, лицо горит, а по спине пробегает лёгкая дрожь предвкушения. Она кивает — и когда они выходят на залитую солнцем улицу, сердце всё ещё частит где-то в груди.
Пока они идут через парк, Лера почти не слышит, что он говорит, — она слишком занята собственными мыслями. Это так странно и так ново для неё: разговаривать с человеком, который держится легко и свободно, пока она сама чувствует себя немного растерянной — будто вот-вот забудет, как дышать.