Никогда не любил целоваться с мужчинами.
Даже с единомышленниками.
Мыслить с кем-то одинаково я в принципе готов, но вот обниматься и целоваться как-то не хочется. С единомышленницами еще куда ни шло, особенно молодыми, но с мужиками…
И вот с одним из таких у меня даже раздор из-за этого вышел. Просто достал меня, поганец, со своими поцелуями. Как завидит, так непременно полезет с объятиями. Да еще и перхотью своей обсыплет – исчешешься потом.
Ну, терпел я это, терпел, но однажды все-таки мягко отпихнул его. Очень уж настроение у меня в тот день было не поцелуечное.
Он, конечно, удивился, хотя мог бы и раньше заметить по моей физиономии, как мне всё это неприятно.
– Ты чего? – спрашивает.
– Ну, не нравятся мне эти мужские нежности. Да и ситуация сейчас для поцелуев совсем не подходящая...
– А я думаю, как раз наоборот, – резанул он. – Мы должны показывать свою сплоченность, что нас не расколоть…
– Но это не значит, что нам лобызаться обязательно, – буркнул я и поспешил от него дальше.
В общем, не поняли мы друг друга.
А он, похоже, озлился и настучал на меня в комиссию по единомыслию, что я, якобы, отклоняюсь от общей линии…
Пришлось объяснить всё нашему главному единомышленнику. Правда, про перхоть я ничего не сказал, постеснялся, чтобы не выглядеть чистюлей. А он человек в аппаратных интригах тертый, кончил академию, выслушал меня и говорит: – Мы вообще-то поцелуи между мужчинами, как сами понимаете, не одобряем, но если это политически мотивировано и способствует нашему единомыслию, то, разумеется, только приветствуем. Поэтому мой вам совет: не противьтесь и в знак примирения с нашим единомышленником поцелуйте его при встрече первым...
– Ну, хорошо, – нехотя согласился я. – Но только у меня просьба: чтобы это было не чаще, чем раз в неделю… Я даже жену свою не каждый день целую…
– Принято, – сказал он после некоторого раздумья. И, к моей радости, оставил меня без своего поцелуя.
Так что теперь у меня появился еще один важный график. После каждого поцелуя с единомышленниками я ставлю у себя галочку…