Когда известный режиссер снимает документальный фильм об известном дизайнере и к тому же является его давним близким другом, последнее обстоятельство и помогает, и мешает. Помогает тем, что Марк Джейкобс может пустить Софию Копполу куда угодно, хоть в свою спальню, настолько он ей доверяет. Но мешает тем, что уже София Коппола не может предать доверие друга и снять что-то иное, кроме дежурного парадного портрета. Конечно, такой дружеский взгляд тоже возможен, но он скорее мешает созданию объемного объективного портрета, и в итоге страдает фильм. «Марк глазами Софии», посвященный подготовке Джейкобсом коллекции к весенне-летнему показу 2024 года, был закончен в прошлом году и выходит в российский прокат 25 июня.
Плюсы:
— Софию Копполу совершенно не смущает наибанальнейший из всех приемов: «Марк глазами Софии» построен как хроника подготовки показа, отсчет начинается за 12 недель. Фильм показывает творческие муки и хлопоты, Джейкобс признается, что в детстве ему казалось, что его кумир Ив Сен-Лоран работал легко и по вдохновению, и только позже узнал, какой это мучительный процесс для настоящего художника. Коппола старательно подбирает видеоматериал под перечисляемые другом влияния: Барбра Стрейзанд, Дайана Росс, Боб Фосси, Лайза Миннелли, Элизабет Тейлор («Все дороги ведут к Лиз», — с восхищением говорит Джейкобс), стиль 1940-х и родная бабушка, у которой он жил после смерти отца и нового замужества матери: «Старое поколение умело ценить красивую вещь». Джейкобс вообще не скупится на крылатые фразы, например, когда речь заходит о его прорыве в начале 1990-х со стилем гранж: «Людей больше всего шокирует естественность, потому что с ней нельзя поспорить». Или: «Мой совет женщинам: не следуйте советам и стилю дизайнеров, особенно мужчин. Я не ношу эту одежду, для меня это фантазия». Перед нами не угрюмый гений-интроверт, а внятно артикулирующий свои идеи коммерческий художник, который умеет соответствовать времени;
— едва ли не главное откровение «Марка глазами Софии» — насколько свежими и новаторскими сейчас выглядят конец 1980-х и начало 1990-х. Фрагмент с раннего показа Джейкобса выхватывает лицо будущей супермодели Кристи Терлингтон, и видно, какая индивидуальность была у лиц того времени, особенно в сравнении с одинаковыми моделями из его же последних показов. Среди хроники того времени — кадры и с самой юной Софией Копполой, ее тогдашним парнем, еще не знаменитым режиссером Спайком Джонзом, и подругами Ким Гордон из группы Sonic Youth и Кортни Лав. Музыка вообще была для дизайнеров того времени даже важнее, чем собственно мода или кино. И, конечно, искусство — перед нами проплывают платья-картины Алекса Каца и Ричарда Принса от Джейкобса, а позже он говорит, как на него повлияла Синди Шерман.
Минус:
— карьера Марка Джейкобса от гранж-революционера до креативного директора Louis Vuitton и, соответственно, влиятельного законодателя буржуазной моды выглядит и типичной, и идеальной для любого дизайнера в любую эпоху. Жаль только, что подруга Коппола рисует этот портрет грубыми мазками, не делая перерывов на периоды неудач и падений вроде героиновой зависимости и алкоголизма. В какой-то момент Джейкобс вдруг начинает говорить о ранней смерти отца, работавшего в агентстве William Morris, о том, как вынужден был уйти из дома из-за ссор с отчимом. Тут бы и зацепиться за то, как детская травма сделала застенчивого тонкого подростка тем Марком Джейкобсом, каким его знает весь мир сегодня (и почему он так любит цвет «мертвая Барби»?), но нет, София быстро переводит разговор на какую-то ерунду.
Фото: «Пионер»
Текст: Геннадий Устиян