Решение утвердить Леонида Броневого на роль шефа гестапо было принято в последний момент — за считанные часы до старта съёмок.
Режиссёр, Татьяна Лиознова, прежде видела в роли Мюллера Всеволода Санаева, он уже был утверждён на эту роль, но позже отказался по идейным соображениям: будучи секретарем партийной организации «Мосфильма», Санаев счел для себя недопустимым и политически некорректным играть высокопоставленного шефа гестапо.
Были и другие претенденты на роль Мюллера — например, Павел Луспекаев, тот самый Верещагин из «Белого солнца пустыни». Но, в конце концов, утвердили Броневого.
Сегодня об этом вспоминают редко, но на пробах Броневому сначала предложили роль Адольфа Гитлера. Грим и ракурс сделали своё дело: актёр вышел в кадр таким, что коллеги ахнули от портретного сходства:
Тем не менее Леонид Сергеевич категорически отказался от этого образа. И дело не только в невесте Виктории, которая заявила жёстко: «На Мюллера я ещё могу согласиться, но жить с Гитлером — ни за что».
Сам Броневой позже пояснял, что решающим стало другое: сценарий рисовал фюрера слишком прямолинейно — крикливым, нервным, почти карикатурным. «А карикатуру, — рассуждал актёр, — по-настоящему не сыграешь, в ней нет живого человека». Кстати, конкуренция за обе роли была серьёзной: на Гитлера претендовал и Леонид Куравлёв, а на Мюллера — Всеволод Санаев, но он отказался по идеологическим причинам, будучи партийным секретарём «Мосфильма».
В первый же день съемок Леонид Сергеевич, вместо того, чтобы явиться на площадку, появился в загсе: именно в это утро он официально регистрировал брак с Викторией.
Подготовка к роли у Броневого была серьёзной. Он выучил не только свои монологи, но и текст оппонента — Штирлица. Помогала ему в этом жена: они засиживались за чтением сценария по ночам, потому что днём оба работали. «Бедная моя, она просто выматывалась», — вспоминал актёр, но без этого, по его признанию, нельзя было поймать нужную интонацию или жест.
А вот костюмеры подвели: они по ошибке сшили мундир для Броневого чуть ли не на два размера меньше. Воротник так больно врезался в шею, что актёр непроизвольно дёргал головой, пытаясь ослабить давление. Режиссёр Татьяна Лиознова, увидев это случайное движение, пришла в восторг и решила сохранить его как изюминку — именно так у Мюллера появился его знаменитый нервный жест.
При этом образ Мюллера в фильме был целиком вымышленным. У создателей картины не оказалось ни одной фотографии реального начальника гестапо, и поэтому экранный Мюллер выглядит гораздо старше Штирлица, хотя в жизни они были ровесниками.
Позже Броневой признавался с улыбкой: если бы он увидел подлинное фото прототипа до съёмок, то, скорее всего, просто отказался бы от роли — настолько тот не соответствовал его представлениям.
А вас, дорогие читатели, я попрошу... остаться и подписаться.
С уважением, ваш А.К.
Читайте также:
Почему Татьяна Лиознова хотела, но не сняла Арчила Гомиашвили в роли Штирлица?