5 декабря 1940 года полномочный представитель СССР в Германии Владимир Георгиевич Деканозов получил по почте анонимное письмо на немецком.
Его автор обращался к советскому дипломату с предупреждением: будущей весной Гитлер намерен напасть на Советский Союз, а Красную Армию планируется разгромить серией крупных окружений.
Через два дня Деканозов направил письмо наркому иностранных дел В. М. Молотову вместе с русским переводом и отзывом помощника по авиации военного атташе Н. Д. Скорнякова.
В письме перечислялись признаки подготовки Германии к восточной кампании: отправка автотранспорта в Польшу, военные приготовления в Норвегии и Финляндии, транзит немецких войск через Швецию, расширение призыва, а также разработка планов окружения советских войск.
Автор предполагал, что Германия сможет развернуть к весне огромную армию и привлечь к войне союзников — Италию, Венгрию, Румынию, Испанию.
Заканчивалось послание призывом срочно увеличить численность советских вооружённых сил. Знаете, до какого количества? До 20 миллионов!
Потому что автор письма полагал, что для нападения на СССР немцы и их союзники смогут собрать войска общей численностью до 18 миллионов солдат и офицеров!
Вообще, у нас по сей день недооценивают значение «тумана войны» и влияние дезы, слухов и таких вот писем на общее восприятие обстановки.
Скажем, французы (да и британцы) после своего поражения рассказывали об огромном численном и техническом превосходстве вермахта, что в реальности слабо соответствовало действительности.
Подобную информацию в избытке получал советский посол в Великобритании Иван Михайлович Майский (стало быть, нам нужно 20 тысяч танков, а лучше 30, ведь у немцев их полным-полно, плюс ещё трофеи со всей Европы, так вот рассуждали).
Тот же Н. Д. Скорняков считал реалистичной оценку, согласно которой немецкая армия могла быть доведена примерно до десяти миллионов человек, а дополнительные резервы СС, полиции и других структур могли исчисляться миллионами.
Плюс союзники-сателлиты, впрочем их возможности явно переоценивались (испанцы, например, отправили лишь «Голубую дивизию»).
История письма Деканозову хорошо показывает главную проблему советского руководства накануне войны: предупреждений было много, но они поступали из разных источников, часто противоречили друг другу по срокам, направлениям ударов и предполагаемым политическим условиям.
Одни сообщения говорили о нападении весной, другие — летом, третьи связывали войну с исходом германо-британского противостояния.
В этой массе данных было трудно отделить достоверную информацию от дезинформации, слухов и сознательных попыток повлиять на советскую политику.
Все рассказы о том, что якобы дата нападения и тем более планы операции «лежали на столе у Сталина», — на мой взгляд, относятся к области фантастики.
Хотя бы потому, что никакой высокопоставленной агентуры у СССР в Германии не было, да и сами разведывательные структуры находились в сложном состоянии (включая большое количество просто неопытных, неподготовленных сотрудников).
И реально важными источниками считались такие вот письма, про 18-миллионную армию вторжения весной 1941-го.
А было подобных пальцев в небо и откровенной дезинформации очень много...
В реальности не было полного понимания возможностей вермахта и того, как он воюет. Что уж говорить про даты (каковые сам Гитлер переносил).
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!