В 1939 году на заводе ЗИС построили спортивный автомобиль, который разгонялся до 162 км/ч. Это был не иностранный трофей и не экспортный образец — его сделали руками заводских конструкторов из узлов серийного лимузина. И сделали в одном экземпляре.
Машина сохранилась. Сегодня она стоит в Политехническом музее в Москве — открытый двухместный родстер с восьмицилиндровым мотором объёмом 5,75 литра. Выглядит как что-то из американского кино 1930-х. Но это советский завод, советские инженеры и советский 1939 год.
Откуда взялась идея
Базовый ЗИС-101 появился в 1936 году. Это был первый советский представительский лимузин — большой, тяжёлый, восьмицилиндровый. Машина для наркомов, а не для гонок. Её конструкция частично восходила к американскому Buick образца начала 1930-х.
В 1938 году пришла модернизация: ЗИС-101А. Мотор немного доработали, подняли мощность до 101 л.с. Но всё равно это был официальный автомобиль — метра три восемьдесят длины, под две тонны снаряжённой массы, карета, а не спортсмен.
И вот внутри КБ завода возникла идея: взять агрегаты этой машины — мотор, трансмиссию, часть ходовой — и построить на их основе что-то совсем другое. Открытый кузов, минимум веса, максимум скорости. Родстер.
Что они сделали с лимузином
Бригада под руководством Валентина Николаевича Росткова взялась за работу в 1939 году. Задача была нетривиальной: взять агрегаты от огромного чиновничьего автомобиля и упаковать их в спортивный кузов.
Мотор форсировали. Стандартный ЗИС-101А выдавал 101 л.с. — после переработки мотор отдавал уже 141 л.с. Для сравнения: ни один серийный советский автомобиль тех лет и близко не подходил к таким цифрам. Объём остался прежним — 5,75 литра, рядная восьмёрка. Но степень сжатия подняли, доработали карбюрацию.
Кузов строили с нуля. Никакого лимузинного верха, никаких массивных крыльев в стиле чиновничьего автомобиля. Открытый двухместный кузов — длинный капот, плавные обтекаемые линии, характерные для спортивных машин конца тридцатых. Машина стала значительно легче своего донора. Пропорции сменились радикально: вместо парадного крейсера — приземистый родстер.
Всё это сделали своими силами, на заводе, без иностранной документации и без специального бюджета. По архивным данным — в инициативном порядке.
Испытания на Минском шоссе
Летом 1939 года машину вывезли на Минское шоссе и измерили максимальную скорость. Прибор показал 162 км/ч.
Для понимания масштаба: серийный ЗИС-101А разгонялся примерно до 115–120 км/ч. То есть родстер на тех же агрегатах прибавил почти 40–45 км/ч — за счёт форсировки мотора и кардинально облегчённого кузова.
162 км/ч в 1939 году в СССР — это был не просто результат. Это была цифра, с которой не стыдно было бы выйти на европейские соревнования.
Но на соревнования машина не поехала.
Почему родстер остался единственным
Здесь начинается то, что в советской истории автопрома повторялось неоднократно: машина получилась, но в серию не пошла. Причины — не технические.
1939 год — это не время для спортивных автомобилей. Страна готовилась к войне, промышленность перестраивалась, приоритеты были другими. Завод ЗИС выпускал лимузины для руководства и грузовики для армии. Спортивный родстер в этой системе координат был проектом без заказчика.
Кроме того, сам ЗИС-101 в серии просуществовал недолго: в 1940 году его производство свернули. В 1941 году завод перешёл на военную продукцию. В таком контексте говорить о развитии спортивной ветки было попросту некому и незачем.
Машина осталась в единственном числе — не как выставочный образец, не как подарок кому-то из вождей. Просто как результат работы, которую никто не продолжил.
Судьба единственного экземпляра
Каким образом машина пережила войну — документов об этом сохранилось мало. Известно, что автомобиль уцелел. Сегодня ЗИС-101А Спорт — экспонат Политехнического музея в Москве.
Кузов сохранился в оригинальном виде. Те самые обтекаемые линии, тот самый открытый двухместный салон. Мотор — рядная восьмёрка объёмом 5,75 литра — на месте.
Это один из немногих советских довоенных прототипов, которые вообще дошли до наших дней в узнаваемом состоянии. Большинство опытных образцов той эпохи сгинули в войну, были разобраны на металл или просто потерялись в хаосе эвакуации заводов.
Что это говорит о советском автопроме 1939 года
ЗИС-101А Спорт интересен не только как красивая машина. Он показывает, что в советском заводском КБ конца тридцатых умели думать не только в категориях «больше, тяжелее, вместительнее».
Конструкторы взяли агрегаты от представительского лимузина, форсировали мотор с 101 до 141 л.с. и построили кузов, который позволил выжать из этой техники 162 км/ч. Это инженерная работа — конкретная, измеримая, сделанная руками.
Другой вопрос — что дальше с этим делать в стране, где спортивный автомобиль в 1939 году никому не был нужен по определению. Завод строил грузовики и лимузины. Родстеру в этой системе не было места.
Машина получилась. Место для неё — не нашлось.