Пруд за деревней местные обходили стороной. Я узнал почему слишком поздно.
Стояла жара, под сорок, вторую неделю. Я приехал на дачу один, и к полудню изба превращалась в духовку. Колодец далеко, речка ещё дальше, а пруд вот он, в конце огорода, за плетнём.
Пруд стоячий, заросший ряской, вода тёмная, тёплая. Соседка как-то обмолвилась: туда не лезь, нехороший пруд, скотину не поим, и сами не купаемся. Я спросил почему. Она пожала плечами, сказала, так заведено.
Я не послушал. Пекло доконало меня. Я залез в пруд. Вода была как парное молоко, мутная. Окунулся с головой, глотнул случайно, отплёвывался. Вышел, обсох, и забыл.
Это было в среду. В четверг началась жажда.
Сначала обычная. Жара, потеешь, хочется пить, нормально. Я пил воду, чай, сколько хотелось.
К вечеру четверга я понял что не могу напиться. Пью стакан за стаканом, а во рту сухо, и хочется ещё. Будто вода не доходит, проваливается куда-то. К ночи я выпил, наверное, литров пять. Не помогло.
В пятницу стало хуже. Жажда была уже не во рту. Она была глубже, в животе, тянущая, ноющая. Я пил не переставая. Опустошил весь запас воды, потом пил из-под крана, тёплую, ржавую. Живот раздулся, бурчал, мне было плохо от количества выпитого, а жажда не уходила.
И тогда я почувствовал шевеление.
В животе. Ниже желудка. Что-то двигалось. Не бурчание, не газы. Медленное, плавное движение, как будто там, внутри, что-то ворочалось, перекладывалось. Я прижал ладонь к животу. И почувствовал под кожей, изнутри, как что-то скользнуло вдоль ладони и ушло вглубь.
Я сел на пол кухни и старался дышать ровно. Сердце колотилось. Я понял, в общих чертах, что произошло. Я что-то проглотил в том пруду. И оно во мне. И оно растёт.
Я не дурак. Сообразил быстро.
Жажда не моя. Это оно хочет воды. Оно во мне, питается жидкостью которую я пью, и заставляет меня пить, нагоняя жажду. Чем больше я пью, тем больше оно.
Я вспомнил, читал когда-то. Есть такие паразиты, водные. Живут в воде, взрослеют в теле хозяина. А когда созревают, им надо обратно в воду. И они умеют заставить хозяина: гонят его к воде через жажду, через зов, и хозяин лезет в воду, и паразит выходит.
Оно гнало меня к воде. Жажда была началом. Дальше оно потянет меня к пруду, чтобы я залез и дал ему выйти.
Нельзя идти к воде. Если залезу в пруд или любой глубокий водоём, оно победит. Но и пить нельзя, чем больше пью, тем больше оно. А не пить я не мог, жажда была невыносимая.
Я решил так: перетерпеть. Перестать пить совсем. Если оно питается жидкостью, лишить его жидкости. Пусть мне будет плохо, но и ему будет плохо, и без воды оно ослабнет.
Я вылил всю воду в доме. Перекрыл кран, снял вентиль, спрятал, чтобы в минуту слабости не открыть. Телефон не ловил, до людей далеко. Машину отогнал и спрятал ключи от самого себя, закопал на участке, чтобы не уехать к воде в беспамятстве.
И стал терпеть.
Жажда росла, становилась болью. Губы потрескались, язык распух, в голове мутилось. А оно внутри бесилось. Чувствуя что воды нет, заметалось, заворочалось сильнее. Я лежал на полу и чувствовал как оно ходит во мне, ищет, тянет.
И тогда оно стало звать. Не словами. Картинками в голове. Я закрывал глаза и видел воду. Пруд, тёмный, прохладный. Речку. Колодец. Видел как окунаюсь, как пью, как становится хорошо. Мои собственные ноги тянулись встать и идти. Я держался.
Я привязал себя к печной решётке. Ремнём, верёвкой, одной рукой за тяжёлую чугунную раму. Чтобы тело, которое оно подчиняло, не пошло к пруду само.
И лежал. И терпел.
Ночь была худшей в моей жизни.
Оно рвалось наружу. Чувствовало что я его убиваю, лишая воды, и боролось за себя. Ворочалось, тянуло, гнало картинки воды одну за другой. Тело сводило судорогой, рука в ремне немела, я кричал от жажды и не развязывался.
Под утро оно стало слабеть. Движения внутри замедлились. Картинки воды поблекли. Жажда, всё ещё адская, перестала нарастать.
Оно сохло вместе со мной. Без воды я умирал, но и оно умирало, и умирало быстрее, потому что было меньше и нежнее.
К полудню следующего дня движение внутри прекратилось совсем. Замерло. Я лежал, привязанный, иссохший, на грани, и чувствовал внутри только тяжесть. Неподвижную. Оно сдохло.
Я отвязал себя. Дополз до спрятанного вентиля, поставил, открыл кран. И вот тут было самое трудное. Пить хотелось безумно, тело требовало воды залпом. Но я знал: если оно ещё живо, вода его оживит. Я пил по глотку, медленно, через силу сдерживаясь. Глоток, ждал. Глоток.
Движение внутри не возобновилось. Оно было мертво. Вода уже не кормила его, а просто возвращала меня к жизни.
Я выжил.
Через неделю я уехал. К врачам не пошёл, что я скажу, да и нечего было показывать, оно растворилось, рассосалось внутри, не осталось следа. Только я знал что оно было.
Я думал на этом всё. Но пруд.
Перед отъездом я пошёл посмотреть на него. Постоял на берегу, на том месте где лез в воду.
Вода спокойная, тёмная, в ряске. И у берега, на мелководье, я увидел. Личинки. Тонкие, как волоски, светлые, извивающиеся. Целое облако у берега, там где я тогда стоял и отплёвывался, наглотавшись.
Я проглотил тогда не одну. Я проглотил одну которая выросла. А вода полна ими. И каждое лето в неё лезут не зная. Скотину не поят, местные не купаются. А приезжие, дачники, в жару лезут.
И я понял ещё одно, и от этого похолодел на сорокаградусной жаре.
Соседка сказала: так заведено, не купаемся, не поим. Значит знали давно. Поколениями. Знали что пруд нельзя, и не объясняли, просто обходили. А кто-то когда-то узнал это первым. Так же как я. На себе.
Я уехал и не вернусь. Но пруд стоит. Полный. И жара каждое лето гонит к воде кого-нибудь нового, кто не послушает соседку.
Я не оставил таблички. Кто поверит в табличку про личинок в пруду.
Так что пруд ждёт. Он терпеливый, вода стоит веками.
А люди в жару всегда лезут в воду. Всегда.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#страшныеистории #мистика #необъяснимое #дача