Деревья мерзли под холодным осенним дождём, роняя листья раньше времени. Ябоня связала каждому деревцу маленький разноцветный шарфик и надела на ветки вязаные шапочки. Лес стоял нарядный, а опавшие листья были самыми тёплыми на свете.
Конечно, вот продолжение этой истории.
Работа была колоссальной. Ябоне потребовалось три дня и две ночи, чтобы связать гардероб для всего леса. Она сидела на старом пне у опушки, укутавшись в свой любимый красный плащ, который служил ей палаткой от ветра, а спицы так и мелькали в её озябших пальцах. Шерсть она взяла особенную — бабушка дала ей клубок «живой» пряжи, спряденной из шерсти овец, которые паслись на солнечных склонах холмов. Пряжа пахла летом, сеном и немного полынью.
Первым делом она нарядила молодую берёзку у дороги. Для неё был связан белоснежный шарф с узором из крошечных снежинок (чтобы не было скучно) и кокетливая шапочка с помпоном, болтавшимся прямо над самой верхней веточкой. Берёза благодарно качнула ветвями, стряхивая с себя остатки холодной росы.
Дальше пошли дубы. Им полагалась основательность. Ябоня выбрала толстую коричневую шерсть и вязала им широкие шарфы-воротники и массивные твидовые кепки, какие носят профессора в старых книгах. Старый Пафнутий, наблюдавший за процессом со своего места, одобрительно скрипнул:
— Солидно. Сразу видно: интеллигенция лесного сообщества. Теперь их ни один ветер с мысли не собьёт.
Осинки получили яркие оранжевые и багряные комплекты, идеально гармонирующие с цветом их листвы. Ёлочки и сосны, которым холод вроде бы нипочём, тоже не остались в стороне. Им Ябоня связала пушистые муфточки для стволов, чтобы кора не трескалась от мороза, и забавные наушники на верхушки.
Когда последний узелок был завязан, лес преобразился до неузнаваемости. Это уже не был просто сырой осенний бор. Это был настоящий парад мод, фестиваль тепла посреди наступающей зимы. Деревья стояли важные, нарядные, словно гости на королевском приёме. Ветер, прилетевший проверить обстановку, растерянно метнулся между стволами, пытаясь найти лазейку, но шерстяные шарфы оказались отличной бронёй. Он только потрепал помпон на берёзке и улетел дальше искать добычу попроще.
Но самое главное чудо произошло с листьями. Обычно осень срывает их грубо, бросая пожухлые скелетики на мокрую землю. Но сейчас... Листья, касаясь тёплой шерсти, сами замедляли своё падение. Они кружились в воздухе дольше, танцуя вальс прощания. А упав на землю, они не чернели и не гнили сразу. Они оставались сухими, упругими и невероятно тёплыми. Лесная подстилка превратилась в гигантский разноцветный ковер, по которому можно было ходить босиком даже в заморозки, не боясь застудить ноги.
Весть о чуде разлетелась быстро. Первой прибежала соседская кошка Мурка. Она долго ходила вокруг старой ели, примериваясь, а затем нагло свернулась клубком прямо под ней, зарывшись в слой сухих, тёплых листьев. Ей было так уютно, что она замурлыкала на весь лес.
Затем пришли дети из деревни. Сначала они испугались, увидев говорящий пень (Пафнутий решил воспользоваться моментом и прочитал им лекцию о пользе утепления древесной коры), но когда увидели этот сказочный лес, забыли обо всём. Они бегали между деревьями, трогали мягкие шарфы, смеялись и подбрасывали вверх охапки волшебной листвы, которая не обжигала холодом, а лишь ласково щекотала ладони теплом.
Ябоня смотрела на это сверху вниз, сидя на нижней ветке раскидистого клёна, которому достался шарф цвета индиго. Она чувствовала усталость во всем теле, пальцы ломило от спиц, но сердце пело. Она сделала это. Она подарила лесу не просто одежду, она подарила ему время. Время, чтобы подготовиться ко сну спокойно и красиво, без дрожи и спешки.
Вечером, когда солнце окрасило небо в фиолетовые тона, к девочке подошёл дед Егор. Старик долго молчал, опираясь на свою палку и глядя на преображённый лес.
— Ты чего натворила-то, егоза? — наконец проворчал он, но в его голосе не было злости, только глубокое удивление. — У меня ж теперь вся деревня просит такие же. Говорят, курям в сарае надо гнезда утеплить, да и самим старикам на завалинке сидеть теплее будет.
Ябоня улыбнулась, свесив ноги с ветки.
— Дедушка Егор, я не могу связать для всех. Эта магия работает только для живых деревьев. Магия благодарности. Понимаешь?
Старик хмыкнул, поправил шапку.
— Ну, может, оно и так. А только ты всё равно мастерица. Пойдём-ка домой, рукодельница. Чай с малиной пить. А то сама небось продрогла тут, пока красоту эту творила.
По дороге домой Ябоня оглянулась. Лес стоял темной, теплой громадой. Огоньки светлячков, проснувшихся раньше срока благодаря волшебным листьям, мерцали внизу, словно рассыпанные кем-то драгоценности. И девочка знала точно: эта зима будет для леса самой мягкой и спокойной за всю историю существования этого места. Потому что иногда, чтобы согреть целый мир, достаточно просто взять в руки пару деревянных спиц и клубок добрых намерений.