В комментариях под материалами с передовой часто можно встретить возмущённые голоса: «Как так можно?», «Это же бесчеловечно!», «Неужели нельзя по-другому?». Люди, далёкие от реалий боевых действий, искренне не понимают, почему война выглядит именно так жёстко, беспощадно, без сантиментов.
Эти вопросы задавали себе многие поколения. И ещё в XIX веке на них дал исчерпывающий ответ прусский военный теоретик Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц. Его труд «О войне» до сих пор остаётся настольной книгой для военных всех стран. Сегодня мы разберём одно из ключевых его высказываний, которое объясняет природу вооружённого конфликта лучше любых эмоциональных оценок.
Кто такой Клаузевиц
Прежде чем перейти к сути, напомним, о ком идёт речь. Карл фон Клаузевиц прусский генерал-майор, военный историк и теоретик. Он участвовал в наполеоновских войнах, видел войну изнутри, а после завершения карьеры написал фундаментальный труд, который анализирует войну не как набор сражений, а как социально-политическое явление.
Его главная мысль, ставшая крылатой: война есть продолжение политики иными средствами. Но сегодня нас интересует другое его высказывание, которое напрямую касается моральной стороны боя.
Текст, который вызывает споры
Вот что писал Клаузевиц:
«Война - дело опасное, и заблуждения, имеющие своим источником добродушие, для неё самые пагубные. Применение физического насилия во всём его объёме никоим образом не исключает содействия разума; поэтому тот, кто этим насилием пользуется, ничем не стесняясь и не щадя крови, приобретает огромный перевес над противником, который этого не делает».
Эти слова звучат жёстко. Для современного уха, воспитанного на гуманистических ценностях, они могут показаться даже циничными. Но Клаузевиц не призывает к жестокости ради жестокости. Он констатирует факт.
Добродушие как ошибка
Почему «заблуждения, имеющие своим источником добродушие, пагубны»? Потому что война это состояние, в котором действуют иные законы, чем в мирной жизни. В гражданском обществе эмпатия и стремление избежать конфликта это достоинства. На поле боя они становятся смертельными недостатками.
Если командир, руководствуясь гуманными соображениями, отказывается от применения всей доступной силы, он подставляет под удар своих солдат. Противник, который не стеснён такими ограничениями, получает колоссальное преимущество. Ирония в том, что излишнее «добродушие» в бою в итоге приводит к бóльшим потерям и среди своих, и среди чужих.
Физическое насилие и разум
Клаузевиц специально подчёркивает: применение насилия «во всём его объёме» не исключает содействия разума. Это важный нюанс. Речь не о бездумной жестокости, не о звериной ярости. Речь о рациональном, холодном расчёте.
Военачальник должен понимать: чем быстрее и решительнее он сломит волю противника к сопротивлению, тем меньше будет длиться война. А значит, тем меньше будет потерь в конечном счёте. Это парадокс, который трудно принять эмоционально, но легко понять логически.
Что это значит на практике
В реальных боевых действиях этот принцип проявляется каждый день. Применение тяжёлого вооружения, удары по опорным пунктам, подавление огневых точек всё это не садизм, а необходимость. Как пишут современные военные эксперты, этическая проблема применения силы в бою решается просто: «Или ты, или тебя». Или «Если противник не сложил оружие, если его задача уничтожить тебя, то применять всю мощь это не вопрос морали, а вопрос сохранения жизни».
Когда снайпер уничтожает корректировщика, когда артиллерия накрывает скопление живой силы, когда штурмовая группа идёт на прорыв — за каждым действием стоит не желание причинить боль, а стремление выполнить задачу и сохранить своих.
Золотая середина
Конечно, это не означает, что на войне нет места человеколюбию. Клаузевиц и не призывает к зверствам. Он говорит о том, что нельзя позволять ложному гуманизму мешать выполнению боевой задачи.
Современное международное право, женевские конвенции, правила ведения боя всё это результат осмысления того самого баланса между «добродушием» и «необходимостью». Однако в момент, когда вопрос стоит о жизни и смерти, военачальник обязан действовать без колебаний. Иначе своими «добрыми намерениями» он просто вымостит дорогу к собственной гибели и к гибели своих подчинённых.
Карл фон Клаузевиц сформулировал закон, который не утратил актуальности и в XXI веке. Война жестока по своей природе. И тот, кто пытается сделать её «вежливой» и «пристойной», неизбежно проигрывает тому, кто принимает её реальность такой, какая она есть.
Поэтому, читая жёсткие новости с передовой и видя кадры, которые режут глаз, стоит помнить: там, на месте событий, действуют иные законы. Законы, где добродушие не добродетель, а ошибка. Где цена колебания человеческая жизнь.