Полная луна смотрела прямо в открытое окно, будто бы осуждая нечто такое, что ведомо исключительно ей. Резкий порыв ветра вторгся в комнату. Свежий, приятный воздух, отдающий ночной прохладой, задел лицо спящей Марты.
Он будто бы пытался разбудить её или же кому-то помешать. Но молодая женщина находилась в далёких дебрях своего сна. Она была будто бы парализована, не в силах поменять даже мимику на лице.
Её губы были крепко сжаты, кожа имела тёмный оттенок напряжённого страха, пронизывающий её с головы до ног. Вместо летнего ветерка, резко ворвавшегося в комнату, она всем молодая женщина почувствовала леденящий душу холод. Там во сне, происходило нечто странное.
***
Утро, наступившее неожиданно. Заставляло людей просыпаться в своих квартирах и собираться на работу. Те нехотя потягивались, ворча на какие-то жизненные обстоятельства, благодаря которым они не могут себе позволить проводить время так, как хочется.
Марта же была будто бы рада будильнику, громко разливающемуся по комнате. Этот мерзкий для кого-то звук, вырвал её из ночного плена, разрешая заняться своей жизнью.
Выполнив все утренние ритуалы, она вышла из квартиры, заперев внутри свой страх. Марте придётся ехать на двух автобусах, чтобы добраться до места назначения.
Сначала нужно попасть из одного города в другой. Эта дорога далась легко. Воткнув наушники в уши, Марта запрокинула голову на сиденье, закрыла глаза и, чувствуя в автобусе некую защиту, расслабилась.
А вот до Зубровки пришлось потрястись. Прибыть ей следовало в место, расположенное между двумя деревнями: Елисеевкой и Зубровкой.
Можно было отправиться в объезд, по трассе, дабы не трястись в этом старом автобусе из прошлого, но там поговаривали, идти было долго. Следовало выйти на трассе, у указателя «Елисеевка» и отправляться пешком по лесной просеке, доходя до моста, а уж после направиться по бездорожью в саму деревню.
На такое путешествие Марта не решилась. Вместо этого она потряслась немного по странной дороге, разбитой напрочь, дыша свежей пылью и слушая разговоры людей, громко разговаривающих друг с другом.
Ворон, про которого она недавно узнала, жил ни в Елисеевке, ни в Зубровке. Его дом расположился на берегу реки между этими двумя деревнями, будто бы прячась и от тех, и от других.
Марте слышала, что местного медиума зовут Игнат, больше ничего ей не было известно про молодого мужчину-отшельника, сбежавшего когда-то из города в Сибирскую глушь.
Дорогу от остановки к дому Ворона показала первая же встретившаяся бабулька, которая отреагировала на вопрос, где живёт местный медиум так, будто бы спрашивают её об этом чуть ли не каждый день. Она просто указала пальцем, сказала слово «там», отправилась восвояси.
Лесная чаща встретила Марту прохладой, позволяя вновь почувствовать защищённость, которая уже было сегодня в автобусе. Достав из своей сумочки небольшую бутылочку воды, она открыла её и отпила немного, затем продолжила свой путь.
Кроссовки и шорты сегодня были отличной одеждой, не совсем привычной для неё, но в красивых туфлях на каблуке, которые ей так нравились, Марта бы сюда не дошла.
Поворот, о котором она уже знала заранее, пройти было невозможно. Заглядывая в него, Марта тут же заметила отблеск воды. Шум реки ещё не доносился, но мерцающие огоньки, слепящие глаза, давали понять об отсутствии спокойствия и тишины на берегу.
Молодая особа поймала себя на мысли, что ей не страшно. Она же вроде бы одна в лесу, тут могут быть дикие звери или же другая опасность, с которой она ещё не знакома, но вместо страха, лес дарил покой.
Может быть это обманчивое впечатление и важно быть куда более внимательнее, чем в городе? Этого Марта понять не могла, а когда спустилась к реке, на мгновенье застыла, всматриваясь в картину, насыщенную яркими красками.
Напротив неё, с другой стороны берега, плотной стеной расстилался лесной массив, состоящий в большей степени из елей и сосен. По этому берегу деревья также были всюду, но место, куда Марта спустилась, было будто бы тихой заводью, откуда не хотелось уходить, продолжая любоваться природой.
- Да, на этом месте у меня и появилось желание построить тут дом, - услышала женщина мужской голос, исходящий откуда-то извне.
Марта оглянулась, будто бы теряясь и пугаясь от того, что не понимает, кто с ней разговаривает, но найдя человека рядом с сосной слева, она тут же успокоилась.
- Здравствуйте, вы Ворон?
- Так и есть, он кивнул головой, сделав шаг вперёд, направляясь мимо неё, - можно и так называть.
- Почему же вам такую кличку? Это вы сами придумали или же вас кто-то сам так стал называть? Может тут, в деревне, вам такое определение дали?
Марта с любопытством осмотрела на мужчину. Незнакомцу на вид было меньше сорока, но его чёрные волосы уже обнаруживали седину в некоторых местах.
