Александр Ларин

Ей, конечно, здорово повезло – встретить такого надежного и совсем не подлого мужчину, как я. И я, честно сказать, даже завидую ей. Как завидую, грешный человек, всякому чужому успеху, везению. Пусть это ее счастье и сугубо женское. Я, конечно, тоже с ней по-своему счастлив. Так что у нас вдвоем, как говаривают нынче, всё ровно. Но что-то все же тревожит меня как социально активного индивидуума. Непросто это, знаете ли, быть счастливым, когда вокруг столько несчастных, обездоленных, беспомощных… Все-таки ситуация сейчас для личного счастья не вполне пригодная...

От моего давнего дружбана Борискина ушла любовница. И он призвал на помощь меня. Говорит: – Не могу я без нее, мучаюсь. Придумай что-нибудь, ты же человек креативный, с фантазией… Ну, я подумал и говорю: – Попробуй представить ее на толчке, как она пукает, какает… Может, полегче станет. – Да пробовал, – отвечает он, – бесполезно, даже, по-моему, еще сильнее люблю… – Тогда найди какие-нибудь ее неудачные фотки, где она противные рожи корчит, и смотри на них почаще, чтобы понимать, из-за кого ты так мучаешься… Стоит эта красуля того? Он внимательно слушал...

Странный какой-то дядя объявился в нашей конторе. Внешность прямо как у викинга, жесткий взгляд, немногословный. Но вот что интересно: человек, можно сказать, вопреки своей суровой наружности, во всем со всеми соглашается, что выглядит даже как-то смешно. Попросили его внаглую пересесть на какое-то более неудобное место – он без слов пересел… Ищут желающих сходить на какой-нибудь митинг в поддержку – все как могут увиливают, а его и уламывать не надо. Поручат выступить на каком-нибудь собраньице – без возражений, да еще и театрально так выступит...

Толкался я как-то в час пик в метро после работы. И вспомнил один забавный (впрочем, не только забавный) эпизод из советского прошлого – и тоже в час пик, когда я ехал, отбарабанив в своем конструкторском бюро, в набитом людьми троллейбусе. Как раз тогда я впервые открыл для себя Бориса Пастернака, читая только что вышедшую маленькую книжицу его стихов. И вот запомнились такие строки из стихотворения «На ранних поездах»: «Превозмогая обожанье, я наблюдал боготворя. Здесь были бабы, слобожане, учащиеся,...

– Чего такой грустный? Опять бабы снились? – спросила она. – Да, – ответил я мрачно. – Ну что я могу поделать?.. – А говоришь, что любишь меня. – Конечно, люблю, можешь не сомневаться. – А почему тогда другие сняться? – Откуда я знаю?! Это же сны, терра инкогнита… Придется, наверное, обследоваться… – Зато я знаю, – выпалила она, – ты просто не любишь меня... – Нет, люблю. Я ведь мог тебе и не рассказывать, если бы не любил… – Я тоже хочу тебе сниться! Неужели ты не понимаешь, что мне обидно? – Хорошо, я постараюсь...