Ростом мужчина был возможно около сто восьмидесяти сантиметров или же чуть выше. Фигура спортивная, подтянутая, возможно благодаря постоянным физическим нагрузкам в этом лесу.
Ворон не остановился возле гостьи, не стал её о чём-то расспрашивать, он просто прошёл мимо так, будто бы и не собирался хоть как-то взаимодействовать.
Ей пришлось тут же сорваться с места и устремиться за мужчиной, который нёс в руках мелкие ветки, сломанные заранее и аккуратно уложенные стопкой.
- Это мой позывной, я служил в армии, там назывался Вороном.
Мужчина на мгновенье повернул голову назад, говоря свою фразу, при этом чуть замедляя шаг, затем в том же темпе отправился дальше.
- А я к вам, мне помощь нужна, очень, - Марта пыталась следить за небольшими ямками, что периодически попадались ей под ногами, заставляя спотыкаться.
- Хорошо, что в кроссовках явилась, а то те белые туфли, что ты вчера купила, тебя бы измотали напрочь, - он вновь на миг обернулся.
- Откуда вы знаете, что я вчера купила туфли? – Марта даже руками всплеснула, делая неуклюже-странный жест.
- У тебя это уже двадцатая пара?
- Двадцать первая, - поправила Марта, вновь удивляясь, - откуда?
И футболки никогда не носишь, только дома, когда никого нет. Платья любишь. Вот это синее, в котором ты на вечеринке недавно была, прям тебе к лицу. Тебе нравится, как оно на тебе смотрится. Вижу дома зеркало в пол, и ты в него смотришь.
- Да как? – вновь проговорила Марта, но тут же осеклась, - хотя, чего я удивляюсь, вы же видите больше, чем все.
Какое-то время Ворон шёл молча, перестав удивлять молодую особу тем, что уже видел и позволяя рассмотреть его, как следует. Широкие плечи, крепкие ноги и размеренный шаг давали понять, что мужчина обладает хорошими физически данными и основательной уверенностью, которая так и притягивает женщин к мужчинам.
Она почти не успела его разглядеть спереди, но то, что Игнат, которого все тут зовут Вороном, был симпатичным мужчиной, ясно было ей с первой секунды.
- Вот мы и пришли, - мужчина остановился, продолжая держать ветки в руках и останавливаясь, - в беседку идите, я сейчас хворост приберу, да чаю налью с мятой, как раз вода закипела, - он кивнул в сторону, где под крышей стояла небольшая печь из кирпичей, на которой был установлен чайник.
- Это что же, печь на улице топите, не внутри дома? – опять удивилась Марта, уже убрав свой взгляд от небольшой постройки и рассматривая дом, что стоял рядом.
- Нет уж, в доме летом прохладу сохранять надо, а чай можно и на улице вскипятить, - не взглянув на свою гостью, Игнат отправился прочь, так и не показав, в какую именно беседку ей следовало пройти.
Мужчина казался Марте довольно странным. Он не пытался её разглядеть, как это делают большая часть представителей другого пола, знакомясь с ней, не стремился что-то разузнать или понять, как человек, встретивший гостя на своей территории.
Ему было будто бы безразлично, кто она и для чего пришла. Ворон продолжал жить своей жизнью так, словно бы никто чужой рядом с его жилищем не объявился.
Оставшись в одиночестве, Марта не растерялась. Она уже привыкла к тому, что её кто-то всегда оставляет, поэтому не придала значение данному пустяку так, чтобы расстраиваться из-за этого.
Заметив беседку у реки, она стремительно направилась к ней. Присев внутри на скамейку и обратив вновь свой взор на воду в реке, Марта опять стала внимательно её рассматривать, окунаясь при этом в свои мысли.
- Я её на болте нарвал вчера, принёс домой, да засушиваю на зиму, чтобы в холодные времена согреваться ароматным напитком.
От мыслей, которые увлекли Марту куда-то очень далеко от этого места, её оторвал голос, вновь звучащий столь же неожиданно, как и некоторое время назад.
- Вы о чём? – она чуть приподняла брови, то ли удивляясь, то ли инстинктивно пытаясь обворожить своего собеседника, изображая из себя некую простушку.
- Мята, - Ворон поставил кружку перед ней на стол, - она уже совсем скоро зацветёт, будет совсем не то, и листвы мало, да и не такая сочная, как сейчас.
- Она полезная? Зачем вы её собираете?
- Не знаю, я не изучал этот вопрос, мне просто нравится аромат мяты. Он яркий, красочный, ромашка, например, так себя не раскрывает при заваривании, не заполняет собой всё вокруг в комнате.
- Вы и ромашку собираете?
- Её чуть позже, толком ещё не цветёт, - он уже сидел напротив неё, так и не задав вопроса для чего эта молодая особа заявилась к нему в десять часов утра.
- Я вот зачем пришла, - будто бы опомнившись, Марта тут же стала что-то искать в сумке, а найдя, вновь замешкала, ударила себя по лбу, улыбаясь смущённо, - я же не представилась, меня Марта зовут. Я вам хочу показать телефонное сообщение, можно?